Николай Харин - ДАртаньян в Бастилии

— Постойте, не горячитесь, господа. Из Бастилии за целый день может не выехать ни одна карета. Это не Королевская площадь, и мы, вероятно, выследим ту самую карету, которая нас интересует. К тому же д'Артаньяна, конечно, повезут под конвоем из гвардейцев кардинала или полицейских чинов.

— Возможно. Но если его повезут в Сен-Жермен, то это будет означать, что его хочет видеть король.

— Или королева.

— Думаю, вы ошибаетесь, Портос. К тому же ничто не мешает его высокопреосвященству именно завтра находиться в Сен-Жермене, как и во всяком другом месте.

Портос пожал плечами:

— Значит, и нет смысла гадать. Предлагаю напасть на карету, освободить д'Артаньяна и… упрятать его в каком-нибудь надежном месте.

— Самое надежное место — Лотарингия. Например, монастырь лазаристов в Нанси, — заявил Арамис.

— А я предлагаю замок Валлон, — перебил его Портос. — Он выдержит любую осаду!

— Вы все говорите сущий вздор, друзья, — хладнокровно заметил Атос. Наш друг — лейтенант королевских мушкетеров, а вы говорите о нем так, словно он мятежник или дезертир. Поверьте, д'Артаньян никогда не пойдет на то, чтобы скрываться в монастыре или замке, сколь бы ни были надежны их стены, в то время как его солдаты воюют с врагами короля.

При этих словах Атоса легкое облачко затуманило черты Арамиса.

— Это правда, — согласился Портос. — Я совсем забыл…

— Что предлагаете вы, Атос? — спросил Арамис. — Мне это занятно до чрезвычайности, принимая во внимание, что меня разыскивают по всему Парижу.

— Я помню об этом, — просто проговорил Атос. — Поэтому вам я предлагаю принять все меры предосторожности, какие только доступны. Я знаю, однако, что предложить вам остаться в монастыре, когда мы с Портосом предпримем попытку отбить д'Артаньяна, значит обидеть вас, поэтому я не предлагаю ничего подобного. Но вам следует изменить внешность так же искусно, как вы сделали это, направляясь в Париж. Когда вы с Портосом приехали ко мне в Блуа, я не сразу узнал вас.

— Что будет дальше? — спросил Портос.

— Если наша затея будет иметь успех, мы все вместе покинем Париж, но отправимся не в Нанси или замок Портоса, а в действующую армию.

— В действующую армию?! — вскричал Портос.

— Да. В лагерь королевских войск. Конечно, я не имел виду вас, друг мой, — добавил Атос, взглянув на Арамиса. — Вам-то как раз следует вернуться в Лотарингию…

Конечно, после того, как д'Артаньян сможет выразить вам свою признательность. Ведь если нам удастся освободить его, то это случится благодаря вам.

Несмотря на приобретенную в стенах монастыря и иезуитской коллегии выдержку, Арамис не мог скрыть того, что он польщен словами Атоса. Граф де Ла Фер был скуп на похвалы. Слово одобрения в устах Атоса стоило дорого.

— Ба! Это вы, господин Дезэссар?! — Мушкетер сделал вид, что очень удивлен, памятуя об уговоре с дю Трамбле.

Впрочем, он и впрямь не очень-то верил в то, что именно Дезэссар повезет его в Сен-Жермен. В этом гасконец увидел доброе предзнаменование.

— Собственной персоной, господин д'Артаньян. Надеюсь, вы хорошо провели эту ночь? — с напускной беззаботностью осведомился капитан гвардейцев. Он слишком хорошо понимал, что настроение короля, непредсказуемое даже на два часа, способно было сильно измениться за прошедшие два дня. Однако приказ привезти мушкетера в Сен-Жермен отменен не был, а потому г-н Дезэссар, в сопровождении двух своих солдат, прибыл за ним в условленное время.

— Сказать по чести, я не спал вовсе. — отвечал гасконец.

— Черт побери! И совершенно напрасно! — воскликнул г-н Дезэссар, желая скрыть свои сомнения. — Прошу вас в карету.

— Куда мы поедем? — невинно спросил д'Артаньян.

— Вас хочет видеть его величество, — ответил гвардеец.

Он занял место в карете рядом с мушкетером. Двое гвардейцев на одинаковых рыжих лошадях встали каждый у дверцы кареты, возница гикнул, лошади тронули.

Пока они не миновали последний пост стражи у внешних ворот, д'Артаньян молчал, вспоминая подробности своего прибытия в тюрьму, которая вот уже несколько месяцев заменяла ему дом. Но вот черные стены остались позади, карета покатила быстрее, и мысли мушкетера обратились к ближайшему будущему.

«Что, если мои друзья все-таки успеют подготовить нападение на конвой и рискнут его осуществить?! — думал он. — Может получиться неловко… Вот досада! Почему за мной послали именно господина Дезэссара, а не какого-нибудь Ла Удиньера или кавалера де Рошфора?»

— Господин Дезэссар, — нарушил молчание мушкетер. — В память о наших прежних хороших отношениях…

Не могли бы вы намекнуть, чем может окончиться для меня сегодняшняя аудиенция у его величества?

— Полноте, д'Артаньян. Надеюсь, мы и сейчас в хороших отношениях. И чтобы доказать вам это, я скажу, что у вас появился отличный шанс. И я тоже приложил к этому руку.

— Следовательно, король намерен освободить меня? Вы это имеете в виду?

— Как вы понимаете, никто не может знать, чего хочет король. Но мне показалось, что его величество был введен в заблуждение, когда подписывал приказ о вашем аресте.

Разрешите это недоразумение, рассейте подозрения короля во время беседы с ним. И вы — на свободе! Но что это за шум там, снаружи?!

— Похоже, друзья не сидели сложа руки, — заметил д'Артаньян.

И он высунулся из окна кареты.

— Я здесь! — крикнул он во весь голос.

Трое всадников во весь опор неслись наперерез карете.

Возница поднял руки при виде направленного ему в грудь пистолета. Конные гвардейцы схватились за оружие, но их опередили. Арамис и Портос приставили острия шпаг к их нарядным мундирам.

— Должен предупредить со всей серьезностью, милостивые государи, произнес Арамис. — Одно неосторожное движенье с вашей стороны — и вы предстанете перед Небесным Судией, предстанете преждевременно!

— А я оторву башку всякому, кто помешает мне освободить д'Артаньяна! угрожающе присовокупил Портос.

— Д'Артаньян, ты свободен! — произнес ровный голос, и дверца кареты распахнулась.

— Д'Артаньян, но что я вижу… Господин Дезэссар?!

— Вы, Атос? Граф де Ла Фер?!

Черты Атоса исказились.

— Можно подумать, что нас преследует какой-то алой рок! — вскричал он.

— В чем, собственно, дело, Атос? — послышался тревожный голос Арамиса.

— Какой такой рок?! — пробасил Портос. — Выходи поскорее, Д'Артаньян. Мы привели тебе лошадь.

— Да здесь все четверо? — в свою очередь вскричал Дезэссар. Примите мои поздравления, Д'Артаньян, у вас прекрасные друзья. Мои поздравления, господа, с вашей храбростью может сравниться лишь ваша преданность друг другу. А теперь — шпаги наголо, господа. Вам придется заколоть меня. Я скорее умру, чем нарушу воинский долг!