Кэтрин Нэвилл - Восемь

Из дальней комнаты раздался шум.

— Не смей умирать, — тихонько сказала я Ниму. — После того, через что мне пришлось пройти по твоей милости, я не собираюсь потерять тебя, прежде чем смогу отплатить.

Его рана была небольшой, но глубокой, как будто в верхней части его бедра проделали тоненький туннель.

Ним посмотрел на меня и попытался улыбнуться.

— Ты любишь Сашу? — спросил он.

Я закатила глаза и издала тяжкий вздох.

— Ты поправишься, — сказала я, приподнимая его так, чтобы он мог сидеть, и вручая ему пистолет. — Пойду-ка я лучше удостоверюсь, что он жив-здоров.

Я быстро пересекла комнату и вцепилась в волосы Бланш. Оторвав ее от Лили, я показала ей на пистолет у Нима в руках.

— Он воспользуется им, — объяснила я.

Лили отправилась следом за мной по лестнице в задние комнаты, где звуки борьбы прекратились и наступила подозрительная тишина. Как раз когда мы добрались до кабинета, в его дверях появился Камиль Кадыр. При виде нас он улыбнулся мне одними глазами, шагнул навстречу и взял меня за руку.

— Вы молодцы! — радостно воскликнул он. — Похоже, все белые убраны с доски.

Мы с Лили ворвались в кабинет, а Камиль отправился в гостиную. В кабинете сидел Гарри, держась руками за голову. Рядом с ним стояли Мордехай и Валери. Это она провела Камиля и Мордехая в квартиру через черный ход. Лили бросилась к Гарри и упала в его объятия, плача от радости. Он погладил ее по волосам, а Мордехай подмигнул мне.

Быстро оглядевшись, я увидела, как Соларин завязывает последний узел на веревках, которыми был связан Шариф. Бродский, тип из госбезопасности, которого я видела в шахматном клубе, лежал рядом, уже связанный по рукам и ногам. Соларин засунул в рот Бродскому кляп и, повернувшись ко мне, схватил за плечо.

— Мой брат? — прошептал он.

— Он поправится, — сказала я.

— Кэт, дорогая, — позвал из-за моей спины Гарри. — Спасибо, что спасла жизнь моей дочери.

Я повернулась к нему, и Валери мне улыбнулась.

— Жаль, что здесь нет мой маленький бра-ат, — сказал: она, глядя по сторонам. — Он очень огорчаться, что не биль при этом, он хороший боец.

Я подошла и обняла ее.

— Мы поговорим позже, — сказал Гарри. — А сейчас я хочу попрощаться со своей женой.

— Я ненавижу ее, — сказала Лили. — Я бы убила ее, еслз бы Кэт не остановила меня.

— Нельзя, дорогая, — сказал Гарри, целуя ее в голову. — Что бы она ни сделала, она — твоя мать. Тебя бы не было, если б не она. Никогда не забывай об этом. — Он посмотрел нг меня своими печальными глазами. — И в каком-то смысле сам виноват, — добавил он. — Я знал, кто она, когда женился на ней из-за Игры.

Понурив голову, он вышел из комнаты. Мордехай похлопал Лили по плечу, глядя на нее через очки с толстыми стеклами.

— Игра еще не закончена, — негромко сказал он. — В каком-то смысле она только началась.

Соларин схватил меня за руку и потащил в огромную кухню, смежную с гостиной. Пока остальные приводили все в порядок, он прижал меня к медному столу посередине кухни, крепко обнял и так впился губами в мои губы, словно хотел вобрать меня в себя. Темная волна его страсти захлестнула меня, и я вмиг забыла обо всем, что только что произошло и что еще должно произойти. Он жадно целовал мою шею, его пальцы скользили по моему затылку, и я едва не теряла сознание от восторга. Его язык коснулся моего, и я застонала. Наконец Соларин заставил себя остановиться.

— Я должен вернуться в Россию, — прошептал он мне на ухо. — Мне надо забрать доску. Это единственный способ по настоящему закончить Игру…

— Я еду с тобой, — сказала я и отстранилась, чтобы посмотреть ему в глаза.

Он снова прижал меня к себе, принялся целовать мои глаза, и я вцепилась в него, не желая отпускать.

— Невозможно, — произнес он. Его тело сотрясала дрожь желания. — Я вернусь, обещаю. Клянусь жизнью. Я никогда не отпущу тебя.

В этот момент дверь со скрипом распахнулась, и мы обернулись, все еще сжимая друг друга в объятиях. В дверях стоял Камиль, рядом с ним, тяжело опираясь на его плечо, — Ним. Он привалился к Камилю, лицо его ничего не выражало.

— Слава…— начал Соларин и двинулся к брату, все еще сжимая мою руку.

— Вечеринка окончилась, — сказал Ним.

На лице его медленно расцвела улыбка, полная понимания и любви. Камиль смотрел на меня, вопросительно приподняв бровь.

— Пошли, Саша, — сказал Ним. — Пора заканчивать Игру.

Команда белых — по крайней мере те, кого мы захватили— валялась связанной и упакованной в белые простыни. Мы вынесли их через кухню и спустили на служебном лифте к лимузину Гарри, который ждал в гараже. Там мы погрузили всех — Бродского, Германолда, Ллуэллина и Бланш — в просторный салон автомобиля. Камиль и Валери забрались в машину, держа в руках оружие. Гарри занял водительское место, Ним пристроился рядом. Еще не стемнело, но через затемненные стекла ничего не было видно.

— Мы отвезем их на мыс, к дому Нима, — сказал Гарри. — А потом Камиль отведет туда же ваш корабль.

— Мы можем погрузить их на борт прямо из моего сада, — рассмеялся Ним, который все еще держался за раненую ногу. — Поблизости нет домов, поэтому никто ничего не увидит.

— А что вы будете делать с ними, когда погрузите? — полюбопытствовала я.

— Мы с Валери выведем судно в море, — сказал Камиль. — Когда будем в нейтральных водах, я предупрежу алжирские патрульные суда, чтобы они встретили нас. Алжирское правительство будет радо заполучить подпольщиков, которые вместе с полковником Каддафи замышляли заговор против ОПЕК и планировали убить членов организации. Ведь это не так уж далеко от истины. Я давно подозревал об участии полковника в Игре, особенно с тех пор, как он начал живо интересоваться тобой на конференции.

— Какая замечательная идея, — рассмеялась я. — По крайней мере, это даст нам время закончить то, что нам нужно, и они не будут стоять у нас на пути. — Наклонившись к Валери, я прошептала: — Когда будешь в Алжире, обними за меня свою маму и младшего братишку.

— Мой брат считать тебя очень храбрый, — сказала Валери, сжимая мою руку. — Он просиль передать, он надеется, ты вернутсья в Алжир!

Итак, Гарри, Камиль и Ним повезли заложников на Лонг-Айленд. Что ж, теперь Шариф и даже Бланш, белая королева, получат возможность узнать, что такое алжирская тюрьма, знакомства с которой мы с Лили едва избежали.

Соларин, Лили, Мордехай и я взяли «морган» Нима. С последними фигурами, которые мы достали из комода, мы направились на квартиру к Мордехаю. Она располагалась в ювелирном квартале. Нам надо было собрать все фигуры и заняться настоящей работой — расшифровкой формулы, которую столько людей так долго искали. Лили вела машину, я снова сидела у Соларина на коленях, а Мордехай как-то ухитрился втиснуться в крошечный багажный отсек позади сидений. Кариока устроился у него на коленях.