Хуан Гомес-Хурадо - Легенда о воре

"Вот бы сейчас оказаться в саду у Клары, вместо того, чтобы торчать здесь", - подумал Санчо, тяжело вздыхая.

- Что с тобой случилось? - спросил Маркос. - Ты сегодня весь день пыхтишь.

- Всю последнюю неделю, если быть точным, - ехидно поправил его брат.

Санчо бросил в него лежащим на столе огрызком яблока, и Матео легко увернулся.

"Сдается мне, ты думаешь о ней", - высказал свое предположение Хосуэ.

- Что сказал этот негр? - спросил Маркос.

- Он сказал, что вы - два сопливых педераста, - перевел Санчо, не желая говорить правду.

Хосуэ затряс головой, притворяясь напуганным, а близнецы в шутку на него набросились.

- Ты просто проголодался, парень. Это от голода ты так вздыхаешь, уж я-то знаю.

- Кстати, когда мы будем ужинать? - осведомился Матео, вдыхая аппетитный запах похлебки, которую Кастро помешивал на огне.

- Прямо сейчас. Я хотел дождаться Закариаса, но этот старый слепой крот всё где-то бродит, так что мы выпьем этот кувшинчик вина без...

Договорить он не успел: последние слова поглотил внезапный грохот. Дверь, ведущая на улицу, неожиданно рухнула на пол, вырванная из петель, а в ее проеме появились силуэты двоих мужчин, держащих в руках тяжелые железные прутья с крюками на концах. Они тут же отступили, а их место, как по волшебству, заняли двое других, вооруженных мушкетами.

- Ложись! - внезапно крикнул Санчо, бросаясь на пол.

Послышались выстрелы, вслед за ними раздался крик. Первый выстрел разбил кувшин с вином, который Кастро всё еще держал в руках. Трактирщик в растерянности глядел на оставшуюся у него в руке глиняную ручку кувшина, а по его груди расплывалось огромное красное пятно.

- Я...

Не успев договорить, он рухнул замертво. Санчо забрался под стол, потянув за собой Хосуэ и Маркоса, лежавших на полу рядом с ним.

- Наверх! Все наверх!

Вместо того, чтобы бежать за ним к лестнице, Хосуэ обеими руками поднял стол и взгромоздил его на грудь в виде щита, преградив вход. И вовремя, потому что в дерево вонзились две новые пули.

- Наверх, я сказал! - повторил Санчо.

- Матео! Матео! Нет!

Крик Маркоса прокатился эхом по всему трактиру, и Санчо краем глаза заметил, что его вызвало. Матео растянулся на полу с пулей в голове. Маркос хотел снова спуститься с лестницы, но Санчо схватил его за шиворот и втащил в коридор верхнего этажа. Хосуэ последовал за ним, по-прежнему со столом в руках. Здесь не было двери, но Хосуэ втолкнул стол в коридор, перегородив его.

- Что ты натворил! Его убили! Дай мне спуститься, сволочь! - кричал Маркос, совершенно обезумев. Он рыдал, лицо его было бледным, а вздувшиеся вены на висках были похожи на линии на карте.

- Слушай меня! - обратился к нему Санчо, удерживая Маркоса, чтобы он не бросился на импровизированную баррикаду, которую только что соорудил Хосуэ. - Если спустишься, то тебя убьют, и нас тоже. Если хочешь разделаться с тем, кто убил твоего брата, то должен остаться в живых!

Маркос накрыл голову руками, в отчаянии вырывая волосы. Он несколько раз стукнул кулаком о стену, так что костяшки пальцев закровоточили.

Санчо попытался не обращать на него внимания. Хотя в животе у него стоял тугой узел страха, он пытался найти в себе то ледяное спокойствие, которое так ценил в нем Дрейер. Это стоило огромного усилия воли. С другой стороны стола послышались крики стражников, наполнивших таверну и собиравшихся атаковать верхний этаж. Через несколько минут они будут здесь, хлипкий стол, к которому Хосуэ прижимался всем телом, долго не выдержит.

Санчо мерил шагами коридор, чувствуя себя загнанным в ловушку, быстро оглядываясь в поисках того, что могло бы пригодиться. Здесь не было тяжелой мебели, чтобы укрепить баррикаду. Единственным выходом, через который они могли бы вырваться, было оконце в дальней комнате, выходящее на крышу соседнего дома, а оттуда они могли бы сбежать по переулкам, ведущим к крепостным стенам. Но окно было слишком узким. Санчо сомневался, что доже Маркосу удастся через него протиснуться, не говоря уже о Хосуэ.

- Сеньор! Мы нашли золото! Много золота!

- К черту золото! Готовьте таран, чтобы проломить эту баррикаду!

Санчо молча выругался. Им стоило хранить добычу в другом месте. Теперь всё заграбастает альгвасил, а им останутся лишь монеты, что имелись при себе, это если они отсюда выберутся. Он беспокойно кусал губы, когда его отвлекла пара голосов. Первый говорил обычным тоном, и Санчо не мог разобрать слов, но голос невозможно было спутать. Желчь предательства разлилась по телу, а легкие раздулись от ярости.

- Закариас.

Уже успокоившийся Маркос, который сидел, прислонившись к стене и молча смотрел на Санчо, снова вскочил на ноги.

- О, этот слепой сын шлюхи! Это он нас предал...

Но именно второй голос заставил Санчо подскочить. Он был неприятным и тяжелым, с раскатистым "р".

- Гроот! Гроот здесь!

- Кто это?

- Нас пришли не арестовать, Маркос. Это казнь. Если мы отсюда не выберемся, то будем мертвы, даже "Отче наш" прочитать не успеем.

Санчо снова принялся вышагивать по коридору, кусая пальцы и пытаясь поразмыслить. Вскоре он вернулся к Маркосу и взял его под руку.

- Бочка! Бочка, которую мы нашли вместе с отмычками... Ты еще говорил, что она может нам пригодиться. Где она?

- Бочка... в средней комнате. Ты что, из ума выжил?

Санчо не ответил. Он направился в среднюю комнату и тут же понял, почему ее не заметил. Ночевавшие там Матео и Маркос накрыли бочку куском ткани и использовали вместо стола. Санчо сорвал ткань. Бочка едва доходила ему до колен и была наполовину пуста. Этого должно хватить.

- Помоги мне!

С другой стороны баррикады послышались удары. Хосуэ выдержал первый натиск, даже не шелохнувшись, но было ясно, что дерево долго не продержится. Санчо увидел страх в глазах друга и жестом, который не заметил Маркос, велел ему успокоиться. Он побежал в дальнюю комнату и поставил бочку у оконца.

- Вытащи из тюфяка охапку соломы и запали ее, - велел он Маркосу.

Тот несколько мгновений возился с трутом, но находился в таком напряжении, что ему понадобилось несколько попыток, прежде чем он передал Санчо импровизированный факел.

- Тебе руку оторвет, - в ужасе произнес Маркос.

- Иди к Хосуэ, а потом бегите в первую комнату, когда я скажу. И заткните уши!

- Но они же ворвутся!

- Делай, что я сказал!

Маркос подчинился. Санчо держал горячий пучок соломы в одной руке, а другой открывал отверстие в бочке, помогая кинжалом. Оттуда потекла тонкая черная струйка, скапливаясь на полу.

Он услышал в коридоре треск и понял, что стол больше не выдержит.