Юлия Белова - «Бог, король и дамы!»

— У меня есть родственник, — чуть было не обиделся Александр. — Один, — о маршале де Бриссаке шевалье по обыкновению забыл.

— Ах, вот оно что, — рассмеялся капитан. — Значит, вы просто раздумываете, что лучше, без затей прикончить вашего гугенота или взять с него выкуп. А я было испугался, что шевалье Александр впал в благодушие. Слава Богу, вы по прежнему в здравом уме и твердой памяти. Что ж, решайте и беритесь за дело. Полагаю, в вашем положении мост Менял будет не лишним.

— Вы не так меня поняли, господин капитан, — с достоинством возразил лейтенант. — Я лишь возвращаю свое, то, что у меня украли. Владения, состояние и невесту…

— Неплохо, — небрежно заметил Нанси. — Но что же мешает вам послужить его величеству в Париже?

— Мне надо как можно скорее осуществить брак, — проговорил Александр, не желая спорить с капитаном.

— Разумно, — согласился барон. — Так где расположены ваши владения?

— В Турени.

— Понимаю, вам и правда стоит поспешить, а то опередят. Судя по всему, вам нужен пропуск, не так ли? Вам повезло. Его величество дал мне полномочия выписывать пропуска. У вас есть бумага?

Лейтенант протянул капитану предписание. Не глядя на приказ, Нанси подошел к стене, приложил бумагу к шершавому камню и свинцовым карандашом накарябал на обратной стороне листа несколько слов. Размашистая подпись и условный знак довершали пропуск.

— Держите, будем считать, что я дал вам поручение в Турени. Когда покончите с делами, возвращайтесь в Париж. Лейтенант пехотного полка это хорошо, когда надо скрываться от врагов, но для придворного слишком мелко.

— У меня будет полк, — Александр вскинул голову. — Как только я женюсь.

— Я всегда был уверен, что вы умеете выбирать, — усмехнулся Нанси. — Что ж, надеюсь, полк не единственное достоинство вашей невесты, и она достаточно молода и хороша собой, чтобы вы могли получать от брака все возможные удовольствия. А, впрочем, неважно — при дворе достаточно красоток. Жду вас через месяц.

Глава 55

Праздник святого Варфоломея

В голове Александра победно гремел полковой марш, и в воображении он был даже великолепнее, чем на деле. Молодому человеку казалось, будто он одержал самую важную победу в жизни, и теперь никто не посмеет его оскорбить, да что оскорбить? — просто косо посмотреть вслед. Даже граф де Лош и де Бар должен был отказаться от желания повеселиться за его счет, хотя пока шевалье предпочел бы не встречаться с его сиятельством. Облик пехотного лейтенанта был слишком скромен для сеньора Азе-ле-Ридо, а молодой человек согласен был предстать пред графом только во всем блеске своего нового положения.

Элегантный отель, почтительность лакеев и шепот служанок приятно ласкали самолюбие шевалье и юноша пообещал себе быть добрым и снисходительным господином. Однако больше всего на свете Александру хотелось провести рукой по обивке стен, промчаться по всем комнатам и прокричать «Я здесь хозяин!».

Маленькая камеристка выскочила в прихожую, шевалье мимоходом потрепал ее по щеке, сунул в руки письмо господина де Сен-Жиль и важно произнес:

— Для твоей госпожи, милашка, поторопись.

Служанка как-то странно вздохнула и неожиданно возразила:

— Я вовсе не милашка…

Сраженный подобной скромностью, молодой человек недоуменно оглянулся и замер. Ему вдруг показалось, будто мир покачнулся. В голове зашумело, лицо обдало жаром, сердце подпрыгнуло к горлу. Забыв о письме и будущей жене, молодой человек шагнул к камеристке.

— Кто сказал тебе такую глупость, крошка? — заговорил Александр, чувствуя, что тонет в восторженном взгляде служанки. — Если твоя госпожа, так она тебе завидует. Не слушай ее и не бойся, теперь я твой господин и смогу защитить тебя от всех придирок. Как тебя зовут, милая?

