Ника Турбина - Стихи и статьи о Нике

Ника Турбина

стихи Ники Турбиной

Стихи посетили Нику Турбину в 4 года. Ребенок пугал маму и бабушку тем, что не спал по ночам — диктовал стихи. В 9 лет ялтинская девочка-гений стала знаменитой на весь Союз, в неполных 16 вышла замуж за 76-летнего итальянца, с ним уехала в Швейцарию, потом развелась и вернулась… В 22 года Ника шагнула с балкона пятого этажа, но выжила. А в 27 шагнула снова…

Ника Турбина родилась в Ялте 17 декабря 1974 года и, по удивительному совпадению, училась в школе (бывшей гимназии), где в начале века училась Марина Цветаева. Когда девочке не было и десяти, в Москве вышел ее первый сборник — «Черновик», вступительное слово к которому написал Евгений Евтушенко. Какое-то время он опекал девочку, даже возил в Венецию, где юная поэтесса получила премию "Золотой лев"… А потом девочка выросла и стала никому не нужна.

…Несколько дней тело Ники Турбиной лежало в морге больницы имени Склифосовского, после чего было кремировано. Только один человек принес Нике последние цветы — ее преподаватель по Университету культуры Алена Галич, дочь Александра Галича.

Вчера нам удалось поговорить по телефону с Аленой Александровной:

— Нику уже кремировали, но пока еще не захоронили, потому что я прошу, чтобы нам разрешили похоронить ее на Ваганьковском кладбище, там, где лежат все поэты, и чтобы похороны были нормальные.

— Когда это произошло? Ведь чуть ли не день в день с предыдущей попыткой (в ночь с 14 на 15 мая 1997)?

— Это случилось 11 мая. Но здесь немножко другие обстоятельства… абсолютно непонятно, что произошло: либо несчастный случай, либо кто-то ее подтолкнул. Суицида не было! Абсолютно честно вам говорю, у меня все документы.

— У нас очень мало информации…

— Откуда же ей было появиться, если они даже мне ничего не говорили: я узнала обо всем только накануне кремации в полвторого ночи! Майя (мама Ники — Авт.) тоже ничего не знала, всем распоряжался Саша. Так нараспоряжался, что на кремации было 4 бомжа, да еще я, мой сын и мой студент. Саша — это человек, с которым она жила. Он актер, и тоже пил. С ним были еще женщина и два непонятных человека. Страшнее не придумаешь!

Ника родилась в Ялте, но всю взрослую жизнь прожила в Москве, и очень много людей хочет с нею проститься, а в Ялту не все могут выбраться. Майя сначала сопротивлялась, но все потом вместе решили добиваться захоронения в Москве. Майя с трудом нашла деньги, чтобы завтра-послезавтра вылететь ко мне. Я ей сказала, что она может остановиться у меня. Надо, чтобы Людмила Владимировна прилетела — это бабушка Ники, она всегда с нею по миру ездила. Может, власти Киева или Ялты ей помогут?

— Говорят, что Ника с родственниками практически не общалась?

— Почему? Она каждое лето бывала в Ялте. Но жила и училась здесь, у нее московская прописка, она гражданка России.

— Мы прочли на каком-то сайте…

— (перебивая)…что она была парализована? Полная чушь!

— А когда она поступала в Университет культуры, вы уговорили ректора, чтобы Нику приняли без экзамена по русскому языку, потому что она так и не научилась писать?

— Все правильно. Она не умела писать. Вернее, у нее была своя «скоропись». Она писала замечательные стихи, но ее почерк нельзя было разобрать. Она писала все время, эти клочки разбросаны везде. А вообще, мы имели право ее и без экзаменов принять, как мне сказал ректор. Сочинение она написала бы прекрасно, просто его прочитать никто не смог бы.

— А кто-то говорит, что Ника уже много лет не сочиняла!

— Это неправда. В документальном фильме Ялтинской студии она сказала, что не помнит стихов. Во-первых, они ее напоили перед интервью, а во-вторых, она действительно не помнила. Мы сейчас пытаемся дополнить ее книгу и переиздать. Я на днях нашла ее записку, чтобы показать журналистам, как она пишет — чтобы слухи прекратились, якобы она не сама пишет. Когда Ника нервничала и писала что-то серьезное (где-то у меня валяется тетрадка с ее докладами), не дописывала… Я за 10 лет научилась разбирать ее почерк.

— У нее ведь и раньше были попытки покончить с собой?

— Нет, попытка была только одна. И тоже… там была ссора, был какой-то толчок.

