Алексей Апухтин - Стихотворения

25 марта 1856

НА НЕВЕ ВЕЧЕРОМ

Плывем. Ни шороха. Ни звука. Тишина.Нестройный шум толпы все дальше замирает,И зданий и дерев немая сторона      Из глаз тихонько ускользает.

Плывем. Уж зарево полнеба облегло;Багровые струи сверкают перед нами;Качаяся, скользит покорное весло      Над полусонными водами…

И сердце просится в неведомую даль,В душе проносятся неясные мечтанья,И радость томная, и светлая печаль,      И непонятные желанья.

И так мне хорошо, и так душа полна,Что взор с смущением невольным  замечает,Как зданий и дерев другая сторона      Все ближе, ближе подступает.

30 мая 1856

ДОРОГОЙ

П.И. Чайковскому

Едешь, едешь в гору, в гору…    Солнце так и жжет;Ни души! Навстречу взору    Только пыль встает.

Вон, мечты мои волнуя,    Будто столб вдали…Но уж цифры не могу я    Различить в пыли.

И томит меня дремою,    Жарко в голове…Точно, помнишь, мы с тобою    Едем по Неве.

Все замолкло. Не колышет    Сонная волна…Сердце жадно волей дышит,    Негой грудь полна,

И под мерное качанье    Блещущей ладьиМы молчим, тая дыханье    В сладком забытьи…

Но тряска моя телега,     И далек мой путь,А до мирного ночлега     Не могу заснуть.

И опять все в гору, в гору    Едешь, — и опятьТе ж поля являют взору    Ту ж пустую гладь.

15 июня 1856

НОЧЬ

К """

Замолкли, путаясь, пустые звуки дня,Один я наконец, все спит кругом меня;Все будто замерло… Но я не сплю: мне больноЗа день, в бездействии утраченный невольно.От лампы бледный свет, бродящий по стенам,Враждебным кажется испуганным очам;Часы так глухо бьют, и с каждым их ударомЯ чую новый миг, прожитый мною даром.И в грезах пламенных меж призраков иныхЯ вижу образ твой, созданье дум моих;Уж сердце чуткое бежит к нему пугливо…Но он так холоден к печали молчаливой,И так безрадостен, и так неуловим,Что содрогаюсь я и трепещу пред ним…

Но утро близится… Тусклей огня мерцанье,Тусклей в моей душе горят воспоминанья…Хоть на мгновение обманчивый покойКоснется вежд моих… А завтра, ангел мой,Опять в часы труда, в часы дневного бденья,Ты мне предстанешь вдруг, как грозное виденье.Томясь, увижу я средь мелкой суетыОсмеянную грусть, разбитые мечтыИ чувство светлое, как небо в час рассвета,Заглохшее впотьмах без слов и без ответа!..И скучный день пройдет бесплодно… И опятьВ мучительной тоске я буду ночи ждать,Чтобы хоть язвами любви неутолимойЯ любоваться мог, один, никем не зримый…

20 октября 1856

ОТВЕТ АНОНИМУ

О друг неведомый! Предмет моей мечты,Мой светлый идеал в посланьи безымянномТак грубо очертить напрасно хочешь ты:    Я клеветам не верю странным.

А если ты и прав, — я чудный призрак мой,Я ту любовь купил ценой таких страданий,Что не отдам ее за мертвенный покой,    За жизнь без муки и желаний.

Так, ярким пламенем утешен и согрет,Младенец самый страх и горе забывает,И  тянется к огню, и ловит беглый свет,    И крикам няни не внимает.

29 октября 1856

БОЖИЙ МИР

В.Н. Юферову

Как на Божий мир, премудрый и прекрасный,Я взгляну прилежней думой беспристрастной,

Точно будто тщетно плача и тоскуя,У дороги пыльной в знойный день стою я…

Тянется дорога полосою длинной,Тянется до моря… Все на ней пустынно!

Нет кругом деревьев, лишь одни кривыеВысятся печально вехи верстовые;

И по той дороге вдаль неутомимоИдут пешеходы мимо все да мимо.

