Китай в XX веке. От рисовых полей до атомной бомбы - Алекс Каплан

жителей брать было неоткуда. В наличии не осталось ни самолетов, ни радаров, ни ночных прожекторов, ни зенитной артиллерии. Иссякли запасы топлива и резерв опытных летчиков, так же как и боеприпасы для зенитной артиллерии. Если территорию Германии в 1943 году обороняли более миллиона человек, а количество истребителей для защиты рейха превышало число самолетов на фронте, то в Японии ситуация сложилась прямо противоположная. В распоряжении центрального правительства в Токио в 1945 году оставались лишь осколки некогда могущественной военной машины. Таким образом, гражданское население страны осенью 1944 года не имело ни малейшего представления о надвигавшейся на них катастрофе. Пока солдаты Императорской армии все еще оборонялись последними патронами в бункерах на Марианских островах, американские строительные батальоны уже прокладывали взлетные полосы новых аэродромов всего в нескольких километрах от передовой. Их стараниями в рекордные сроки были построены пять больших аэродромов, с которых на протяжении следующих десяти месяцев взлетали самолеты, нещадно бомбившие древнюю и воинственную цивилизацию. А уже в августе 1945 года с Марианских островов поднялись «Суперкрепости» с атомными бомбами на борту, сброшенными на Хиросиму и Нагасаки.

Купол здания Выставочного центра торгово-промышленной палаты Хиросимы сразу после атомной бомбардировки, сегодня это Мемориал мира

Страх Токио перед надвигающимся американским вторжением, а также морской разгром на Тихом океане сыграли злую военно-политическую шутку с правительством Чан Кайши. Еще в начале 1943 года президент США Рузвельт в качестве жеста доброй воли по отношению к китайскому союзнику отдал приказ о создании на подконтрольной Гоминьдану территории мощной авиационной группировки. Это был звездный час генерала Шеннолта, который с конца 1941 года бороздил небо над Куньмином с полусотней не самых лучших самолетов. Теперь же его назначили командующим 14-й американской воздушной армией – крупным и хорошо укомплектованным воинским соединением, созданным по личному приказу президента Рузвельта. После этого Шеннолт стал просто одержим идеей разгрома Японии силами своей группировки. По крайней мере, именно так он докладывал в Вашингтон и уверял в этом своего друга – генералиссимуса Чан Кайши. В ноябре 1943 года, в ходе Каирской конференции, Рузвельт лично пообещал Чан Кайши прислать ему «очень тяжелые бомбардировщики». Речь шла о новейшей разработке американской авиационной индустрии – бомбардировщике «Боинг Б-29 Суперкрепость», который только собирались запустить в производство. В Вашингтоне этот новый самолет рассматривали в качестве оружия, способного переломить ход войны, что в случае с Японией оказалось верным предположением. Чан Кайши был крайне польщен оказанным ему доверием со стороны американцев и с радостью на все согласился. В тот момент, когда положение на фронтах Второй мировой войны складывалось для «Большой четверки» как нельзя лучше, китайскому руководству казалось, что опасаться ослабленной и терпящей поражение Японии уже не стоит – тем более при обещанной поддержке США. Уже в декабре 1943 года в Китае приступили к строительству аэродромов. Однако обещание Рузвельта прислать «очень тяжелые бомбардировщики» оказалось скорее непродуманной политической бравадой, чем взвешенным решением. Когда проработкой вопроса вплотную занялись военные в Вашингтоне, то стало ясно, что обслуживать целую группу новейших бомбардировщиков в далеком Китае было делом опасным и хлопотным, ведь страна находилась в блокаде. Снабжение пришлось бы осуществлять самолетами с территории Индии через Гималаи, что на практике было крайне трудно реализовать, да и объемы грузоперевозок оказались бы слишком скромными.

Команда стратегического бомбардировщика «Энола Гей» (Enola Gay), с борта которого на Хиросиму была сброшена атомная бомба «Малыш»

И все же обещание президента США выполнили, но разве что символически. На юге Китая к апрелю 1944 года создали особую 20-ю воздушную армию стратегической авиации, которая смогла осуществить некоторое количество налетов на важные японские цели. Однако после захвата Марианских островов – более подходящего стратегического плацдарма – 20-ю воздушную армию перебросили из Китая на острова. Тем не менее все эти планы и передвижения оказали влияние на развитие событий в Свободном Китае в апреле 1944 года. Японская разведка знала о появлении у американцев нового сверхтяжелого бомбардировщика дальнего радиуса действия. В Токио по этому поводу испытывали огромные волнения, понимая, что страна беззащитна перед такого рода оружием. Единственный выход состоял в том, чтобы не допустить противника на расстояние дальности полета новейших машин – чуть более 2 тысяч километров. И на тот момент единственным подходящим под указанные параметры плацдармом была территория Свободного Китая, особенно на юге и в центре. Таким образом, у японского военнополитического руководства появилась еще одна причина додавить гоминьдановский Китай.

К началу 1944 года США уже завладели Тихим океаном и морские коммуникации Японии оказались полностью разгромленными – сотни транспортных судов были потоплены и их катастрофически не хватало. Страна задыхалась без нефти, железной руды и продовольствия. Требовалось срочно наладить другие – сухопутные – пути снабжения Японии, и сделать это следовало в кратчайшие сроки. На суше, в отличие от моря, у Токио сохранилось военное превосходство. От границ с СССР в Маньчжурии до границ с Индией в Бирме стояли почти 2 миллиона солдат и офицеров Императорской армии, и общее положение дел на этом протяженном участке складывалось для Токио довольно удачно. А потому на суше в начале 1944 года Япония имела все шансы развернуть ход военных событий в свою пользу. Требовалось только выбрать правильного – слабого – противника, чтобы одержать убедительную победу и одновременно решить ряд стратегических задач первостепенной важности. И выбор японцев без особых колебаний пал на Свободный Китай. Окончательная победа над ним не только решала вопросы снабжения и ликвидации авиационной угрозы, но также давала Японии возможность добиваться проведения мирных переговоров с США. На тот момент Вашингтон еще не понимал, во сколько американских жизней обойдется ему освобождение Филиппин, а потому испытывал неуверенность. Что уж было говорить об огромном Китае. Одно дело разбомбить и потопить японский флот на Тихом океане, для чего требовалось большое количество техники, производимой в США ударными темпами, и совсем другое – послать миллионы американских солдат в бой с фанатичной Императорской армией. В таком случае потери исчислялись бы сотнями тысяч жизней, если не миллионами, чего американский электорат никогда бы не стал терпеть. Стоит отметить, что во время войны выборы в США проводились исправно, и президенту Рузвельту приходилось крайне непросто. Очередные выборы выпали как раз на 1944 год – предвыборная кампания была в полном разгаре. В Великобритании, напротив, на время войны отменили все выборы – и общенациональные, и региональные. Состоялись они только летом 1945 года, и Уинстон Черчилль их с треском