— Но ведь она себе и вены резала…

— Вены она резала в состоянии подпития, но тут же бежала и их зашивали. Она все время боролась. Попытки были, но это было не постоянное желание: наоборот, она хотела жить. У человека, который пьет и которого не лечили, в голове все время возникают какие-то тараканы. Я свидетель, как она выковыряла ампулу (она была "зашита"), напилась, а потом мы искали наркологическую помощь… После таких попыток она тут же приходила в себя, ее это ошарашивало и она начинала дико бороться за жизнь.

Таких гениальных детей нельзя бросать! Ее приподняли, а потом все кинули. А ведь это был человек с сознанием маленького ребенка, при том, что ей было 28 лет, внутри это была маленькая беззащитная девочка. О Нике снято 8 фильмов, ее стихи переведены на 12 языков, она была в Америке, в Колумбийском университете, там даже была конференция о технике перевода стихов Ники Турбиной. Она единственная в России получила премию "Золотой лев" после Анны Ахматовой — даже Бродский не имел этой премии, а она имела. В 12 лет!

— Когда вы виделись с Никой последний раз?

— Перед Новым годом — она меня поздравляла. Я ждала ее на Пасху — раньше она всегда ко мне приходила — но она только звонила. Она занималась в театре-студии в Свиблово, и мне казалось, что у нее вроде бы все нормально. Каждый раз по телефону Ника говорила: "Я приеду, я приеду". Ну вот — приехала…

Вячеслав Лашук, радиожурналист, поэт, автор переводов стихов Ники Турбиной на украинский язык:

— Впервые я прочел стихи Ники Турбиной в "Комсомольской правде" 6 марта 1983 года с предисловием Юлиана Семенова. Я поехал к ней в Ялту — было интересно проверить, «искусственный» ли это феномен: ребенок, который говорит о чувствах, понятных зрелой женщине. Дитя XXI века — так я ее сразу для себя назвал.

Приехав, увидел, что ее мама уже мечтает о лаврах всемирной славы, дедушка — писатель, профессионал, тоже в курсе дела. Пообщались мы ни о чем, я почувствовал какую-то фальшь и ушел. Выйдя из дома, на улице встретил Нику, которая возвращалась из школы. Я сразу узнал ее, она взглянула на меня — и я понял, что она сама пишет… Через несколько лет после ее книги «Черновик» мне попалась ее вторая книжка. Там я нашел мало нового. Это была уже не Ника Турбина…

Нельзя сказать, что детский талант разбился о взрослую жизнь — «помогли» взрослые, которые пытались из нее что-то лепить, как-то направлять. Раздули сенсацию: Центральный дом литератора, Евгений Евтушенко — конечно, это «шарахнет» по психике. Как поэт, она успела в возрасте 8–9 лет сказать то, что должна была сказать на этой планете. Может быть, она ушла рано, как человек, но как поэт себя исчерпала.

В ее поэзии — трагедия непонимания: ей проще было говорить с улицей, с телефоном, с золотой рыбкой или тремя апельсинами, чем с родной матерью или еще с кем-нибудь. Подруг у нее не было: "Не дозвонились ко мне друзья — возможно, денег нет…" Ее стихи очень трудно переводить: кроме ритма и рифм надо поймать образ — в нескольких строчках такой концентрат энергетики! Ее стихи невозможно выучить, они входят в подсознание.

Михаил НАЗАРЕНКО

— Ника, можно я буду с тобой на ты?

— Господи, нужно! Я ведь еще не очень старая.

— Я тебя разбудил. Что тебе снилось?

— У меня в последнее время ночи без снов. Ничего не снится!

— А раньше снилось?

— Раньше жизнь была — как сон. Милый, хороший сон. А сейчас уже не один год такая «милая» реальность, что со снами затруднительно. Разве что кошмары видятся.

— Что для тебя ночь? Время для отдыха или еще для чего-то?

— Я вообще-то ночной человек, поэтому ночь для меня не время для отдыха. Только ночью я чувствую себя защищенной от этого мира, от этого шума, от этой толпы, от этих проблем. Я становлюсь сама собой. Я наконец-то живу сама с собой!

— Есть такая потребность — быть защищенной?

— Естественно. У каждого человека есть потребность защищаться, тем более в наше, если мягко сказать… время.

— Не стесняйся…

— У меня профессия такая с пеленок — не стесняться. Буду я рудокопом или кем-нибудь еще. Так что все нормально. Хотя я хотела бы иметь стыд. Даже в своих выражениях.

Но каждому человеку в жизни нужно спрятаться. Спрятаться и остаться с тем, что тебе близко. Чтобы окружающий мир был от тебя как-то абстрагирован или ты был абстрагирован от окружающего мира. И неважно, ты один или с любимым человеком, читаешь ты или пишешь. Просто ночь — это мой дом.