Вооружение Одиссея. Философское путешествие в мир эволюционной антропологии - Юрий Павлович Вяземский

фантазиях и часто обнаруживают свое присутствие только посредством символических образов»206. Инстинктивные тенденции управляют нашим бессознательным207, влияют на активность сознания208.

Юнг любит повторять, что ему очень мало и почти совсем неизвестно, что же такое «инстинкт»209. «В действительности мы знаем только то, что из темной сферы психики к нам поступают воздействия… Совершенно невозможно сказать сразу, какую природу имеют эти воздействия, основываются ли они на сексуальности, на стремлении к власти или на иных влечениях. Просто они, как и само бессознательное, являются двойственными или даже многозначными»210.

В чем Юнг не сомневается, так это в том, что «природные инстинкты, будь то эрос или жажда власти… противостоят духу»211. Инстинкты противостоят сознанию и филогенетически: «отступление от инстинкта и противопоставление ему себя образуют сознание. Инстинкт представляет собой природу и жаждет природы. Сознание, напротив, может желать только культуры или же ее отрицания…»212.

Принципиально новый мотив – мотив творчества. Во всех своих сочинениях Юнг разрабатывает его, полифонически противостоя Фрейду. Из бессознательного, утверждает Карл Густав, проистекает «потребность в созидании»213. «Творческое начало живет и растет в человеке, черпая в нем свою энергию подобно дереву, извлекающему пищу из почвы. Мы поступим правильно, если приравняем творческий процесс к живому существу, посаженному в душу человека, словно растение в почву»214. Творческая деятельность, настаивает Юнг, не результат некой сублимации пресловутого либидо; она может быть понята только из самой себя215.

§ 136б

Психография Юнга в значительной своей части дополняет и уточняет психографию Фрейда.

Бессознательное «совершает свои обдумывания инстинктивно»216. «Импульсы» приобретают форму неких «невидимых содержаний», а те, в свою очередь, отделяют от себя «сумеречные следы представлений, будь то образы или чувства»217. В бессознательном состоянии эти идеи и образы характеризуются низким уровнем напряжения, не имеют четкой определенности; они менее последовательны, чем в сознании, более «неизъяснимы». «Но если происходит нечто, придающее этим образам большее напряжение, они делаются менее подпороговыми и по мере приближения к порогу сознания становятся более определенными»218. Бессознательному ближе ощущения и интуиции219.

При всей своей неопределенности, расплывчатости и малой напряженности, юнгово бессознательное активнее фрейдовского. Оно выбирает образы, которые преподносятся нашему сознанию220. В отличие от Фрейда Юнг утверждает бессознательное восприятие. «Можно бессознательно воспринимать, мыслить, чувствовать, вспоминать, принимать решения и поступать. Все, что происходит в сознании, может происходить также и бессознательно»221.

У Фрейда, как мы помним, сознательное словно венчало бессознательное. У Юнга бессознательная психическая жизнь «охватывает сознание со всех сторон»222 (курсив мой. – Ю. В.).

Сознание – «относительно недавнее приобретение природы, и оно все еще пребывает в стадии «эксперимента». Оно хрупко, подвержено опасностям и легко ранимо»223.

Юнг более решительно, чем Фрейд, соотносит сознание с «Я». «Чисто формально можно сказать, – замечает он, – что душевное Нечто считается сознательным тогда, когда оно вступает в отношения с «Я». Если этих отношений нет, то оно является бессознательным»224. «Я-сознание» – совокупность различных «сознаний органов чувств», которые в «Я-сознании» «сцепляются» и «тонут в единстве вышестоящего „Я“»225. Содержание сознания Юнг называет образами226. «Сознание преимущественно сконцентрировано на непосредственно происходящих событиях; именно от него мы можем ожидать приспособительных реакций и проявлений»227. Функция сознания двояка и заключается в том, «чтобы воспринимать и узнавать через ворота разума мир внешнего… и чтобы творчески переводить мир внутреннего во внешнее»228. Сознание «раскладывает все на составные части и способно видеть все лишь в индивидуальном обличье»229.

Несколько иначе у Юнга описывается взаимодействие сознательного и бессознательного. Сознание уже не сравнивается со слугой или неудачливым наездником. Сознание – главнокомандующий; «его рассуждения и решения, его доводы и сомнения, его намерения и ожидания являются генеральным штабом, а его зависимость от внешних факторов является зависимостью командующего от трудно обозримых влияний штаба и оперирующей по ту сторону политики»230. Иногда сознание сопоставляется со световым конусом прожектора231.

В психографии Юнга мы уже не встречаем фрейдовского «стража». Взаимодействие сознательного и бессознательного усложняется и как бы либерализируется. Умственная деятельность может зарождаться и весьма автономно протекать на бессознательном уровне, а затем «постепенно просачиваться» в сознание232. «Мысли вырастают в стороне от сознания, более того, они уже стоят наготове, а сознанию ничего об этом не известно»233. Некоторые «настоятельные идеи» подаются сознанию «в виде безусловного приказа»234. «Известная аккумуляция бессознательных актов… приводит к усилению и расширению сознания»235.

Настоятельно подчеркивается необходимость самой тесной связи сознательного и бессознательного, их движения «параллельными путями»236, при этом бессознательное объявляется мостом, который связует «рациональное сознание с миром инстинкта»237.

Рекомендую обратить внимание на юнговы «автономные комплексы». (1) Они объявляются совершенно нормальным и естественным психическим явлением, в некотором смысле «прямо-таки центром или узловым пунктом душевной жизни, без них нельзя обойтись, более того, они должны присутствовать, потому что в противном случае душевная деятельность пришла бы к чреватому последствиями застою»238. (2) Они лишь частично возникают в результате психических травм и борьбы несовместимых друг с другом тенденций, но в целом обозначают «все психические образования, которые развиваются совершенно бессознательно и в сознание начинают прорываться лишь с того момента, как достигают его порога»239. (3) Содержательно они представляют собой «констелляции образов и идей»240. (4) Они не подчиняются сознанию, не подвержены «ни сознательному контролю, ни сдерживанию, ни произвольному воспроизведению. Автономные комплексы – именно автономны, они появляются и исчезают тогда и таким образом, как это соответствует их собственной, присущей им тенденции»241. Более того, они «способны оказывать сопротивление сознательным намерениям»242. (5) Они представляют собой «своего рода неполноценности в самом широком смысле», но эту неполноценность нужно воспринимать как «стимул к великим устремлениям», как «новую возможность для успеха»243. Автономные комплексы являются, по меньшей мере, проводниками инстинктивной энергии244. «Каждая потребность также в той или иной степени обладает свойствами автономного комплекса» (курсив мой. – Ю. В.)245.

§ 136в

Радикальным новшеством Карла Густава Юнга принято считать его деление бессознательного на личное и коллективное.

Личное бессознательное «является в известной степени относительно поверхностным слоем сразу же под порогом сознания»246.

Насколько я понял, существуют три основных пути формирования личного бессознательного: (1) Некоторые события «имели место, но были восприняты подпорогово, без участия сознания»247; «из-за слишком малой интенсивности они никогда не достигали сознания и все же каким-то образом проникли в психику»248. «Мы можем узнать о таких событиях только интуитивно, или в процессе глубокого размышления… и хотя первоначально мы игнорировали их эмоциональное и жизненное значение, они все же проступили из