Краткая история равенства - Тома Пикетти

в денежном выражении. До начала 1960 года состояния, ставшие предметом нашего изучения, включали в себя активы в колониях, активы, накопленные с использованием значительных юридических преимуществ, а также активы, ставшие следствием чрезвычайного политического и военного доминирования. В целом на страницах данной книги мы еще не раз вернемся к различным аспектам этой динамики и увидим, что движение к равенству в последние два столетия в первую очередь приняло форму глубинной ребалансировки права собственности в пользу неимущих. Эти трансформации, главным образом проходившие во второй половине XIX и весь XX век, стали основной ставкой в общественно-политической борьбе. Благодаря им общество добилось не только большего равенства в социально-экономическом отношении, но и роста процветания за счет того, что каждый смог играть в общественной и экономической жизни более существенную роль. Кроме того, я буду активно отстаивать мысль о том, что этот исторический процесс имеет все шансы получить дальнейшее развитие и в XXI веке, при том, однако, условии, что борьба на новых фронтах и исторические катаклизмы не помешают нам двигаться в избранном направлении. На данном же этапе лишь заметим, что в начале XIX века права собственников носили гораздо более абсолютный характер, нежели сейчас. С этой точки зрения можно считать, что снижение концентрации собственности и власти, обеспеченное вышеупомянутыми трансформациями, оказалось гораздо значительнее, чем демонстрирует График 4, принимающий во внимание строго монетарную оценку имущества. Иными словами, 50 % самых бедных, по всей видимости, самыми бедными и остаются, в том смысле, что их доля в общем объеме владений с XIX века почти не изменилась, но по крайней мере собственники (работодатели или арендодатели, колонисты или мужья) больше не имеют над ними той власти, что в прошлом.

Собственность на средства производства, жилье, государство и остальной мир

Чтобы проанализировать, как власть связана с отношениями собственности, и лучше понять динамику распределения собственности в денежном выражении, нам необходимо выделить категории имущества, которое может находиться в собственности. Если исключить отсюда владение другими живыми людьми во времена рабства, к которому мы еще вернемся, то их можно разбить на четыре группы: владение средствами производства, жильем, государством и остальным миром. Средства производства включают в себя земли сельскохозяйственного назначения и оборудование, заводы и машины, офисы и компьютеры, торговые заведения и рестораны, займы и оборотный капитал, а в более общем смысле – все то, что необходимо для производства товаров и услуг. Эти средства производства могут принадлежать непосредственно бизнесмену или руководителю предприятия, ими также можно владеть на паях, через акции, облигации и другие ценные бумаги; либо косвенно через депозиты и банковские счета (в этом случае предприятие оказывается во власти скорее банков и иных финансовых структур, которые вкладывают в него средства, пользуясь накопительными счетами и действующими правовыми нормами).

В соответствии с традиционным марксистским подходом, поистине капиталистический характер присущ только собственности на средства производства: именно она позволяет получать прибыль за счет эксплуатации рабочей силы, которая, в свою очередь, способствует накоплению капитала. Никоим образом не отрицая строго иерархическую специфику общественных отношений, формирующуюся в рамках этого процесса, я считаю важным подчеркнуть тот факт, что любые отношения собственности подразумевают определенные властные отношения, которые следует анализировать сами по себе, вне зависимости от рассматриваемой формы собственности[37]. В частности, владение жильем предполагает стратегии его изъятия и выстраивает между собственниками и нанимателями чрезвычайно суровые и даже деспотичные властные отношения, хотя с течением времени их, пусть и частично, все же приводят в более подобающий вид. Вопрос доступа к жилью и права в нем селиться выражает все самое сокровенное в каждом из нас. Здесь мы вторгаемся в сферу семейной жизни и «продолжения рода во благо общества», в том смысле, который в это понятие вкладывают критики из числа феминисток, совершенно справедливо выделяя тот факт, что данный аспект человеческого бытия жизненно необходим для функционирования экономики в целом (включая, конечно, воспроизводство рабочей силы и накопление капитала), и по праву утверждая, что классический марксистский анализ зачастую пренебрегает глубинным неравенством и властными отношениями в данном вопросе, вращаясь единственно вокруг «производственной» темы[38]. В действительности, чтобы получить глобальное представление о социально-политической системе и властных отношениях, задействованных в отношениях собственности, нам нужно проводить анализ собственности как на средства производства, так и на жилье, при этом, вполне естественно, разбивая ее на соответствующие категории, чтобы более подробно и всесторонне изучать как институциональный инструментарий, так и имеющие место социальные процессы.

Как правило, жилье в его монетарном выражении представляет собой весьма значительную долю частной собственности, нередко доходя до ее половины, в то время как средства производства (с точки зрения денежной стоимости предприятий) составляют примерно вторую половину. В начале 2020-х годов во Франции среднестатистический взрослый житель владел собственностью в размере порядка 220 000 евро (эквивалент среднего дохода за шесть лет), из которых порядка 110 000 евро приходилось на жилье (не обремененное долгами), а остальные 110 000 евро на профессиональные и финансовые активы[39]. В то же время надо заметить, что эти средние показатели никоим образом не отражают огромный диспаритет, в том числе в плане качественного состава имущества (см. График 5).

Для 20 %, а то и 30 % самых бедных слоев населения само понятие собственности в известной степени носит абстрактный характер: у некоторых если что-то и есть, то только долги, у других в запасе имеется лишь пара тысяч евро (зарплата за один-два месяца) наличными, на обычном банковском счете или депозите. Потом суммы начинают постепенно расти, хотя и остаются на довольно скромном уровне: средние накопления первой половины самого бедного населения едва дотягивают до 20 000 евро (примерно десятая часть от средних накоплений всего населения, что дает нам долю около 5 % в общем объеме накоплений в стране). Накопления второй половины самых бедных не превышают 100 000 евро – примерно половину от средних по стране. Проанализировав накопления следующих 40 % населения, располагающихся в промежутке между 50 % самых бедных и 10 % самых богатых, оценивающиеся от 100 000 до 400 000 евро, мы выясним, что в основном они представлены недвижимым имуществом. Если же говорить о 10 % самых богатых, чьи состояния составляют свыше 400 000 евро на человека, то их имущество все больше диверсифицируется: чем больше капитал, тем большую роль в нем играют профессиональные и особенно финансовые активы, в случае с 1 % самых богатых (с состоянием свыше 1,8 миллиона евро на человека) занимая преобладающее положение. Здесь следует отметить, что в среднем их состояние составляет порядка 5 миллионов евро на человека, в 25 раз превышая средний уровень накоплений по стране, что и дает нам их долю в размере 25 %