Империя Рюриковичей (V-XVI вв.). Русская экспансия - Сергей Владимирович Максимов

первой половине IX в. по Днепру и знавшим о существовании киевских полян. Уже во времена Бравлина русы, посещавшие средний Днепр, обладали военной мощью, сопоставимой с силами киевлян. «Повесть» сообщает, что в поход 860 г. отправилось двести кораблей, а по данным «Венецианской хроники» Иоанна Диакона, их было триста шестьдесят90. Надо полагать, что не менее половины всех судов принадлежало русам. Ведь окажись славяне в большинстве, кто знает, как бы они поступили со своими вынужденными союзниками.

Дуумвират

Существует мнение, что после 860 г. русы не задержались в Киеве и покинули его так же неожиданно, как и появились91. В действительности, немалая часть русов осталась господствовать в Киеве, избрав своим князем Аскольда. Славянский князь Дир к этому моменту, возможно, уже умер. Нельзя исключать, что его могли убить по приказу Аскольда. Третье предположение состоит в том, что русы мирно отстранили Дира от реальной власти. Это вполне могло случиться, если Дир был откровенно слабым правителем.

С другой стороны, идея «два народа – два князя» (дуумвират Аскольда и Дира) находит подтверждение в русских источниках. В Никоновской летописи говорится, что в 865 г. Аскольд и Дир вместе ходили на Полоцк и сотворили там много зла92. Согласно этой же летописи, в 867 г. Аскольд и Дир успешно воевали со степью93. В 866 и 876 гг. оба князя фигурируют в летописи, как организаторы новых походов на Константинополь94. Последним аргументом в пользу версии о соправлении славянского и русского князей является, ставшее хрестоматийным, сообщение «Повести» об убийстве Аскольда и Дира Олегом Вещим в 882 году95.

Отдельно от Дира Аскольд упоминается в источниках в связи с убийством его сына болгарами в 864 году96. В «Истории» В.Н. Татищева есть известие о том, как в 867 г. Аскольд победил кривичей97. Итак, у нас имеются веские основания считать реальным присутствие русов во главе с князем Аскольдом в Киеве как минимум после 860 года.

Язычник Аскольд или христианин Николай? Было ли у Аскольда христианское имя?

Пока русы Аскольда обитали в Киеве, многие из них успели креститься. Крещение происходило не где-нибудь, а в самом Константинополе!

Продолжатель Феофана, говоря о нападении русов на столицу Византии в 860 г., между прочим сообщает, что вскоре русы прислали в Константинополь послов с просьбой о крещении, которая была тут же исполнена98. Никоновская летопись относит новообращение русов к 876 году99. Легенда сообщает, что среди крестившихся был и князь Аскольд. «Повесть» прямо указывает на его христианство, говоря, что на могиле Аскольда в Киеве некий Ольма возвел церковь Николы100.

Так что первым русским князем, принявшим христианство, как элемент византийского образа жизни, была не Ольга, не ее внук Владимир, а Аскольд киевский, крестившийся под именем Николая. При нем христианство получило среди русской знати такую поддержку, что уже в 867 г. из Византии отправился к ним служить особый епископ101.

Крестившись, придворные князя Аскольда стали проявлять растущий интерес к высокой греческой культуре. Видимо, это они выступили коллективным заказчиком написания для них русской азбуки. Так что зря удивлялся просветитель Кирилл, когда обнаружил в Херсоне Евангелие и Псалтирь, «роусьскыми письмены писана»102. Перевод главных христианских книг на язык днепровской руси в середине IX в. мог произойти только в Киеве, центре независимого славянского княжества с утвердившейся в нем династией русов и русской дружиной во главе.

Поляне не были славянами?

Все, кто когда-либо интересовался ранней русской историей, знают, что киевские поляне – это одно из полутора десятков восточнославянских племен, от которых в дальнейшем пошла Киевская Русь. До сих пор я и сам называл их славянами антского происхождения и не разрешал себе в этом усомниться. Однако что, если это не так? Что, если существуют сведения, способные пролить новый свет на историю возникновения полянского народа и доказать, почему русы Аскольда с легкостью получили власть над Киевом и до поры до времени пользовались поддержкой большинства киевлян?

В отечественной исторической науке существует целая традиция отождествлять русов не с северными людьми (норманнами) и не со славянами, а выводить их корень из кельтской этнической среды. Два советских историка (А.Г. Кузьмин и Е.В. Кузнецов) рискнули предположить, что отдельные группы русов (или ругов) впервые появились на юге и юго-востоке Европы еще в III в. нашей эры. По их мнению, к моменту, когда эпоха Великого переселения народов подошла к концу, на карте континента можно было насчитать более десяти «Ругий» и «Русий»103.

В Поднепровье и Подунавье русы постепенно сблизились с местными славянами, но – обратите внимание! – их слияние нигде не было полным. Русы считали себя аристократическим слоем, сохраняли родовые привычки, нормы и традиции в неприкосновенности и держались на дистанции от славян. Одной из устойчивых особенностей сообщества русов была жесткая иерархия их социальных отношений. Причина врожденного чиноначалия русов заключалась в господстве у них кровно-родственной семьи.

Самая ближняя к нам «Русия», окруженная со всех сторон славянскими народами, располагалась в восточных отрогах Карпат. Эта полулегендарная страна принадлежала днепровской руси и называлась «Ругиландом».

Когда необходимость заставила русов и славян переселиться в район Киева, выходцы из Ругиланда заняли в новом социуме подобающее им аристократическое положение и установили свою власть в городе. Не исключено, что некоторое время они составляли большинство населения в Киеве, и это сказалось на распространении их бытовых порядков.

Такой вывод не кажется слишком надуманным, если внимательно прочитать отрывок из текста «Повести», в котором автор сравнивает брачные обычаи киевских полян и других восточнославянских народов. Из летописного рассказа видно, насколько сильной была у полян власть родителей над детьми. Брак у них был покупным и заключался отцом и матерью. У всех же остальных славян женихи и невесты сами решали свою судьбу во время ежегодных «игрищ между селами»104.

И это еще не все.

Если сравнить нормы обычного права, действовавшие у полян, с нормами других народов, станет ясно, что они ближе к германским, чем к славянским порядкам. Наибольшее совпадение наблюдаются с «Баварской правдой», составленной германцами в VII–VIII веках105.

Автору «Повести», жившему в Киеве на рубеже XI–XII вв., непохожесть сограждан на других обитателей киевской державы была настолько очевидна, что он трижды повторил в тексте летописи, что поляне живут особо от других славянских племен106.

Совокупность приведенных сведений заставляет думать, что Нестор, описывая в «Повести» своих земляков, подразумевал под полянами не чисто славянское, а славяно-русское население, во второй четверти X в. переселившееся в Киев из Подунавья 107.

В произошедшем