Империя Рюриковичей (V-XVI вв.). Русская экспансия - Сергей Владимирович Максимов

чуть не поссорились из-за вероломного нападения татар на Рязанскую землю. Московские воеводы догнали и разбили разбойников на Оке. Однако при допросе оказалось, что все они были крымцами1606 и Казань о своих планах не извещали.

8 сентября 1508 г. мирный договор был подписан. Братство и дружба, предусмотренные его статьями, на деле означали, что Казань снова становилась московским протекторатом. Для контроля и политического надзора в столицу татарского государства прибыли московский посол боярин Иван Григорьев Поплевин и дьяк Алексей Лукин1607.

Василий III вернул отношения с Амином на прежний уровень. Москва в них снова господствовала, а Казань подчинялась.

Но куда было деться тревогам царицы Каракуш? И что было делать с московским экспансионизмом?

Восточные границы Московского государства простирались до Нижнего Новгорода. Дальше, между Нижним и Казанью, лежала «терра инкогнита» – земля, на которую Москва решительно претендовала. Одновременно она входила в сферу интересов Казани и татарского Крыма. Крымские и казанские цари были родственниками.

Что, если они сумеют договориться, – думали в Москве, – соединятся с ногайскими ханами и начнут разорять восточные московские окраины? Или вдруг завтра выпадет случай самим напасть на Казань и покончить с ее автономией?

Вероятностей было много, и каждая из них подсказывала, что на Волге нужно иметь крепкую точку опоры. По-видимому, исходя из этих или подобных им соображений, в 1508 г. Василий III приказал итальянскому мастеру Петру Фрязину построить в Нижнем Новгороде каменный кремль1608.

Москва продолжает манипулировать казанскими царями

В 1517 г. в Казани разразился династический кризис. Мухаммад-Амин тяжело заболел и находился при смерти. Казанцы обратились к Василию III, прося прислать к ним принца Абдул-Латифа, чтобы передать ему царскую корону.

Надобно сказать, что Латиф, пребывая на службе московского великого князя, частенько попадал к нему в немилость. Вот и сейчас он коротал дни в заключении. Тем не менее ради такого случая Василий III выпустил царевича из «нятства» и снял с него опалу1609. Новый московский ставленник, казалось, был найден, но 19 ноября 1517 г. Абдул-Латиф скоропостижно умер1610. Примерно через год, 29 декабря 1518 г., скончался Мухаммед-Амин1611.

Никоновская летопись изображает дальнейшие события следующим образом. По ее версии, все казанцы – знать и простые люди, согласные между собой, – написали Василию III грамоту: «Земля Казанская Божия да и твоя Государь; и ты бы, государь, пожаловал, о нас омыслил и о всей земле казанской и о господаре бы еси пожаловал нам омыслить, как нам вперед быти»1612.

Летописец в данном случае несколько покривил душой. Конечно, не вся Казанская земля искала милости у московского великого князя. С таким заявлением выступили сторонники московской партии, периодически набиравшей силу в Казани. В начале января 1519 г. из Москвы на Волгу примчался гонец с вестью, что Василий III жалует казанцев царем из касимовской ветви – Шигалеем (Шах-Али), сыном царевича Шейх-Аулеяра.

Казанцы восприняли это назначение как неизбежность – одни обрадовались, другие задумались и загрустили. 1 марта 1519 г. тринадцатилетний мальчишка Шах-Али был утвержден казанским царем на условиях, которые существовали между Москвой и Казанью при Мухаммед-Амине1613. Нетрудно было догадаться, что управлять государством при нем будут московские советники.

Как это не раз бывало прежде, сажать на царство нового царя приехали знатные московские вельможи – князь Дмитрий Федорович Бельский с большой компанией1614. Шах-Али принял из рук Бельского корону, дал князю письменную клятву, «что ему, будучи в Казани, дела (московские) беречь» и вместе со всею Казанской землей неотступно быть в воле Василия III «до своего живота».

Такую же клятву дали Москве казанские князья1615. Многие из них ставили подписи лишь для отвода глаз. Из-за чрезмерного присутствия русского элемента в городе снова поднимались антимосковские настроения.

«В Казани Шах-Али был непопулярен. Русское засилье при дворе малолетнего хана достигло крайних пределов. В сущности, государством управлял русский посол Федор Андреевич Карпов, который считал необходимым вмешиваться во все внутренние дела. В Казани стоял русский военный отряд, введенный под предлогом обеспечить русских от возможности повторения резни 1505 года»1616.

Нетрудно было догадаться, что полуколониальный статус Казани не будет сохраняться вечно; когда-нибудь да захочется Москве заменить казанских марионеточных царей на русских наместников. При Василии III Москва начала отнимать у Польши и Литвы южнорусские земли. Ее завоевательная активность возрастала, и это могло отразиться на положении Казани.

Противники московского господства стали искать помощь вовне, понимая, что в одиночку им не справиться, и обратили взоры к семейству крымского хана. Это был безусловный риск с их стороны, ведь в Бахчисарае тоже вынашивались планы прибрать Казанское царство к рукам. Тем не менее другого выхода не существовало, и оппозиции пришлось лавировать между двумя враждебными силами.

К 1521 г. антимосковские настроения в Казани переросли в заговор. Его нити тянулись на Крымский полуостров к сыну крымского хана Сахиб-Гирею (Сахибу). Именно его заговорщики уговорили захватить казанский трон.

Юный Шах-Али был свергнут.

Посол Карпов и воевода Поджогин оказались совершенно не готовы к перевороту, до такой степени они верили в прочность своей колониальной власти. При появлении крымских войск оба полностью растерялись и не предприняли никаких защитных мер.

Сахиб-Гирей въехал в Казань без всякого сопротивления с их стороны. «Немедленно начался погром, русские лавки были разбиты, дома касимовских выходцев и русских купцов … разграблены, все русские арестованы»1617. По сообщению Казанского летописца, в резне погибло 5 тысяч касимовских татар из ханской гвардии и тысяча ратников воеводы Поджогина1618.

Свергнутого Шах-Али и московских бояр с отрядом в 300 человек Сахиб-Гирей выслал из Казани1619.

Неудача Сахиб-Гирея. Спаситель Сафа-Гирей

Царь Сахиб-Гирей взялся править Казанью жесткой рукой и сурово расправлялся с врагами. При нем колониальная московская администрация была разгромлена, а все, кто так или иначе сотрудничал с Москвой, расстались с жизнью на плахе или в петле. В подтверждение этому источники сообщают применительно к 1523 г., что Сахиб-Гирей много зла сотворил христианам «и кровь пролил яко воду». Московский посланник Василий Юрьевич Поджогин, видимо содержавшийся до этой даты в плену, был убит1620.

М.Г. Худяков считал, что с этих кровавых событий начинается новый период в жизни казанского народа: «происходит рост национального самосознания, поднимается волна протеста против иноземного гнета, организуется не только пассивная, но и активная оборона страны. Казанский народ делает усилия освободиться от русского протектората…»1621

Правительство Василия III еще больше подтолкнуло рост татарского недовольства, когда в 1524 г., вскоре после изгнания казанцами Шах-Али, оно, чтобы нанести вред взбунтовавшейся Казани, запретило русским купцам посещать казанскую ярмарку и назначило место для собственного торжища в Нижегородском уезде.

Так