— Вы меня не помните? — спросила служанка. — Совсем-совсем не помните?

— Теперь я ни за что тебя не забуду, — проговорил молодой человек, как говорили сотни и тысячи молодых людей до него. — Разве тебя можно забыть?! Ну же, улыбнись, милочка, и ты увидишь, что я совсем не страшный. Я буду так тебя любить, что тебе позавидует твоя госпожа!

— У меня нет госпожи, — возразила служанка, — мадам Маргарита меня не взяла…

Александр уставился на девочку и вдруг понял.

— Ты! — выкрикнул он и затряс невесту за плечи. — Идиотка! Зачем?!

— Чтобы… — Соланж испуганно всхлипнула, — чтобы меня не узнали… — и слабо махнула на окно.

Лейтенант оглянулся. Где-то за крышами разгорался пожар. Потом еще один и еще. Грянул далекий выстрел. Раздался пронзительный крик, непонятно — мужской ли, женский. Лицо Соланж было выбелено страхом.

— Дура! — бушевал Александр. — Ты хоть понимаешь, что бы с тобой сделали?! Хочешь, чтобы тебя бросили в круг?!

Лейтенант сыпал отвратительными подробностями, неожиданно перейдя на язык самых темных улиц Латинского квартала, и остановился только тогда, когда сообразил, что невеста не понимает ни слова. Тогда шевалье схватил девочку за руку и втащил в комнату.

— Да с твоих советчиц шкуры стоило бы спустить! — на ходу бросил он.

— Я сама все придумала… — попыталась оправдать служанок Соланж и расплакалась.

— Не ври! — рявкнул Александр.

— Вы говорите, чтобы я не боялась, а сами все время кричите… — рыдала девочка.

Лейтенант не слушал. Сдернул с головы невесты скромный чепчик служанки, кинжалом разрезал шнуровку на корсаже, чуть ли не вытряхнул из него мадмуазель, и, наконец, стащил с девочки юбку. Растерянная, перепуганная Соланж стояла в одной рубашке, тщетно пытаясь прикрыться руками, но Александр не обращал на нее внимания, лихорадочно перебирая платья невесты. Молодой человек разом забыл все искусство обольщения, но его руки помнили, как раздеть, а затем одеть женщину. Наконец, Соланж де Сен-Жиль приняла подобающий ее происхождению и положению облик, а Александр де Бретей занялся прической невесты. Еще через полчаса шевалье удовлетворенно отложил щетку и взглянул на девушку.

— Ну вот, — пробормотал шевалье, — теперь можно и ко двору.

— Я не хочу ко двору, — сквозь слезы проговорила невеста. — Они все там… — девочка остановилась, подыскивая слова, — злые!

Александр удивленно уставился на невесту, и Соланж вдруг заговорила, горячо и бессвязно рассказывая о королеве Маргарите, придворных дамах и кавалерах, пажах и слугах, обо всех тех нечистых страстях, что питают королевский двор и которые так напугали воспитанницу Шинонского монастыря. Молодой человек слушал невесту со все возрастающим удивлением и нежностью. «Бедная девочка, — размышлял он. — Бедная девочка и старый мерзавец!» Александр враз забыл народную мудрость о яблоке и яблоне, и мысленно поклялся показать Соланж двор таким, каким он предстает перед женами знатных и богатых людей, то есть раем. Представил, каким почетом будет окружена при дворе его жена и решил окончательно освободить ее от тирании негодяя-отца. Обитель близ Азе-ле-Ридо? Ну, уж нет! Он подыщет старому лису какой-нибудь монастырь построже и подальше, чтобы тот никому не смог отравлять жизнь. Молодой человек постарался утешить невесту, а потом отправился осматривать отель, намереваясь подготовиться к возможному нападению и обороне.