Майкл Форд - Кровное родство

— Давай, Лисандр! — раздался знакомый голос.

Он открыл глаза.

«Леонид! Спасибо тебе», — безмолвно сказали другу уста Лисандра.

— Шестьдесят восемь!

Лисандр уже слышал, как крякает при каждом приседании, издавая глухие гортанные звуки.

Поднимаясь, Лисандр качнулся, но устоял и выпрямился. Аристодерм широко улыбнулся.

«Я ему покажу!»

— Шестьдесят девять!

Лисандр вообразил, будто стоит в фаланге на равнинах, вонзая копье в воина из персидского строя.

— Семьдесят один!.. Семьдесят два!

— У него получится, — раздался чей-то голос. — Он побьет рекорд!

— Семьдесят три.

Лисандр готовился к последнему приседанию. Он не чувствовал ног — лишь глухую боль, будто ему раздавили все кости.

Лисандр крепче обхватил ось и вообразил, будто снова вернулся на нос корабля Вомисы и видит, как дед вонзает себе в грудь меч. Он вспомнил, что Теллиос назвал его деда трусом, и все его существо охватил гнев.

— Семьдесят четыре!

Лисандр наклонился в сторону, ось выскользнула из его вспотевших рук и с грохотом свалилась на землю.

Юноша упал ничком. Когда его щека коснулась земли, у него заболел сломанный нос. Кровь громко стучала в ушах.

Раздался звон колокола, созывающего на ужин.

— Приведите себя в порядок, — приказал Аристодерм.

Лисандр видел, как ребята спешат в столовую, причем каждый хлопал его по спине.

— Молодец, Лисандр.

— Спасибо, товарищ.

Леонид взял Лисандра под руку и помог ему встать. Юноша подождал, когда у него перестанет кружиться голова.

— Оставь его, — сказал Аристодерм. — Он сам напросился. Пусть сам и справляется.

Похоже, новый наставник не так уж сильно отличался от Диокла.

Леонид отпустил руку Лисандра и, бросив на него сочувствующий взгляд, последовал за другими.

Шатаясь, Лисандр подошел к колодцу. Дрожащими руками он вытащил ведро и облил себя ледяной водой, с удовольствием чувствуя, как та успокаивает его ноющие мышцы. Но на душе у него было неспокойно.

Лисандр отпустил ведро, и оно с грохотом упало в колодец. Обернувшись, юноша прислонился к колодцу и взглянул на площадку.

«Я потерял все, — подумал он, вспомнив ссору с Кассандрой. — Все! Теперь казарма станет моим единственным домом, пока мне не исполнится тридцать».

Лисандр видел перед собой бесконечную череду лет, безграничные трудности и жестокость. В кого он превратится, когда придет время покинуть казарму?

Лисандр почувствовал сильное головокружение, по телу пробежал холодок. Точно незримой рукой, страх схватил его за горло и стал душить. Юноша повернулся, оперся локтями о край колодца и стал вглядываться в темноту, пытаясь остановить головокружение. Что с ним происходит?

Лисандр закрыл глаза.

«Я не напрашивался на это», — пробормотал он про себя.

Позади него раздался какой-то непривычный звук. Коренастый парень шел к нему, чуть прихрамывая. На нем была короткая туника и безупречный красный плащ.

Калека тяжело опирался на сучковатый костыль, но когда он поднял голову, Лисандр тут же узнал это лицо.

— Орфей!

Он устремился к другу, чтобы поддержать его. Орфей вспотел от усилий — ему было трудно стоять прямо. В свободной руке он держал деревянный меч для тренировок. Взгляд Лисандра упал на деревянную ногу под туникой. Топор персидского воина отхватил ее ниже колена.

— Меня подлатали, видишь? — сказал Орфей и ударил мечом по своей деревянной ноге.

Лисандр обнял друга.

— Мне даже не верится, что ты уже вышел из больницы.

— У нас столько потерь, — сказал Орфей. Его лицо побледнело и осунулось. — В больнице остались лишь тяжелораненые.

— Как же они… — Лисандр посмотрел на место, где у Орфея когда-то была настоящая нога.

Орфей вздрогнул и отвел взгляд.

— Тебе не надо этого знать, — наконец сказал он. — Я потерял сознание от боли. В больнице сказали, что мне повезло, раз я остался жив. Я вернулся, чтобы продолжить тренировки.

Лисандр натянуто улыбнулся. Позволит ли новый наставник Орфею продолжить тренировки вместе с ними?

— Я рад снова видеть тебя, — сказал Лисандр, похлопывая друга по спине.

Орфей заглянул в колодец.

— Лисандр, у тебя взволнованный вид. Что ты искал в колодце? Оракула?[7]

Лисандр рассмеялся.

— Вроде этого, — ответил он. — Наверно, я ждал, пока мне ответят.

— Знаешь, философ Фалес считал, что все происходит от воды. Но когда спартанцы хотят получить ответы, они отправляются в Дельфы.

— Как же я забыл об этом! — воскликнул Лисандр. Он посмотрел на горы. Вот, что ему нужно! Дельфийский Оракул поможет избавиться от демонов, терзавших его душу.

— С тобой все в порядке?

— Теперь все в порядке, — ответил Лисандр, отталкиваясь от колодца. — Идем ужинать. А то там ничего не останется, кроме объедков.

Орфей покачал головой и широко улыбнулся.

Лисандр напряженно думал.

«Это как раз то, что надо. Дельфы!»

Глава пятая

— Пусть кто-нибудь скажет этим илотам, чтобы они добавляли меньше уксуса, — заявил Прокл, делая кислую мину.

Лисандр макал хлеб в густой темный суп. Его приготовили из крови поросенка, и в нем плавали драгоценные кусочки мяса. Правда, больше всего в супе было набухшего ячменя, а также несколько кусков инжира. После сражения с персами запасы еды в Спарте иссякали.

— Утверждают, — заговорил парень по имени Пелиас, — что однажды здесь побывал гость из Афин. Отведав это блюдо, он заметил: — «Теперь я знаю, почему спартанцы столь охотно и легко отдают свои жизни на поле боя — кто же еще раз захочет попробовать такое».

За столом раздался смех. Лисандр улыбнулся, он ничего не имел против вкуса супа. Он все время думал об Оракуле.

— Ты действительно собираешься просить его? — поинтересовался Орфей, когда Лисандр шепотом рассказал другу о своих планах. Из-за громких криков и разговоров в столовой их все равно никто не мог подслушать.

— Мне придется, — ответил Лисандр. Он взглянул на Аристодерма. В помещении он еще больше напоминал призрака, его кожа казалась совсем белой — как алебастр.

«Позволит ли он мне покинуть казарму? — гадал Лисандр. — Диокл отказал бы, не задумываясь».

— Удачи, — пожелал ему Орфей.

Леонид наклонился через стол.

— О чем вы там оба шепчетесь?

— Я хочу посетить Дельфийского Оракула, — ответил Лисандр.

Леонид изумленно поднял брови.

— Тебе понадобятся деньги, — заметил он.

— Разве там не богам поклоняются? — спросил Лисандр.