Кузя - Виктор Александрович Блытов

class="p1">– Николай Николаевич! – после обмена рукопожатиями сказал Борзоев, – сейчас мы с вами свернем на второстепенную дорогу и поедем совсем в другое место. Нам надо максимально обеспечить безопасность вашу и Президента и избежать случайностей. Если у вас есть предатель, то он не будет ничего знать, если он есть у нас, то тот факт, что мы сменили место встречи пятнадцать минут назад, он не просто не успеет передать.

– Согласен! – спокойно сказал Вересов, – со мной пойдут капитан Нарышкин – обеспечивающий связист – вы его знаете, а также сопровождающие главные старшины Павленко и Ковтун. Пока мы не знаем место и время переговоров, мы отдадим документы и оружие нашей группе сопровождения.

– Нет, никакого сопровождения не будет! – твердо сказал Борзоев, – мы забираем только вас и капитана и отвечаем за вашу безопасность. Лишние люди, глаза и уши нам не нужны. И так уже было несколько попыток уничтожить нашего Президента, – он сплюнул. – Поедете вдвоем!

Вересов подошел к своим офицерам и спецназовцам и приказал личные документы и оружие передать на сохранность капитану Красовскому. Павленко и Ковтун с сожалением смотрели на отъезжающих. Капитан Нарышкин стоял в стороне со своим чемоданчиком и ждал. Вересов пожал руку Красовскому и подошел к Борзоеву.

– Если помните, то условием проведения переговоров было освобождение двух моих людей, так называемых вами «Морских котиков».

Борзоев закашлялся, затем кивнул рукой Нухаеву и тот за рукав вытащил из задней дверцы «Нивы» Осиповича. Осипович был бледен, с расцарапанным лицом, на босу ногу и руки его были в наручниках. Ноги были в крови.

– Так, Мовсар, мы так не договаривались! Во-первых, я прошу освободить нашего капитана от наручников и обеспечить обувью, и во-вторых, мы говорили о двух моих людях, а я вижу здесь пока одного.

Было видно, что Борзоев занервничал. За спиной Вересова были танк, два БТР и несколько отделений спецназовцев, чеченцев же прикрывали только двое снайперов.

– У нас получилась накладка. Мы хотели сегодня привезти второго, но вчера ночью в селении Харсеной группа ваших десантников напала на его охрану и было убито и ранено десять наших людей. Ваш человек пропал! Так что он, скорее всего, где-то у вас сейчас! – Борзоев посмотрел в глаза Вересову, но они ничего не выражали.

Вересов сжал губы.

– Мовсар, мы соблюдаем все условия договора, а вы со своей стороны нет! Во-первых, почему мой офицер в наручниках, во-вторых, почему он босиком? Его что, избивали? Прошу относиться к нему и к его товарищу, как к участникам наших переговоров. Ведь именно благодаря им эти переговоры смогут состояться!

Борзоев опустил голову вниз.

– Да, я знаю и рад бы был все сделать, как мы договорились, но здесь даже не мы решаем с Хутиевым. Есть силы в нашем сопротивлении, которые хотели бы сорвать эти переговоры. Пришлось кое-чем пожертвовать. В последний момент ради того, чтобы переговоры состоялись, мы были вынуждены пойти на заведомое нарушение условия. Ваш офицер пострадал из-за несогласованности. Вы не поверите, но с нас за него потребовали денег. Я думаю, вы нас поймете, когда будут проведены переговоры. Я обещаю вам своей честью офицера спецназа ГРУ, что оба офицера будут у вас целыми и невредимыми, если, конечно, не будет случайностей не по нашей вине. Тогда никто ничего не сможет гарантировать. В качестве доброй воли, – Борзоев скривил лицо и крикнул в сторону машины Нухаеву. Тот ответил ему по-чеченски. Затем сел в машину и через полминуты из машины вылез Осипович, потирая места рук, где были наручники. – В лагере ему будут предоставлены ботинки по его размеру!

Осипович подошел к Вересову, и они обнялись.

– Я могу этого офицера оставить здесь? – спросил Вересов Борзоева, – чего вам бояться, у вас в руках будем я и мой офицер связи?

Мовсар побледнел, но его выручил сам Осипович.

– Нет, Николай Николаевич! Я это дело начал, мне его и заканчивать. Я обязательно поеду. Тем более, что Мовсар не хочет меня отпускать. Это так, Мовсар?

Мовсар опустил голову, но ничего не ответил, а лишь сжал зубы.

К Осиповичу шли обниматься другие офицеры и спецназовцы. Миронов принес бушлат и новые ботинки, откуда-то достали носки. Осипович сел и быстро привел себя в порядок. Никто даже не заметил, как Ковпак, бывший с Петровым, передал ему два боевых гвоздя. Гвозди Осипович тут же заправил в рукава.

Петров снял с себя свой кевларовый бронежилет и отдал его Осиповичу. Осипович надел его под бушлат.

– Я готов, Николай Николаевич!

Мовсар стоял и хмуро наблюдал за приготовлениями.

– Ну, тогда поехали. Время не ждет!

– Если нас не будет до пяти утра, то передай на базу со всеми вытекающими обстоятельствами! – приказал Вересов Красовскому.

Из кустов вылезли два чеченских бородатых и молчаливых снайпера, уложив аккуратно свои винтовки типа «Винторез», молча сели в машины. Все стали усаживаться в «Нивы». Набились битком.

– Вперед! – скомандовал шоферу Мовсар, сидевший с Вересовым и Осиповичем в первой «Ниве».

В каждую «Ниву» набились по пять человек. Вересов в последний раз посмотрел назад и увидел, как майор Миронов маскирует в кустах БМП и танк, сдающие задом в зеленку. Павленко и Ковтун с тоской смотрят им вслед. «Нивы» запрыгали по ухабам и холмам, где-то перескочили через какой-то ручей и скрылись из виду. Было уже довольно темно. Откуда-то донесся шум вертолетных лопастей.

«Кузьма полетел» – подумал Вересов и уткнулся в свой меховой воротник, как всегда, обдумывая дальнейшие действия и анализируя обстановку.

Всего в полет набралось на базе тридцать один человек с оружием, боеприпасами, продовольствием и снаряжением, минометом и снарядами для него.

– Кузьма, пойми – вертолет не резиновый! Не влезут! – уговаривал Кузьму командир вертолета Славик Бездетный, – по ТТД подъемный вес в условиях гор и слабой тяги – 8 тонн. Все что могу, это 16 человек и вооружение и грузы. И так летим на пределе возможностей. Практический потолок 6000 метров и придется все время идти близко к нему.

– Значит, придется летать два раза! – жестко резюмировал Кузьма.

– Значит, полетим два раза! – в тон ему ответил командир экипажа.

– Может, завтра отправить еще одну группу? – с раздумьем спросил Алексей, вышедший провожать десантников.

– Надо сегодня, Леш, завтрашний день у нас уже рабочий. Сегодня ребята должны были разведать подходы к дороге, систему охраны дороги, систему охраны наших пленных. Сегодня мы должны уже уйти на дорогу и не оставить без охраны лагерь. Должна прийти, если все нормально, группа Нефедова. С ним придут наверняка люди из этого грузинского санатория. Времени нет на еще один день. Все продумано и