Умирающие и воскресающие боги - Евгений Викторович Старшов

вызволили Бальдра из Хель. Все так и сделали: люди и звери, земля и камни, деревья и все металлы, и ты ведь видел, что все они плачут, попав с мороза в тепло. Когда гонцы возвращались домой, свое дело как должно исполнив, видят: сидит в одной пещере великанша. Она назвалась Текк. Они просят ее вызволить плачем Бальдра из Хель. Она отвечает:

Сухими слезами

Текк оплачет

кончину Бальдра.

Ни живой, ни мертвый

он мне не нужен,

пусть хранит его Хель.

И люди полагают, что это был не кто иной, как Локи, сын Лаувейи, причинивший асам величайшее зло».

Действительно, виноват был Локи, как он сам признался:

[Фригг сказала:]

«Будь тут со мной

у Эгира в доме

Бальдру подобный,

ты б не покинул

пиршество асов

без схватки жестокой».

[Локи сказал:]

«Хочешь ты, Фригг,

дальше послушать

дерзкие речи:

из-за меня ведь

Бальдр не вернется

к тебе никогда.

(Старшая Эдда, «Перебранка Локи», 27–28)

Сюжет популярный, в древних стихах хранится немало подробностей, пропущенных Снорри. Например, о том, что невольный убийца, слепой Хёд, сам был убит; заодно здесь сообщается о каре Локи, о которой позже Снорри написал подробно, но мы это пропустим, как к теме не относящееся, хватит и стиха:

Я же провидела

истекшего кровью

отпрыска Одина,

Бальдра судьбину —

тот, прораставший

тонкий и долгий,

красивый на поле

омелы побег,

он, смертоносный

я знала, будет

причиной печали —

метнул его Хёд;

но скоро у Бальдра

брат народился,

сын Одина, мститель

в возрасте ночи:

рук не умыв,

ни волос не чесав,

убийцу Бальдра

настиг и убил;

тем часом оплакала

Фригг в Фенсалире

горе Вальгаллы.

Еще мне вещать? Или хватит?

Знаю, как мститель

Вали сплетал

Страшные узы —

Вервь из кишок,

Видала, как связанный

под Хвералундом

лежал зловредитель,

похожий на Локи,

с ним Сигюн сидела,

сама не своя от горя…

Еще мне вещать? Или хватит?

(Старшая Эдда, «Прорицания Вёльвы», 31–35)

Сожжение Бальдра подтверждает Старшая Эдда:

Один сказал:

«Все видел,

все слышал,

всех богов переспорил —

ответь мне: что же

Один шепнул

сыну, лежащему на костре?»

Вафтруднир сказал:

«Никто не узнает,

что ты шепнул

сыну, лежащему на костре;

о прошлом сказал я

и о будущей битве,

но смерти я ныне достоин:

с тобою, Один,

напрасно спорил —

ты в мире наимудрейший!»

(Старшая Эдда, «Речи Вафтруднира», 54–55)

Сны Бальдра и убийство Хёда отражены в отдельной песни, напоминающей прорицание Вёльвы, однако ученые не едины во мнении, касающемся ее отношения к Старшей Эдде: одни полагают ее одной из старейших предшественниц Эдды, другие, соответственно, напротив, отстаивают ее более поздний характер. Но суть в том, что это – самостоятельное произведение на ту же тему.

Тотчас собрались

все асы на тинг,

и асиньи все

сошлись на совет:

о том совещались

сильные боги,

отчего сны у Бальдра

такие зловещие.

Один поднялся,

древний Гаут,

седло возложил

на спину Слейпнира;

оттуда он вниз

в Нифльхель поехал;

встретил он пса,

из Хель прибежавшего.

У пса была грудь

кровью покрыта,

на отца колдовства

долго он лаял;

дальше помчался —

гудела земля —

Один к высокому

Хель жилищу.

На восток от ворот

выехал Один,

где, как он ведал,

вёльвы могила;

заклинанье он начал

и вещую поднял,

ответила вёльва

мертвою речью:

«Что там за воин,

неведомый мне,

что в путь повелел мне

нелегкий отправиться?

Снег заносил меня,

дождь заливал

и роса покрывала, —

давно я мертва».

[Один сказал:]

«Имя мне Вегтам,

я Вальтама сын;

про Хель мне поведай,

про мир я поведаю;

скамьи для кого

кольчугами устланы,

золотом пол

усыпан красиво?»

[Вёльва сказала:]

«Мед здесь стоит,

он сварен для Бальдра,

светлый напиток,

накрыт он щитом;

отчаяньем сыны

асов охвачены.

Больше ни слова

ты не услышишь».

[Один сказал:]

«Вёльва, ответь!

Я спрашивать буду,

чтоб все мне открылось:

еще хочу знать,

кому доведется

стать Бальдра убийцей,

кто сына Одина

смерти предаст».

[Вёльва сказала:]

«Хёд ввергнет сюда

дерево славы;

ему доведется

стать Бальдра убийцей,

он сына Одина

смерти предаст.

Больше ни слова

ты не услышишь».

[Один сказал:]

«Вёльва, ответь!

Я спрашивать буду,

чтоб все мне открылось:

еще хочу знать,

кто за убийство

Хёду отплатит,

кем на костер

он будет отправлен».

[Вёльва сказала:]

«Ринд в западном доме

Вали родит,

и Одина сын

начнет поединок,

рук не омоет,

волос не причешет,

пока не убьет

Бальдра убийцу.

Больше ни слова

ты не услышишь».

[Один сказал:]

«Вёльва, ответь!

Я спрашивать буду,

чтоб все мне открылось:

еще знать хочу,

кто эти девы,

что будут рыдать,

края покрывал

в небо бросая».

[Вёльва сказала:]

«Нет, ты не Вегтам,

как я считала,

ты, верно, Один,

ты древний Гаут!»

[Один сказал:]

«Ты же не вёльва,

провидица вещая,

ты, верно, мать

трех великанов!»

[Вёльва сказала:]

«Домой поезжай!

Гордись своей славой!

Отныне сюда

никто не придет,

пока свои узы

Локи не сбросит

и не настанет

гибель богов!»

(«Сны Бальдра»)

Однако Бальдр, как бог благой и невиновный, воскреснет в новом мире, равно как и его