Драматургия Югославии - Мирослав Крлежа

На кой черт нам двадцать четыре кабинета на двух мастеров? Играть в прятки?

Б о р а. Я тоже так думаю, товарищи!

П и к л я (с раздражением). Ты думай о том, о чем думал до сих пор!

Б о р а. А к тебе, бывшему мелкому собственнику, я и не обращаюсь. Впрочем, мы никогда и не питали к тебе полного доверия. (Обнимает Витомира.) Вита, мы временно обойдемся и двадцатью тремя кабинетами. Пока не вытянем где-нибудь средств на строительство административного здания!

Входит  Г о ц а.

П и к л я. А что, по-твоему, умник, мы будем делать с тем кабинетом, который освободится? Будем держать его для развода? (Уходит, махнув рукой.)

Г о ц а (подбегает к Боре, восклицает). Товарищи, я ведь жду прибавления, а квартиры у меня нет! Отдайте мне его! Временно. Я отработаю эту комнату, не нужно мне платить зарплату.

В и т о м и р (подхватывает Гоцу под руку и ведет ее в сторону). Я ведь тебе говорил, чтобы ты не просила того, кто тебе помочь не может.

Гоца плачет.

В и т о м и р. Не распускай нюни, иди прямо к Милое… Давай! Скажи только, что я тебя послал!.. (Уходит вместе с ней.)

Б о р а (расхаживая из угла в угол). А ну-ка, все сюда! Мы отдадим один кабинет в аренду представительству холодильных установок. А после — будь что будет! Да. А что касается канцтоваров… Где вы все запропастились, товарищи? Я вам говорю, это вас касается! Куда уходит столько бумаги? Я призываю всех вас расходовать туалетную бумагу более экономно! И потом, вы что, пьете, что ли, эти чернила? Пусть только я увижу, что кто-то заправляет свою личную авторучку кооперативными чернилами!

Вбегает  Ш п и р а.

Ш п и р а (в ярости). Кто это мне наврал, что ты уже отдал концы?

Б о р а. Вот ты-то мне как раз и нужен!

Ш п и р а. Запрыгаешь у меня, когда тебе ерша в штаны подбросят!

Б о р а. Я знаю, ты пришел упрашивать! Только полегче, парниша! Из-за тебя человек не мог заполучить бабу! Но когда они сейчас расскажут, что они получили от тебя в подарок, выйдет тебе это боком! Заплатишь разницу! Как волк — своей шкурой! А я пришлю тебе в тюрьму пачку сигарет!

Ш п и р а. Авось вместе загремим туда! Буду твоим старшим по камере! Но моли бога, чтобы со мной этого не случилось. И хоть ты и не заслужил, но я выплачу все свои долги, так что ты валяй один… И считай, тебе крупно повезло, что я тебя не поколотил. (Убегает.)

Б о р а (ему вслед). Тоже мне — пророк! Видали, распространяет тревожные слухи! Но Бора так просто не падает духом!

Входят  П и к л я  и  Р о з и к а.

Куда вы сгинули? Мне надо сообщить вам новости чрезвычайной важности! С уходом Лины нам предоставляется возможность освежить наши замшелые ряды новой, более молодой и представительной силой. С тем чтобы, если к нам нагрянет какая-нибудь значительная личность, мы могли бы чем-нибудь ее ублажить… Так ведь, Розика?

П и к л я. Не глупи, Боривое! Об этом и речи быть не может! В нашей среде для таких, как она, нет места!

Р о з и к а. Да кто здесь решает — председатель или какой-то паршивый прораб?

Входит  В и т о м и р.

В и т о м и р. Следовало бы принимать решения коллективно.

Р о з и к а. Вы тоже представляете здесь какую-то власть?

Б о р а. Розика, помолчи немного, что ты раскудахталась? Товарищ Камбаскович отвечает за кадры…

Р о з и к а. Ну и что с того?

Б о р а. Ты же видишь, что у меня сейчас всюду нелады, мне надо заполучить хоть кого-нибудь на свою сторону, чтобы, если понадобится… дать и ложные показания…

Р о з и к а. Может, ты сам здесь что-нибудь значишь?!

Б о р а. До недавнего времени я был и царь и бог, но ты должна понять… Я не могу не считаться с коллективом! Потому что такова закономерность: когда дело доходит до ответственности, то несут ответственность коллективно… и, если тебя кто-либо о чем-нибудь спросит в этой заварухе, помни: я лишь звено в в цепи!..

П и к л я. Бедный Бора! И ты на нее клюнул?!

Р о з и к а. Да все вы одинаковы, знаю я вас! Только один более шустрый, а другой — зануда… Все вы пользовались моей благосклонностью, обещая мне работу. Так признайтесь оба — поступала ли я в отношении вас не по-товарищески? Старалась сколько могла! Никто из вас не смеет пожаловаться, что остался недоволен. А сейчас каждый только и пытается выйти сухим из воды. А уж тебе, Бора, я отомщу! Так и знай — кишки выпущу!

П и к л я. Смотри, чтобы она тебя, беднягу, не облапошила! Всем известно, что она собой представляет, я-то уж знаю!..

Р о з и к а. Я буду жаловаться, я дойду до самых высоких инстанций! Газеты будут писать об этом, даже если мне придется переспать со всеми газетчиками! Напечатают мое фото в газете, и пусть тогда все видят, заслужила ли я такое обхождение! (Уходит в гневе.)

П и к л я. Скажу тебе, товарищ Вита, ты меня разочаровал… Одно дело — я, я стар и не могу быть слишком разборчивым, но ты-то… Эх!..

Б о р а. Я не могу согласиться с товарищем Ширгичем. Меня радует, товарищ Камбаскович, что мы с тобой были на одной платформе. А что касается вашей свояченицы, то, поскольку Розика уже не является претенденткой…

В и т о м и р. Какая свояченица! Что ты болтаешь? Не видишь разве, что над нами топор занесен?

П и к л я. Инструменты разбазарили, в сарае заржавело два вагона жести…

В и т о м и р. Убыток на сумму сто сорок семь миллионов! Неплохо ты нам подсиропил, тоже мне, председатель!

Б о р а. Да я для вас Бисмарк!! Но чего стоят мои умственные способности, когда я имею дело с вами! Спишите эту жесть в счет отходов. Выручим хоть какие-то деньги.

П и к л я. Значит, дуба дала лошадка, пропало все пропадом!.. Впрочем, с таким председателем мы большего и не заслужили!

Б о р а. Наручники ты заслужил! Все-все всплывет, вы ответите за это! Что я мог сделать один среди таких болванов? Перебросят меня товарищи на какое-нибудь другое местечко, где сотрудники будут доброжелательнее, вот тогда посмотрим, кто — кого!

В и т о м и р. Тебе так дадут по башке, что ты и своих не узнаешь! Если бы вместо тебя председателем был кто-нибудь другой, мы жили бы сейчас припеваючи!

П и к л я. Вы как хотите, а я подаю в отставку… Жена соглашается помириться, лишь бы я признался: да, я виноват. А что мне? Я уже нагулялся, и сейчас у меня есть куда вернуться — в тихую гавань! Оформлю пенсию… С этой Розикой намаялся я изрядно! А теперь будет во всех отношениях спокойно. (Уходит.)

В и т о м и р. Пропадет футбол, распадется клуб… (Уходит.)

Б о р а. И на чью же душу падет грех? На мою? Шушукайтесь теперь по коридорам, шушукайтесь! Но я еще до вас доберусь!

Один за другим