Что у них за лица? С невеселой думойСмотрят исподлобья злобно и угрюмо;

Те без рук, другие глухи, а иныеИдут спотыкаясь, точно как слепые.

Тесно им всем вместе, ни один не можетСворотить с дороги — всех перетревожит…

Разве что телега пробежит порою,Бледных трупов ряд оставя за собою…

Мрут они… Телега бедняков сдавила —Что ж! Не в первый раз ведь слабых давит сила;

И телеге тоже ведь не меньше горя:Только поскорее добежит до моря…

И опять все смолкнет… И все мимо, мимоИдут пешеходы вдаль неутомимо,

Идут без ночлега, идут в полдень знойный,С пылью поднимая гул шагов нестройный.

Где ж конец дороги?          За верстой последней,Омывая берег у скалы соседней,

Под лучами солнца, в блеске с небом споря,Плещется и бьется золотое море.

Вод его не видя, шуму их не внемля,Бедные ступают прямо как на землю;

Воды, расступаясь, путников, как братьев,Тихо принимают в мертвые объятья,

И они все так же злобно и угрюмоИсчезают в море без следа и шума.

Говорят, что в море, в этой бездне чудной,Взыщется сторицей путь их многотрудный,

Что за каждый шаг их по дороге пыльнойТам вознагражденье пышно и обильно!

Говорят… А море в красоте небеснойТакже нам незримо, также неизвестно,

А мы видим только вехи верстовые —Прожитые даром годы молодые,

Да друг друга видим — пешеходов темных, —Тружеников вечных, странников бездомных,

Видим жизнь пустую, путь прямой и дальнийПыльную дорогу — Божий мир печальный…

15 ноября 1856

ПОСЛЕ БАЛА

Уж к утру близилось… Унынье превозмочьНа шумном празднике не мог я и тоскливоОставил скучный пир. Как день, сияла ночь.Через Неву домой я ехал торопливо.

Все было так мертво и тихо на реке.Казались небеса спокойствием объяты;Облитые луной, белели вдалекеУгрюмые дворцы, заснувшие палаты;

И скрип моих саней один звучал кругом,Но музыке иной внимал я слухом жадным:То тихий стон ее в безмолвии ночномМне душу потрясал каким-то сном отрадным.

И чудилося мне: под тканью золотой,При ярком говоре толпы немых видений,В неведомой красе носились предо мнойТакие светлые, сияющие тени…

То вдруг какой-то страх и чувство пустотыСжимали грудь мою… Сменяя призрак ложный,Другие чередой являлися мечты,Другой носился бред, и странный и тревожный.

Пустыней белою тот пир казался мне;Тоска моя росла, росла, как стон разлуки…И как-то жалобно дрожали в тишинеНапева бального отрывочные звуки.

4 января 1857

РУССКИЕ ПЕСНИ

Как сроднились вы со мною,Песни родины моей,Как внемлю я вам порою,Если вечером с полейВы доноситесь, живые,И в безмолвии ночномМне созвучья дорогиеДолго слышатся потом.

Не могучий дар свободы,Не монахи мудрецы, —Создавали вас невзгодыДа безвестные певцы.Но в тяжелые годиныВесь народ, до траты сил,Весь — певец своей кручины —Вас в крови своей носил.

И как много в этих звукахНепонятного слилось!Что за удаль в самых муках,Сколько в смехе тайных слез!Вечным рабством бедной девы,Вечной бедностью мужейДышат грустные напевыНедосказанных речей…

Что за речи, за герои!То — Бог весть какой поры —Молодецкие разбои,Богатырские пиры;То Москва, татарин злобный,Володимир, князь святой…То, журчанью вод подобный,Плач княгини молодой.

Годы идут чередою…Песни нашей стариныТем же рабством и тоскою,Той же жалобой полны;А подчас все так же вольноСлавят солнышко-царя,Да свой Киев богомольный,Да Илью-богатыря.

1 июля 1857