Герои и битвы. Военно-историческая хрестоматия. История подвигов, побед и поражений - Константин Константинович Абаза

Ночь прекратила жаркое преследование; войска остановились на ночлег, и только дальние выстрелы в горах гулко отдавались среди ночной тишины. Один фельдмаршал не спал и готовил распоряжения для движения в горы, к морскому берегу, куда до сих пор французы скрывались и откуда появлялись, когда им вздумается. На утро все было готово к дальнейшему наступлению: но каково же негодование Суворова, когда интенданты объявили ему, что движение надо остановить, потому что нет мулов и продовольствия! Вскоре затем Мелас получил прямое приказание от своего императора отделить свои войска и заняться устройством завоеванного края. Так рухнули надежды Суворова на окончательное истребление французов и поход во Францию! Австрийцы, видимо, заботились только о своих выгодах; о возвращении законных государей они вовсе не думали, а под устройством Италии разумели ее закрепощение. Только высокие милости императора Павла утешали Суворова в его душевных огорчениях, награждали его заботы о благе итальянского народа. Всем участникам битвы при Нóви пожалованы щедрые царские награды; семействам убитых офицеров приказано выдавать ежегодную пенсию, а Суворову Государь написал, что он поставил себя «выше награждений»; однако, и для него нашел награду, а именно: чтобы все войска, даже в присутствии императора, отдавали фельдмаршалу воинские почести, присвоенные его величеству: «Достойное – достойному. Прощайте, князь, живите, побеждайте французов!» – так заканчивался высочайший рескрипт. Надо сказать, что и народы Италии достойным образом оценили нашего полководца. В конце августа прибыла в город Асти, где войска стояли лагерем, депутация из Турина; она поднесла Суворову золотую шпагу, усыпанную бриллиантами, с благодарственной подписью от имени всего пьемонтского народа. Изгнанные государи Италии от себя награждали Суворова или почтили его письмами; даже лакей Суворова, Прохор Дубасов, попал в милость: он получил две медали за обрежение своего «барина». Немногие полководцы видели при жизни столько почестей, сколько видел их Суворов в последний год своей боевой жизни. Даже надменные англичане приходили в азарт при одном имени Суворова. Его причуды пришлись им по душе; каждый хотел иметь его портрет, покупал книгу, в которой рассказывалось о Суворове, зачитывался газетой, где прославляли его дела. Во время трехнедельной стоянки в городе Асти сюда стекались толпы любопытных со всех концов Европы. Приезжали иностранные министры, генералы, богатые английские лорды, чтобы только видеть знаменитого полководца, взглянуть на победоносные войска и угадать, в чем кроется их победа. Смотры и ученья производились ежедневно; одно торжество сменялось другим. Однажды, после обедни, происходила раздача высочайших наград: Суворов возложил на великого князя бриллиантовый крест Св. Иоанна Иерусалимского; солдаты, подходя по очереди, становились на колени и получали из рук фельдмаршала знаки отличия. То же самое исполняли и австрийские офицеры.

К столу обыкновенно собирались все приезжие гости, причем Суворов бесцеремонно проделывал свои обычные причуды: кто не сказал «аминь» после молитвы «Отче наш», того приказывал обносить водкой; смотрел, чтобы никто не просыпал соли, декламировал финские стихи. Многие из гостей, привыкших к поварскому столу, не могли ничего есть, особенно в постные дни; если же ели в угоду хозяину, то принимали после лекарство. Под конец длинного и веселого обеда хозяин начинал дремать; тогда Прохор толкал его без церемонии под бока, говоря: «Пора, сударь, спать!» – Таков был Суворов за столом, на людях. В кабинете же, занятый докладами и приказаниями, он был обыкновенно строг, сдержан, и тут со стороны подчиненных требовалось большое внимание к делу, чтобы не навлечь его гнева.

Народ итальянский полюбил Суворова: он уже наслаждался миром, добытым русской кровью, и с горечью узнал, что Суворов оставляет Италию, что он получил приказание выступить со всеми русскими войсками в Швейцарию. Да, это была правда.

Швейцарский поход

Пока Суворов воевал в Италии, англичане вошли в новый договор с императором Павлом. По этому договору особый русский корпус должен был высадиться в Голландии, чтобы вместе с англичанами выгнать отсюда французов; Суворову же перейти из Италии в соседнюю Швейцарию, где присоединить к себе русский корпус Римского-Корсакова, а также войска австрийцев, и соединенными силами, наступая на французов, вторгнуться во Францию. Как только австрийские министры узнали о заключении тайного договора, поспешили включить в него и Австрию, таким образом: швейцарскую армию, под начальством эрц-герцога Карла, перевести на Рейн, а вместо нее выставить другие, поменьше. Император Павел, не подозревая их тайных намерений, согласился. Намерения же их были таковы: закрепить за собой окончательно Италию и занять в свою пользу Голландию. В Италии служил им до сих пор помехой Суворов, действовавший бескорыстно, согласно указаниям и рыцарскому образу мыслей своего государя. Его надо было удалить. Англичане тоже думали о себе: им хотелось уничтожить голландский флот, отбивавший у них торговлю, да, кроме того, они боялись, чтобы русские, овладев приморским городом Генуей, не удержали ее в своих руках. Вот каковы были наши союзники. Но этого мало: как только прибыл из России корпус Римского-Корсакова, эрц-герцог Карл, не дождавшись Суворова, покинул Швейцарию и перешел на Рейн, тогда как по условию он должен был ожидать смены в равных силах. Едва его уговорили оставить хоть небольшой отряд, 8 тысяч, под начальством Готце. С удалением австрийцев, положение русского корпуса становилось опасным: 24 тысячи не могли защищать страну против 80 тысяч французов, да еще под начальством такого опытного вождя, каков был Массена. Французы за время своего пребывания в Швейцарии успели изучить страну, отлично приспособиться к горной войне и являлись, таким образом, соперником сильным, опасным. Русские люди того времени на поступок эрц-герцога Карла смотрели, как на измену; почти так же смотрел и наш государь. Он стал опасаться за судьбу заброшенных войск и торопил Суворова спешить из Италии на выручку Корсакова.

Карта военных действий А.В. Суворова в Швейцарии

Суворов мог выбрать для похода в Швейцарию два пути, хотя довольно кружных, но оба они вели на соединение с корпусом Корсакова и небольшими отрядами австрийцев, расположенных по реке Линте, дальше к Цюриху и за Цюрихом (см. Карту военных действий А.В. Суворова в Швейцарии). Здесь же, в этих местах, находился левый фланг Массены. Суворов выбрал третий путь, самый трудный, зато скорее всех сближавший его с французами, а именно – через высокий горный узел Сен-Готард, где находился их правый фланг.

Сбив здесь неприятеля, наш полководец рассчитывал пройти долиной реки Рейсы, обойти Люцернское озеро и выйти главным силам в тыл, в то время, когда австрийцы и войска Корсакова ударят на них спереди. Офицеры австрийского Генерального