Кузя - Виктор Александрович Блытов

– И через день, если не будет никаких действий со стороны боевиков, высаживается основная группа во главе с Кузьмой Степановичем: оставшиеся пять коней, минометная группа и отделения Семенчука и Мирошенко, группа старшего лейтенанта Меношина из «Снежного Барса», всего высаживается порядка пятидесяти человек с заданием создания базового лагеря и проведения диверсионных мероприятий на интересующих нас направлениях.

– Не много ли людей вы планируете, Алексей Николаевич? – спросил Вересов, – может, будет достаточно десятка?

– Мы долго думали с Кузьмой о составе группы и ее заданиях. Группа Нефедова по выполнению задания будет снята вами же. А наличие крупных бандформирований и нескольких объектов в районе позволит действовать сразу на нескольких направлениях. Наша задача дезорганизовать поставки оружия, продовольствия, подкреплений, уничтожить высокогорные базовые лагеря и создать обстановку страха на территориях, где они имеют преимущества.

Вересов пожевал губами, задумался, а потом сказал:

– Ваша группа получает наименование «Черкес», позывные соответствующие, персональный позывной Кузьмы Степановича – «Самум»! – опять записал в блокнот Вересов, – абсолютная тайна вашей высадки. С этого момента вводится режим для участвующих в операции «Ладога» – «Туман». Это полное прекращение общения с городом и даже с нашими людьми до конца высадки – всех, без исключения. Если все всем понятно, то сегодня можно еще немного поспать, – Вересов посмотрел на часы и улыбнулся, – а с семи утра альпинистская подготовка, стрельбище и взрывное дело. Кузьма Степанович! Составьте перечень необходимого имущества для вашей группы. Включая не только провизию, но и необходимые боеприпасы и имущество для базового лагеря.

В полном молчании присутствовавшие на совещании разошлись.

– Кузьма Степанович, Алексей, Николай Николаевич – задержитесь! – предложил внезапно Вересов.

Когда все вышли, он выглянул в коридор, закрыл на ключ дверь, достал какой-то аппарат из кармана и показал Кузьме, Алексею и Николаю Николаевичу.

– Это глушилка на случай, если у нас здесь есть прослушки! Это из арсенала Семена Аркадьевича Нарышкина! – загадочно улыбнулся он, – хорошая штука, последняя разработка – бьет все диапазоны.

– Вы что, Николай Николаевич? Здесь все проверено сто раз! – обиделся Алексей.

– Даже с использованием презерватива наши женщины, бывает, беременеют! Говорят, гарантия всего 99 % на любой, даже самый хороший презерватив, а нам сейчас нужны все 100 %, иначе мы ничего не сделаем или сделаем все не так! – ответил спокойно Вересов, – да и наше дело такое, чтобы сделать так, чтобы никто нашими разговором не мог забеременеть. Так вот что, слушайте меня, браты, и не перебивайте! – он в волнении положил руки на стол и, скрестив пальцы, обвел всех взглядом своих непонятно то ли темно-голубых, то светло-карих ореховых глаз.

Кузьма обратил внимание, что в зависимости от настроения Вересова цвет его глаз меняется. Когда были в гостях у Хутиева и Борзоева, то казалось, что у него карие глаза. Когда встречались на объекте «Флорида», то, вроде как, голубые. Какие-то глаза хамелеоны!

– Чудес не бывает, – продолжил Вересов, – как и незначимых мелочей, особенно в разведке. Видимо, у нас все же есть крот. Это пока предположение. Кто-то умудряется доводить некоторые вопросы нашей деятельности боевикам. Иначе откуда они могли узнать о выдвижении «Тамани» сюда и столько раз препятствовать их продвижению? Если бы, Кузьма Степанович, когда почувствовал проблемы, не увел отряд в ногайские степи, то неизвестно, дошла бы «Тамань» до места назначения. Потом, ваше весьма шаткое положение в междуречье Сунжи и Терека спасла эта «Флорида»! – Вересов внимательно посмотрел на сидевших рядом Кузьму и Николай Николаевича. – Хотели очень крупно подставить резервную группу Семенова. А бой с Борзоевым и загадочное его освобождение? Эта встреча с майором Ржавцевым, кстати, он почему-то уже на свободе, и ему присвоено звание подполковника! – Вересов сжал губы и посмотрел на Кузьму.

– Как же так? Он своей рукой убил моего фельдшера Вислогузова! – развел руками Кузьма, – да мне Арсен Александрович лично обещал его упаковать лет на десять! – Кузьма с недоумением смотрел на Николая Николаевича.

Тот опустил голову и промолчал. Кузьма сжал кулаки и о чем-то задумался.

– И тем не менее, это так! Но информация пока неофициальная! – продолжил Вересов, – попытка подрыва вашей колонны при въезде в Урус-Мартан. Дважды нападение на наш объект номер 3, в том числе крупное – Арби Бугаева. Это все, на мой взгляд, звенья одной цепи! Есть предательство в Ханкале, этого мы не отрицаем и поэтому мы были вынуждены просить обеспечить ваш проход в Урус-Мартан из Марьинских лагерей сотрудниками ФСК. Выбор их руководства пал на Гиоева, но… – Вересов подул в губы, как бы раздумывая, продолжать или нет, посмотрел на Николая Николаевича, помотал головой и тихо продолжил, – проверять придется всех, и, прежде всего, тех, кто присоединились к вам уже в дороге и здесь в Чечне. Допустить утечки своей информации мы не можем. Слишком много поставлено на кон. Это, прежде всего, жизни наших людей, которые нам дороже любых алмазов и бриллиантов. Поэтому, Николай Николаевич, я настаиваю все же на конфиденциальности нашей беседы. Поймите меня правильно, но доводить ее до ваших начальников не стоит. Я думаю то, о чем я сейчас говорю, вы сами понимаете почему? Вы профессионал и вам не надо говорить прописные истины. У меня есть надежда, что мы сами сможем разобраться в этих ребусах и кроссвордах, в том числе, и с вашей помощью. В том числе, и для этого со мной прибыл капитан Нарышкин – сотрудник нашего технического управления. Пока вы будете там работать, мы с Коневым, Алексеем и Нарышкиным поработаем здесь по изучению всех ваших людей, Кузьма Степанович, и людей, причастных или способных иметь информацию, особенно тех, кто присоединились к вам позднее.

– Я за всех своих людей отвечаю головой! – покраснел Кузьма.

– Ой, Кузьма, не надо – не давайте голову в залог! Сейчас за себя поручиться сложно! Не надо таких слов. Конечно, хорошо, что вы так верите своим людям, но мы с такими случаями предательства сталкивались, что вам и не снилось! Ладно, давайте идите спать! – покачал головой Вересов и посмотрел в окно, в котором был виден уже начинавшейся рассвет, – все ваши кабинеты мы завтра прикроем системой защиты от прослушки, а сегодня с Нарышкиным поищем «жучков», – лицо его приняло жесткое выражение.

– Давайте ключи от ваших кабинетов, а сами спать! Времени у нас нет! И еще – пока вас нет – мы с Алексеем работаем по программе Абрека и вызволенья вашего Осиповича и его бойца.

В коридоре перед кабинетом Алексея стояли капитан Нарышкин и Конев. Проводив взглядом офицеров, Вересов пригласил Нарышкина и Конева в кабинет Алексея.

Уже в спальном коридоре Николай