Российская империя и «страна пирамид» (Египет). История в датах и лицах - Игорь Петрович Сенченко

Все бывавшие в Египте путешественники непременно посещали пирамиды. Для представителей царских и королевских династий там устраивали показательную джигитовку бедуинов и знакомили высоких гостей с мастерством «быстро взбегать на пирамиду и сбегать с нее». Человека, владевшего таким мастерством, очень древним, как сказывают своды «египетской старины», именовали хафнави. Чтобы стать им, рассказывает Эдвард Лейн, мало было иметь «великолепную физическую подготовку», надлежало еще «тщательно изучить пирамиду и найти наиболее рациональный маршрут подъема и спуска». Один из «мастеров бега по пирамидам», «совершил, – по словам Э. Лейна, – на его глазах, подъем на 146-метровую пирамиду и спустился с нее за несколько минут». И когда врач, сопровождавший прибывшего в Каир высокого гостя, сразу же после спуска хафнави, ради интереса, «измерил ему пульс, то он показал всего 90 ударов в минуту!»[747].

У египтян, к слову, бытует поговорка, гласящая: «Все на свете боится времени, а время боится пирамид».

Находясь на отдыхе в Египте, следует помнить, что жестикуляция у арабов – их активный помощник в разговорах. Так, ладонь правой руки, положенная на сердце, – это широко распространенный на Арабском Востоке жест благодарности и признательности. Поэтому, отказывая египтянину по той или иной причине в просьбе, надо приложить ладонь правой руки к сердцу – и тогда собеседник примет отказ без обиды.

Нужно знать и то, что ладонь правой руки, повернутая к арабу во время разговора с ним, он может воспринять крайне негативно – расценить такой жест как попытку собеседника защититься от его сглаза, ибо счел он его почему-то человеком недобрым. Ладонь правой руки, по поверьям арабов, отражает злой и завистливый взгляд.

Из воспоминаний путешественников-россиян и справочно-информационных материалов наших дипломатов следует, что раньше представители духовенства и образованные мусульмане-египтяне носили на голове, как знаки отличия их служения исламу, наукам и знаниям, широкие тюрбаны. Клали их, возвращаясь в свои жилища, на отдельно стоявший, предназначавшийся только для них стул. Ни на службе, ни в гостях, нигде бы то ни было еще, с головы их не снимали. Такой же привилегией, по выражению Эдуарда Романовича Циммермана, российского писателя-путешественника, пользовались в Египте после подпадания его под власть Османской империи и фески. Человек, носивший феску, не снимал ее и не обнажал голову ни будучи в гостях, ни в ресторане, ни в театре.

Делясь в своих путевых очерках «По северным окраинам Африки» впечатлениями о коптах, Э. Циммерман, писал, что на долю их в то время, когда он посещал Египет (1897), приходилось 6% населения страны. Встречались среди них и «весьма богатые купцы». Копты, потомки древних египтян, людьми в большинстве своем были грамотными, знали букву и цифирь. Многие из них работали кассирами в кассах железнодорожных станций или в банках, писцами у нотариусов, драгоманами при консульствах и даже управляющими поместий состоятельных египтян. В толпе копты выделялись своим головным убором – синей или черной чалмой. Иные, как, например, драгоманы при консулах, облекались в весьма дорогие, отвечавшие их должности и званию, одежды[748].

Особенно много писцов-коптов, этих «наследников древних египетских скрибов», вспоминал наш соотечественник Сергей Яковлевич Елпатьевский, посещавший Египет в 1902 г., он встречал в городах Египта у зданий почт. Рассаживаясь около почтовых отделений длинными рядами, они писали письма и прошения всем людям, не знавшим письма и обращавшимся к ним за помощью. Чернильницы и другие письменные принадлежности, передвигаясь по городу, носили за поясом[749].

У коптов, рассказывает Антуан Бартеломи Клот, имелось в его время 130 церквей и монастырей. Статуи в их храмах запрещены. Подобно мусульманам, они при входе в церковь снимают обувь. Глава коптской церкви, патриарх (эль-бальрак), занимает кафедру Св. Марка, который, как утверждают копты, обратил египтян в христианскую веру. Резиденция патриарха находится в Каире. «Избирается он из монахов, пустынных отцов монастыря Св. Антония, находящегося близ Чермного [Красного] моря». Происходит это так. «Игумен монастыря Св. Антония выбирает из своих иноков человек 10 или 12, которых считает более способными к исполнению обязанностей патриарха; пишет их имена на бумажках и бросает их в мешочек. Священник опускает руку в этот мешочек и вынимает одну из этих бумажек. И чье имя написано на ней, тот и становится патриархом». Следует сказать, что чаще всего жребий этот вынимался рукой младенца. Епископов у коптов – 12 человек (по числу апостолов).

В брак с лицами другого вероисповедания копты не вступают. «Бесплодие женщины считают бесчестием. При похоронах нанимают плакальщиц. Жена носит траур по мужу в продолжение года, а муж по жене – шесть месяцев»[750].

Кстати, Египет копты называли в прошлом Хамией, то есть землей Хама, сына Ноя. Арабы же, повторимся, Египет именовали Мисром, именем сына Хамова. В Библии египтяне фигурируют как мисраиты [751].

Наименование копт, как пишет в своем «Путешествии по Египту и Нубии» А. С. Норов, происходит от «древнего города Коптос», куда стекались египтяне-христиане во время гонений на них римлян[752]. У Страбона в его «Географии» этот город фигурирует под названием Копт, куда, как он пишет, в его время завозили все товары из Индии, Аравии и Эфиопии.

Своды «египетской старины» рассказывают, что в VIII в. на коптов были наложены огромные подати. Тем, кто платил их – ставили клеймо на теле. Тех же, кого отлавливали без клейма, – казнили.

В конце X в. «коптов обязали носить на шее огромной величины деревянный крест», который своей тяжестью многих из них склонял к земле.

В XIV в. «множество церквей коптских обратили в мечети». В 1321 г. «более 60 христианских церквей разрушили до основания, а большую часть коптов в Каире умертвили». Тем, кто выжил, разрешено было ездить в Каире только на ослах и только лицом к хвосту, то есть «с позором» в понимании арабов[753].

В Египте во времена хедивата «все чиновники, как гражданские, так и военные, от низших чинов до высших, – повествует А. Рафалович, – носили на правой стороне груди знак отличия (нишан). По нему, подобно тому, как в Европе по мундиру и эполетам, не составляло труда узнать не только чин, но и род службы чиновника. У инженеров нишан состоял из «циркуля, окруженного полумесяцем; у преподавателей в казенных учебных заведениях – из пера и открытой книги; у врачей – из жезла Эскулапа, обвитого змеей; у моряков – из якоря; у артиллеристов – из сложенных накрест двух пушек и т.п. Знаки эти были серебряными, серебряными с золотом, золотые и украшенные бриллиантами, согласно чинам от подпоручика до генерал-лейтенанта»[754].

При формировании в