Российская империя и «страна пирамид» (Египет). История в датах и лицах - Игорь Петрович Сенченко

коптского искусства, представленного 170 иконами с репродукциями Ветхого и Нового Завета. Рядом с этим местом, где построили крепость Вавилон Египетский, фигурирующую в архивах времени и как Каср ар-Руми (Римский замок), останавливалось на ночлег, по преданию, Святое семейство во время бегства в Египет от царя Ирода.

Действует и поныне мечеть ‘Амра ибн аль-‘Аса, сооруженная на том месте, где знаменитый арабский военачальник водрузил свое знамя во время осады крепости Вавилон Египетский в 641 году. Это – самый древний архитектурный памятник ислама в Египте. Мечеть несколько раз поправляли и перестраивали. Молельный зал ее украшают сегодня 200 колонн, а некогда их было 365, столько же, сколько дней в году. Одну из них прислал ‘Амру из Мекки, как сообщают хронисты, халиф ‘Умар. Двор мечети устлан мрамором. Посередине – водоем под куполом, поддерживаемый 8 колоннами. На том месте, повествует А. С. Норов, где расположен водоем, стояла хижина владелицы земли, которая не хотела продавать ее ‘Амру ибн аль-‘Асу, «ни за какие деньги».

Об основании этой мечети, сообщает В. М. Андреевский, предание рассказывает так. Когда ‘Амр выбрал для постройки мечети место и собирался уже приступить к ее строительству, «к нему явилась какая-то вдова и объявила, что она является собственницей этой земли и уступать ее под строительство мечети не намерена». И тогда полководец вознамерился силой отобрать у нее эту землю. Но прежде чем поступить так, решил все же посоветоваться с халифом ‘Умаром, который находился в то время в порту Ямбо (Йанбуа’-эль-Бахр), и отправил к нему гонца. Когда тот прибыл к халифу, то застал его прогуливавшимся в окрестностях города. Внимательно выслушав то, о чем сообщил ему гонец, «халиф, наклонившись, поднял валявшуюся в том месте баранью голову, от которой остался лишь побелевший череп. Потом, окунув палец в чернильницу, висевшую у него на поясе, нарисовал на лбу этого черепа две черты, одну – прямую, другую – кривую. И, обратившись к гонцу, сказал: «Отвези это ‘Амру ибн аль-‘Асу, служителю Бога Единого».

Получив бараний череп, ‘Амр долго глядел на эти две линии на нем, значение которых он не мог угадать. «Но вдруг, осененный внезапным откровением, воскликнул: “О, халиф, ты прав! Надо следовать прямому пути, угодному Богу, и избегать кривого, куда толкал меня шайтан, побитый камнями!”».

«Будучи наведенным на путь истины своим повелителем», ‘Амр отказался от намерения силой отобрать землю у вдовы. И предложил ей продать лишь такую ее часть, какую «можно охватить одной воловьей кожей». Вдову такое предложение устроило, и она его приняла.

И тогда ‘Амр, в подражание Дидоне, основательницы Карфагена, «велел разрезать кожу, снятую с вола, на тонкие ремни, которыми и охватил то пространство, где и стоит теперь мечеть его имени».

Каирцы, замечает В. М. Андреевский, с которыми он встречался и разговаривал, называют эту мечеть «венцом мечетей», так как «в ней лишь одной верующие всех исповеданий, признающие Единого Бога, не раз собирались на молитву в годину общего несчастья. Так, при Мухаммеде Али, мусульмане со своими улемами во главе; христиане различных вероисповеданий, предшествуемые своими епископами и священниками; и евреи со своими раввинами, все вместе вошли в ее широкий двор, и в горячей молитве преклонились перед Всевышним! Был тогда голод, и низкие воды Нила, не оросившие поля, угрожали на следующий год тем же».

Во дворе этой мечети, повествует В. М. Андреевский, находится гробница ‘Абд Аллаха, сына ‘Амра. Возвышаются там и «три колонны, ничем с виду не отличающиеся от других. Две из них, отстоящие одна от другой не более, как на пол аршина, составляют предмет особого внимания правоверных. Это – “колонны испытания”, встречающиеся еще только в нескольких мечетях, в том числе в мечети Аль Акса в Иерусалиме. Бытует поверье, что только одни праведники могут протиснуться между ними»[795].

Сохранился на острове Рода и «ниломер предков», как называют этот древний измеритель уровня вод в Ниле египтяне. Нилометр, рассказывает В. М. Андреевский, – это «восьмигранная колонна, с высеченными на ней делениями, предназначавшаяся для измерения воды в реке. Сообразуясь с высотой воды, достигнутой во время разлива, определялась вероятная величина урожая, а вместе с ним и размер податей, менявшихся ежегодно. Год считался хорошим, если вода достигала 16-ти локтей вышины; если же не достигала 13-ти локтей, то это означало, что будет засеяна лишь половина полей, а значит – стране грозит голод. Таким был Нил во времена библейского Иосифа». Нилометр на острове Рода, как пишет А. С. Норов, поставили в 716 г.[796].

Нилометр, существовавший во времена Страбона», представлял собой, с его слов, «колодец на берегу Нила, сооруженный из плотно пригнанных камней». На стенах его имелись «отметки мер, наибольшего, наименьшего и среднего подъема воды Нила». Вода в этом колодце, пишет он, поднималась и опускалась «вместе с поднятием и опусканием воды в реке». По этим отметкам и определяли возможные государственные доходы[797].

Египет, по меткому выражению Геродота, есть «подарок Нила». Река эта, как рассказывает Клот-бей, обязана своим названием одному царю Древнего Египта, Нилу, который, как гласят сказания, уделял большое внимание сбережению вод реки. В речи жрецов река Нил фигурировала в седом прошлом под названием Горус и Зеидорус (Солнце и Плодородие). Существовал якобы в те времена и город Нил. В нем имелся храм, сооруженный в честь реки. В храме том стояла статуя из серного мрамора в образе старца. Голову его украшали колосья. Рукой он опирался на сфинкса. У ног старца лежали крокодил, гиппопотам и дельфин.

По Нилу ходило множество разных типов барок: мааши, величиной с европейский купеческий корабль; джермесы; даабиэхи, предназначавшиеся для перевозки людей; и канги – египетские гондолы.

С особым торжеством египтяне отмечали начало разлива Нила и орошения земли, рассказывает присутствовавшая на таких торжествах Анна Нейман, оставившая увлекательные записки об обычаях и нравах египтян.

Жители «страны пирамид», особенно феллахи, веруют в то, писала она, что в ночь на 15 июня, в так называемую «ночь слезы», капля чудесной росы в виде слезы Исиды, пролитой по поводу смерти Осириса, падает с небес, служит началом разлива Нила, поднимает волны реки и призывает благословение на земли Египта.

«Ночь слезы», делится своими впечатлениями Анна Нейман, празднуется в Египте как наша Купалова ночь – бросанием цветов в воды Нила, игрищами на берегах и передвижениями по Нилу на освещенных лодках.

С того дня, как вода в Ниле начинает прибывать, ежедневно на улицах Каира появляется глашатай (мунади), оповещающий жителей города о подъеме воды в реке сообразно указаниям нилометра, древнего мраморного столба-измерителя