История, оперенная рифмой - Натан Альтерман

class="stanza">

Этот долг все равно не отдать, не вернуть —

Мне от них ничего не надо.

Так зачем осквернять мой последний путь

Этим гнусным трефным парадом?

Лишь одно я знаю: когда б Господь

Мне вернул на мгновенье силу,

Я вонзил бы ногти в живую плоть

И стащил бы немца в могилу.

Метаморфозы

Многие газетные тексты Альтермана носят ярко выраженный сатирический характер. Примером тому служит это стихотворение, написанное по следам заметки в газете, где рассказывалось о проблеме, с которой столкнулся зоосад одного из крупных европейских городов после отступления немцев. «С приходом в город войск союзников, — писала газета, — дирекция местного зоосада раздумывает, как поступить с содержащейся там обезьяной, которую в свое время обучили изображать нацистское приветствие».

Стихотворение «Метаморфозы» (מטמורפוזות) было опубликовано 27.10.1944 в газете «Давар».

Эта горькая новость — не абы-кабы.

Эта новость — трагедь обезьяньей судьбы.

Жил да был обезьян. Ел, чесался и прыгал.

И однажды, устав от обычных затей,

он кидать научился нацистскую зигу,

по сигналу начальства, по просьбе детей.

Чуть заслышав «зиг хайль!», тут же вскакивал, бодрый,

подбегал вперевалку к портрету вождя

и, воздевши конечность, с серьезною мордой,

зиговал неустанно, себя не щадя.

И за это в финале всеобщей потехи

получал обезьян наградные орехи.

Все тогда зиговали чумному параду,

и поди разбери в том угарном дыму:

обезьян подражал человечьему стаду

или стадо людей подражало ему?

Но меняется время, меняются веры —

отовсюду убрали усатый портрет.

Только наш обезьян в зоосадном вольере

одиноко зигует… — а зрителей нет.

А ведь только вчера по велению долга

бурно хлопал ему человеческий круг…

И грустит обезьян: он учился так долго,

ну а люди так быстро сменили свой трюк!

И теперь нет ни круга, ни даже кружка…

И гудит, и болит обезьянья башка.

Что ж, хвататься за голову принято даже:

нынче многие делают это, дивясь,

как народ превозносит в удвоенном раже

тех, кого лишь недавно затаптывал в грязь.

Плачет бедный: «Не выучить новые трюки —

видно, есть в обезьяньей природе изъян…»

Что поделаешь, гибкости нашей науки

не достигнет вовек никакой обезьян.

А снаружи — фанфары, цветы и портреты,

и глядит победитель, красив и усат…

И, похоже, в печальной трагедии этой

был замешан, увы, не один зоосад.

II.

Дорога в море — баллады маапилим

Последний сертификат

Это горькое сатирическое стихотворение, опубликованное незадолго до окончания войны, хорошо иллюстрирует отношение тогдашнего ишува к решению Британии продолжить политику «Белой книги» 1939 года, которая устанавливала квоты на еврейскую иммиграцию в Эрец-Исраэль. Продолжить — как будто не было ни войны, ни Катастрофы, как будто западноевропейские лагеря для перемещенных лиц не были заполнены в то время десятками тысяч чудом уцелевших евреев — недавних узников нацистских концлагерей, оставшихся без дома, без имущества, без гражданства. Поразительно, но и в этой ситуации Британская империя упорно отказывалась предоставлять евреям право на свободную иммиграцию, открывая ворота лишь счастливым обладателям специальных документов, именуемых сертификатами. Последняя строчка — «но без тебя теперь прибудет» — отражает стратегию руководства ишува, которое, отказавшись от сотрудничества с британскими властями в этом вопросе, избрало путь нелегальной алии.

Ѓаапала (нелегальная алия) возобновилась с окончанием войны, когда судоходство стало безопасным, и продолжалась нарастающими темпами вплоть до провозглашения независимости в мае 1948 года. Стихотворение «Последний сертификат» служит своеобразным литературным введением в этот период. Оно было опубликовано в «Седьмой колонке» в разгар споров между Сохнутом и британским правительством в связи с окончанием срока действия «Белой книги» (именно поэтому сертификат «последний»). В тот момент многие еще надеялись на изменение политики Великобритании в отношении Эрец-Исраэль. Особые надежды возлагались на лейбористов — представителей социалистической партии, идеологически близкой движениям, преобладающим в то время в руководстве ишува.

Лейбористы в самом деле победили на выборах в Великобритании, но, к горькому разочарованию социалистов, правительство, сформированное Клементом Эттли в июле 1945-го, заняло еще более непримиримую позицию в отношении ишува и еврейской алии. Такого никто не ожидал, ведь ранее Эттли неоднократно высказывался в пользу сионистов и выступал против политики «Белой книги». В ответ уже в августе к берегам Страны прорвались 9 кораблей с 1032 нелегальными репатриантами (маапилим) на борту; тогда же было сформировано объединенное военное руководство «Хаганы»[11], Эцеля[12] и Лехи[13], получившее название «Движение еврейского сопротивления» и ознаменовавшее переход ишува к вооруженной борьбе за независимость.

Стихотворение «Последний сертификат» (הסרטיפיקט האחרון) было опубликовано 30.03.1945 в газете «Давар».

Один! Один сертификат

остался в лондонской конторе!

Почтим его под гром кантат,

не проливая слезы горя.

Мы скажем: прочь гони печаль!

Чего стыдишься ты, ей-богу?

Ведь ты не ксива — ты мораль,

ты памятник, каких немного!

Печатью важною клеймен,

с гербом вестминстерской Фемиды,

ты будешь символом времен,

как Колизей и пирамиды.

Тебя ученые мужи

внесут прилежно в картотеку

для изученья — как ножи

эпохи каменного века.

Свидетель чести, доброты

и справедливости похвальной,

двадцатый век прославишь ты

во тьме истории печальной.

Расскажешь, как народ беды

искал спасенья в консулатах

и как толкал его под дых

чернильный палец бюрократа.

И как в бесстыдной простоте

кричал араб, тряся Кораном,

что тесно жить ему в черте

от Касабланки до Ирана,

от Чада до приморских скал,

от гор турецких до Залива!..

А мир смотрел, а мир икал

и соглашался торопливо.

В реестре взлетов и утрат,

книг и полотен, звезд и терний,

ты, наш простой сертификат,

любых шедевров беспримерней!