Старая Москва - Михаил Иванович Пыляев

Предание говорит, что царь Иоанн, завоевав Казань, дал обет построить храм в память этого события и по окончании храма, в 1557 году, призвал к себе зодчего этой церкви (имя его неизвестно) и спросил: может ли он построить храм лучше этого? Тот отвечал, что может. Царь велел ослепить его, говоря: не хочу, чтоб где-нибудь была святыня лучше этой.

На месте, где поставлен был храм, стояла деревянная церковь Св. Троицы над Кремлевским рвом, при которой было погребено тело св. Василия Блаженного. В ту эпоху все церкви были с кладбищами. Так, на Красной площади, от Спасских, или Флоровских, до Никольских ворот, стояло пятнадцать церквей с кладбищами, которые были огорожены надолбами и решетками. В то время как в Кремле, так и у других больших церквей, особенно на Варварском крестце, в Китае и на других крестцах были сборные места нищих; там сходились удрученные бедностью, старостью или неудачами певцы богатого и убогого Лазаря и Алексия Божия человека, по большей части слепые, и жалобными, заунывными голосами испрашивали себе подаяние у прохожих и проезжих; там же выставлялись гробы и даже тела убогих для сбора на их погребение, а божедомы[169] вывозили из убогого дома в тележке подкидышей.

При царе Иоанне Грозном между нищими на Флоровском мосту нередко являлся и летом и зимой один блаженный «нагоходец», нищий духом, от нищих охотнее принимавший подаяние, чем от богатых; он был другом и утешителем убогих; этот нищий и был Василий Блаженный, в память которого называется вышеупомянутый храм, оригинальнейший во всем свете по своей архитектуре.

Иностранцы, бывшие в XVI веке в Москве, говорят про русских, что «москвитяне весьма заботятся о нищих, которым всякий подает по своему достатку, одевает, кормит и вводит к себе в дом».

Православная церковь искони была попечительницей и кормилицей нищих, убогих и калек, которых она, как видно из церковных судов великого князя Владимира, причисляла к церковным людям; священные притворы и паперти церквей служили для них надежным пристанищем и убежищем; к их оградам примыкали скудные их избушки, клети и кельи.

В XVII веке нищие в Москве делились на соборных, монастырских, патриарших, гуляющих и богаделенных. Последние жили при устроенных при церквах богадельнях; первый устроитель таких общежитий был патриарх Иоаким. Царь Феодор Алексеевич особенно умножил такие благотворительные дома, велел нищих кормить и содержать на иждивение патриаршего дома, и на этот предмет общественного призрения указано было собирать в патриарший дом по три алтына с церквей митрополичьих, архиепископских и епископских. Такие пошлины сбирали чиновники святительского двора: десятинники, недельщики и наместники.

Петр Великий в 1701 году учредил тоже до шестидесяти нищенских богаделен при московских церквах для помещения в них самых старых, дряхлых, больных и увечных, при которых назначено было воспитывать и малолетних до десяти лет.

До половины XVIII столетия нищие жили при церквах, большею частию «под кровом бревенным», то есть в скудных избушках. Императрица Елисавета в 1748 году указала строить при церквах вместо деревянных богаделен каменные, с крепкими каменными сводами, длиною в жилье 5 сажен, а шириною 3 сажени 3 аршина. Первым примером в делах милосердия были нищелюбивые цари и пастыри. Отправляясь, например, на богомолье или в путь, цари и патриархи во всю дорогу раздавали ручную милостыню нищей братии, которая ожидала их на перекрестках, мостах, у городских ворот, на крыльцах у церквей и монастырей.

В старину не было той улицы, где бы не было сотни нищих, а в церквах и рядах от них не было прохода. Были нищие, которые просили по привычке из ремесла: от подаяния они только богатели.

По старинным рассказам, тогдашние ростовщики все прежде были нищими; они вначале собирали себе с миру по нитке да шили себе рубашки; но после тот же мир не расплачивался с ними и кафтанами. Эти же нищие держали у себя размен мелкой монеты и получали почти всегда на промен вдвое и втрое сбора денег против вынесенного ими на сутки. Вот откуда берут начало наши меняльные лавки и биржевая звонкая валюта.

Возвращаясь к церкви Василия Блаженного, мы видим, что спустя 126 лет после постройки этого храма царь Феодор Алексеевич и патриарх Иоаким приказали в 1680 году разобрать за ветхостью бывшие в то время на Красной площади деревянные придельные церкви, а вместо них построить новые, сколько было старых на монастыре Покровского, или Св. Василия Блаженного, собора.

Старых церквей было восемь, такое же число было устроено и новых, и некоторые из них помещались под сводами древнего собора, а некоторые близ собора на монастыре. Всего при Покровском соборе в 1680 году было двадцать церквей, которые были устроены и сверху и снизу этого собора и существовали до 1783 года.

При этих церквах до 1771 года, при каждой, были особые священники, но во время бывшей в Москве моровой язвы при этом соборе умерли один протоиерей и четырнадцать священников; оставшиеся придельные священники были распределены по приходским церквам, и с этого времени наместо умерших ко всем приделам никто не был произведен. Во время чумы оставался один священник и диакон.

В старину на Покровском соборе вокруг, на черепице, была древняя надпись, изображенная желтыми литерами. В ней говорилось о годе (1554), когда начата церковь и по какому случаю, затем о времени возобновления храма царем Феодором Иоанновичем и о покрытии его железом.

Позднее императрица Екатерина II на прибитой к стене медной доске добавила, что церковь ею «с приделами возобновлена в 1784 году, при главном начальстве и дирекции Святейшаго Правительствующаго Синода члена Платона, архиепископа московскаго» и проч.

Возобновление производилось на выданную казенную в десять тысяч рублей сумму, «под смотрением оного собора протоиерея Иоанна Герасимовича».

В этом храме замечательны два древних иконостаса в соборной Покровской церкви и в придельной церкви Входа в Иерусалим. Первый в два яруса убран сплошь оловянными позолоченными узорчато-сквозными штуками, с подложенною под них разноцветною слюдою и по сторонам икон с винтообразными позолоченными колоннами и карнизами. Второй иконостас – одноярусный, весь высеребрен, по сторонам икон с винтообразными золочеными колоннами и местами украшен оловянными штуками, золоченными над разноцветною слюдою. Из исторических достопримечательных вещей в соборе замечателен покров для накрытия надгробия св. Василия Блаженного: он шелковый, с изображением св. Василия, над головою его изображена Св. Троица; все это вышито шелком и обведено ниткою крупного жемчуга; венец тоже жемчужный с пятью драгоценными каменьями. На краях покрова вышито: «Представися преблажене Василие стекашася царие и князи вси собори, русстии юноши и девы, старцы твоим телесным мощам