Илья Маслов - Дети Русколани

-Сколь тщетно всякое стремление человека, которое он не сопрягает со страхом и всевозможным почтением перед Небесным Господином! Что есть слава, и власть, и богатство, и женская любовь пред ликом вечности за пределами бытия? Не пустое ли наваждение? Что ждет в старости того, кто не отверз свою душу откровению истинной веры? Так стоит ли завидовать богатому и знатному, славному и богатому, если они куда скорее падут в вечный огонь, нежели душа бедняка, в поте лица своего добывавшего пропитание и довольствовавшегося малым?

Златояр подтолкнул Ярополка локтем:

-Слышишь? Это он учит, чтобы люди любую гадину над собой терпели да еще и в нищете жили!

Скорый на расправу Вратибой добавил:

-Таких бы мудрецов их же бородами и удавить бы!

Однако Ярополк придержал его:

-Погоди! Давай еще послушаем…

А послушать и вправду было занятно! Проповедник поучал, грозил, посвещал в тайны мироздания, его голос менялся от громогласного обличительного надрыва до трагического шопота, он воздевал руки и скорбно ник головой… А слушатели, за исключением трех названных братьев, явно относились к словам старика сочувственно, особенно дряхлые старухи и увечные, полубезумные от малоподвижной жизни калеки: они так же скорбно покачивали головами и приговаривали: «Грех, грех…». По словам проповедника выходило, что чуть ли не вся жизнь человека достойна презрения и посмертного наказания, и только «праведность» – добровольная бедность, скорее даже нищета, покорность судьбе и власть имущим, смирение и набор прочих подобных качеств будто бы позволяли человеку хоть на что-то надеяться на «том свете». Да, воистину – слово «смерть» чаще любого другого встречалось в речи старика, как будто не здесь, а там, за пламенем погребального костра, начиналось нечто «настоящее»… И страшным, внушающим необъяснимый страх призраком над деревянным помостом реяло бордовое знамя с черным крестом, верхний конец которого заменяла петля. Знак новой веры. И знак Империи Хейда, подмявшей под себя все земли к закату от Русколани!

Наконец старик решил, что произвел достаточное впечатление на слушателей, и даже не «спросил», а скорее вопросил:

-Есть ли среди вас тот, кто не вместил всей мудрости, и хочет спросить меня о законах истинной веры?

-Есть! – Ярополк стремительно протиснулся в первый ряд, за ним последовали и Златояр с Вратибоем:

-Мудрый старец! Откуда так много известно тебе о том, что ждет нас после смерти? Ты вызывал и вопрошал души умерших, не нашедших нового воплощения?

Лицо проповедника исказилось, он плюнул на доски помоста и злобно ответил:

-Ты понимаешь, о чем говоришь, язычник? Заниматься колдовством – великий грех! И никакого «нового воплощения» не бывает – мы живем только один раз, и потому должны думать не о плотских радостях, а…

-Значит, ты и сам не можешь знать точно, что ждет нас после смерти?

Глаза проповедника вспыхнули мрачным огнем:

-Я верю в это, язычник! И лучше уверовать и таким, как ты, ибо во власти Небесного Господина покарать грешников и на земле!

Еще никто и никогда не смел в таком тоне говорить с Ярополком. Витязь несколько наклонил голову и глянул на старика изподлобья. Затем расправил плечи и, окинув взглядом людей вокруг, заговорил сам:

-Ты сказал все, что считал нужным, старик. Теперь позволь мне рассказать о своей вере! Я – простой воин, и моим ремеслом было сражаться, а не размышлять о мироздании. Однако волхвы, хранители мудрости моего народа, учили меня, что долг и счастье каждого из нас – в труде здесь, на нашей Родной Земле. Здесь мы, арии, испокон веков пахали, сеяли, охотились, строили дома и славили Богов, благодаря за урожай и достаток.

-Нелепые языческие идолы! – ввернул старик, но молодой витязь, словно и не услышав, продолжал:

-Волхвы учили меня видеть красоту вокруг и ценить женскую любовь, которую ты только что поносил с ненавистью, достойной мужеложца. И я всегда желал лишь одного: чтобы после меня на моей Земле остался достойный след, чтобы мои дети были счастливы! Мы верим, что души людей вновь и вновь рождаются здесь, но даже если это не так… Грош цена слабосильному рабу, который живет по твоей вере, старик. Я думаю, что еще придет день, когда вашего духу и вовсе не останется в Арьяварте. – Тут витязь еще раз обвел толпу взглядом и с силой завершил свою речь – Думайте же, люди – отрекаться ли вам от Родных Богов!

Затем, не ожидая новых софизмов проповедника, он повернулся и, не оборачиваясь, вместе с двумя названными братьями пошел прочь от помоста. Душа его была полна презрения к горожанам, падким на чужеземные соблазны. Разумеется, эти люди, оторванные от Природы, от лесов и полей, живущие в основном торговлей, сильно отличались от селян, сохранивших древний уклад и исконные традиции ариевых родов! Таков был тот червь, что подтачивал великую державу изнутри…

Они уже дважды свернули за угол, как вдруг услышали позади торопливые шаги. Их окликнул немного хриплый голос:

-Доблестные витязи! Подождите немного!

Они обернулись. К ним торопливо приближался немолодой муж в таком же черном одеянии, что и у проповедника новой веры. Должно быть, мысли воинов отразились на их лицах, потому что незнакомец торопливо заговорил:

-Я не из жрецов! Я – всего лишь раб, сопровождающий господина в чужой земле… Я вижу, что вы – не просто воины, но облачены властью. Сможете ли вы известить вашего царя, если я сообщу вам нечто важное?

Ярополк кивнул:

-Если это действительно стоящее известие, то сможем.

-Раз так, то знайте: Хейд, повелитель Заката, твердо решил начинать войну против ариев! Сейчас он хочет привлечь к этому кочевников Степи и морских разбойников из Галогаланда. Проповедников, вроде моего хозяина, он посылает к вам специально – чтобы разведать и разузнать побольше. И чтобы заручиться поддержкой на вашей земле, потому что эта вера разлагает души и покоряет разум! Воинства Хейда уже начали собираться у ваших границ…

-Подожди! – прервал его Ярополк. – Почему мы должны верить тебе?

Раб невесело улыбнулся:

-Потому что если меня увидят говорящим с вами и донесут хозяину, я не доживу до рассвета.

-Зачем же ты рискуешь своей жизнью, чтобы известить нас?

-Потому, что этой войны ждет не только Хейд. О ней мечтают и люди Заката!

Как преобразился при этих словах тощий и болезненный раб! Его глаза загорелись, он распрямился и сжал правую руку в кулак:

-На Закате еще есть люди, которые не забыли, что их праотцы были некогда свободными людьми! И если вы придете, чтобы уничтожить Хейда, мы будем сражаться рядом с вами. Только придите… Только придите…