Китай в XX веке. От рисовых полей до атомной бомбы - Алекс Каплан

Шеннолта. Генерал оказался чуть ли не единственным из числа американского военного и политического руководства, кто попытался оказать реальную помощь отступающим гоминьдановским войскам. Его летчики делали все возможное, чтобы прикрыть китайцев с воздуха, одновременно нанося бомбовые удары по наступающим японцам.

В отличие от 14-й воздушной армии, подразделения 20-й воздушной армии на помощь Чан Кайши не пришли – вместо этого они начали спешно покидать расположенные в Китае аэродромы. Стоит признать, что стратегическая авиация была не самым правильным оружием для борьбы с вражеской пехотой, но в сложившихся обстоятельствах на счету был каждый самолет – особенно такой большой, как «Б-29». В те дни американцы больше занимались тем, что взрывали выстроенные с таким трудом аэродромы. То были не простые полевые аэродромы для легких истребителей где-то на передовой, речь шла о современных системах, которые имелись тогда далеко не в каждом крупном американском городе, для строительства которых в свое время привлекли 350 тысяч китайских рабочих. Теперь же все это предстояло уничтожить, да еще в условиях крайней спешки. На взлетной полосе укладывали одну за другой 500-килограммовые бомбы и взрывали, чтобы взлетную полосу никоим образом нельзя было использовать. В самый критический момент Чан Кайши приказал китайским войскам, дислоцированным на Бирманском фронте, вернуться в Китай, чтобы хоть как-то исправить положение. Эти гоминьдановские части были самыми боеспособными, великолепно вооруженными и хорошо оснащенными, поскольку за их снабжение отвечали американцы и англичане. После того как они снялись с Бирманского фронта, у англичан возникли большие военные сложности – конфликт между союзниками в Азии достиг высшей точки напряжения. Чан Кайши категорически потребовал отозвать из Китая генерала Стилуэлла, в то время как Рузвельт угрожал лишить Гоминьдан всяческой американской помощи. Завершилось это только тогда, когда японская армия достигла поставленных целей и к ноябрю 1944 года вышла на соединение со своими частями во Французском Индокитае. Армия Чан Кайши оказалась полностью разгромлена – более 300 тысяч солдат и офицеров погибли, сотни тысяч дезертировали. Американские аэродромы на китайской территории по большей части были уничтожены. Большая часть 14-й воздушной армии и 20-я воздушная армия покинули Китай. Однако на момент триумфального завершения Императорской армией «Операции ИтиТо» сокрушительная мощь японского оружия в Азии уже не играла никакой роли, так как к ноябрю 1944 года американцы уже полностью овладели Марианскими островами, а «Суперкрепости» начали совершать первые авианалеты на Японские острова. Война на Тихом океане по большому счету уже завершилась победой союзников – и даже начавшаяся битва за Филиппины не вызывала ни волнений, ни страхов. Разгромленный Свободный Китай также мало интересовал союзников, потому как все их внимание теперь сконцентрировалось на принуждении Японии к безоговорочной капитуляции любыми средствами. Через десять месяцев Вторая мировая война была официально завершена.

Глава 16

Мао в Яньане. 1935—1945

В наполненной событиями жизни председателя Мао Цзэдуна десятилетие с момента завершения Великого похода в 1935 году до окончания Второй мировой войны в 1945 году оказалось самым спокойным. Все это время он провел на базе коммунистов в Пограничном районе, занимаясь теоретическими изысканиями и руководя крупномасштабными военно-политическими действиями. За десять лет председателю Мао удалось добиться следующего: он создал теоретическую основу китайской версии коммунизма и заложил фундамент победы в предстоящей гражданской войне с Гоминьданом. Когда осенью 1935 года, после завершения Великого похода, товарищ Мао Цзэдун вместе со смертельно уставшими бойцами Красной армии входил на советскую базу в Пограничном районе, он еще не достиг тех высот политической власти, какие покорились ему в 1945 году, да и собственно Коммунистическая партия Китая не представляла собой весомой силы на международной арене. Ни один видный политический деятель в Европе или же в Азии не смог бы ответить на вопрос: кто такой Мао Цзэдун? На тот момент мировой политический бомонд лишь удивлялся, что Чан Кайши никак не мог покончить с китайскими коммунистами, хотя и немало усердствовал в этом вопросе. Сами же китайские коммунисты в те довоенные годы оставались мифом: их никто не видел, о них мало что знали, но они держали режим Чан Кайши в постоянном страхе, в то время как простой народ слагал о них и Председателе Мао легенды, передаваемые из уст в уста по всей огромной стране. Между тем шанхайская богема только и говорила, что о красных героях, ведь гоминьдановский режим уже тогда всем претил своей узколобостью, коррумпированностью и крайне реакционными, зачастую даже фашистскими взглядами на государственное устройство. В 1936 году руководство Коммунистической партии Китая решило провести специальную операцию по собственной популяризации в мировом информационном пространстве. Накануне надвигавшейся на мир военной бури шаг такой был как нельзя кстати: следовало заявить о себе, поставить международную общественность в известность о своих позициях по основным китайским вопросам. Произошло это следующим образом. Несмотря на внушительный масштаб Китая, местные политические деятели хорошо знали друг друга и плотно общались. В июне 1936 года проживавший на то время в Пекине американский журналист левого толка Эдгар Сноу решил отправиться к коммунистам, чтобы взять интервью у Мао Цзэдуна, о котором в то время ему довелось узнать из наиболее просвещенных источников. Его самым надежным информатором была Сун Цинлин – вдова Сунь Ятсена, покойного лидера Китайской революции и «Отца нации». Госпожа Сун Цинлин придерживалась левых взглядов, сотрудничала с Коминтерном и плотно общалась с коммунистами в Пограничном районе. Именно она организовала Эдгару Сноу поездку к Мао Цзэдуну, которая для молодого американского журналиста стала настоящей путевкой в жизнь. Эдгар Сноу провел на красной территории почти четыре месяца, из которых целых десять дней – лично с Мао Цзэдуном, беседуя на разнообразные темы. Сноу предоставили уникальную возможность встретиться и поговорить с десятками, сотнями людей – от простых красноармейцев до членов высшего руководства партии. Американец был поражен увиденным и после возвращения домой немедленно приступил к написанию книги, вышедшей в свет в 1937 году и ставшей мировым бестселлером. «Красная звезда над Китаем», а именно так называлась изданная в Лондоне книга, стала главным учебником для тех, кто по долгу службы или же из праздного любопытства хотел узнать о ситуации в коммунистическом лагере из первых рук. Между тем большая часть книги посвящалась никому не известному Мао Цзэдуну, а не коммунистической партии в целом, о позициях и принципах которой мир все же имел представление. Руководство КПК со своей стороны сделало все возможное, чтобы произвести на молодого американского журналиста впечатление, но в первые годы, можно сказать, романтического коммунизма они представляли собой отряд идеалистов –