Война моторов. Крылья советов - Андрей Михайлович Мелехов

а также поставляла часть продовольствия (свежее мясо, овощи и фрукты), 250-килограммовые бомбы и патроны калибра 12,7 мм для авиационных пулемётов (там же, с. 64). Высокооктановый бензин, а также всё остальное доставляли из США и Великобритании через Иран и Мурманск. Американцев весьма впечатлили темпы переброски грузов, которые часто достигали Полтавы, Миргорода и Пирятина уже через неделю после выгрузки в портах. Особенно их поразило, что на скорость доставки не повлияли масштабные перевозки по рокадным магистралям (то есть вдоль линии советско-германского противостояния) 166 советских дивизий и сотен тысяч тонн грузов, предназначенных для проведения операции «Багратион».

Американские бомбардировщики B-17 97-й и 99-й бомбардировочных групп возвращаются из первой челночной миссии операции «Фрэнтик»: посадка на аэродром Амендола (Италия). 11 июня 1944 года (источник: http://waralbum.ru/24048/)

Общее число американских военнослужащих, обеспечивавших работу трёх аэродромов, составило порядка 1270 человек. Каждого из них тщательно отбирали: американское командование не хотело ударить в грязь лицом при осуществлении столь знакового проекта. Им помогали несколько тысяч советских солдат и вольнонаёмные из числа местных жителей. На первом этапе операции «Фрэнтик» обе стороны проявляли огромный энтузиазм, быстро решали все возникавшие проблемы и в целом были вполне довольны друг другом. Сталин разрешил американцам создать собственную систему связи и позволил упрощённое прохождение визовых процедур (членов американских экипажей оформляли прямо возле самолётов, приземлившихся после боевых вылетов). Что было совсем уж невероятно для тогдашнего СССР, американским военным был разрешён свободный выход в город, и они смогли фактически беспрепятственно общаться с местным населением. В свою очередь, жители Украины отнеслись к ним «как к родным» и, несмотря на полную разруху (Полтава была разрушена на 95 %), проявляли дружелюбие и гостеприимство. Обе стороны активно обменивались предметами одежды и вскоре многих местных жителей было трудно отличить от американских военных, а тех, в свою очередь, от полтавчан (там же, с. 214). Успешно проходило и сотрудничество американских и советских метеорологов: способность правильно предсказать погоду являлась одним из ключевых условий для успешного проведения стратегических воздушных операций. Советская сторона установила в Полтаве метеостанцию, качество работы которой полностью удовлетворяло американских специалистов. Полковник метеослужбы ВВС США Льюис Манделл (Lewis Mundell) даже считал, что её оборудование и уровень подготовки персонала были «лучшими в мире» (там же, с. 67).

К концу мая 1944 года были решены и практически все вопросы, связанные с бытом, обеспечением и медицинским обслуживанием персонала баз. Понятно, что украинские базы (Полтава получила обозначение «AAF Station 559», Пирятин – «AAF Station 560», Миргород – «AAF Station 561») не могли сравняться по уровню комфорта с аэродромами в Великобритании и Италии, но вполне могли конкурировать с площадками в Индии, Китае и на островах Тихого океана. В целом, у побывавших в Украине членов американских боевых экипажей остались вполне тёплые впечатления. Как правило, с большой симпатией вспоминали об американцах и общавшиеся с ними советские военнослужащие и местные жители.

Всё было готово к 1 июня 1944 года. Первый глубокий рейд в рамках операции «Фрэнтик» состоялся уже 2 июня: в этот день с баз в Южной Италии взлетели 130 «крепостей» из состава 2, 97, 99 и 483-й бомбардировочных групп и 70 истребителей «мустанг» 325-й авиагруппы. Только экипажи 483-й группы можно было назвать «новобранцами», все остальные принимавшие участие в рейде пилоты-ветераны являлись элитой стратегической авиации США. Следуя пожеланиям советской стороны, воздушная армада взяла курс на венгерский Дебрецен. К слову, советские «хотелки» для американских «стратегов» исходили из Главного разведывательного управления, от генерала Н. В. Славина – бывшего лётчика и будущего начальника Военно-дипломатической академии ГРУ (там же, с. 76). В безоблачном небе над Адриатикой колонны бомбардировщиков встретил на своём личном В-17 генерал-лейтенант Айра Икер (Ira С. Eaker) – первый командующий 8-й Воздушной армией, который к тому времени возглавлял объединённые воздушные силы союзников в Средиземноморье. Самолёты миссии «Фрэнтик-1» удачно отбомбились по железнодорожному узлу Дебрецена (по данным фоторазведки, были уничтожены порядка 200 вагонов) и прибыли в Украину, потеряв лишь один бомбардировщик и один истребитель. 2 июня в 13.20 самолёты начали через равные промежутки времени – как на параде – садиться на украинские аэродромы. В Полтаве их встречали десятки репортёров, советские и американские авиационные генералы, посол США Гарриман и его дочь Кэти. Образцово осуществлённая посадка десятков сверкающих в лучах солнца крылатых машин произвела огромное впечатление на всех присутствовавших. Отдохнув, 6 июня (то есть в день начала высадки союзных войск в Нормандии) 104 «крепости» и 42 «мустанга» нанесли удар по аэродрому в румынском Галаце и вернулись назад, на украинские базы, потеряв два истребителя и сбив восемь вражеских. 11 июня 126 В-17 и 60 «мустангов» взяли курс на Италию, отбомбившись «по дороге» по аэродрому в румынских Фокшанах (бомбы были сброшены неточно и никакого ущерба не нанесли) и не потеряв ни одного самолёта от воздействия противника.

В основном «Фрэнтик-1» (первая серия «челночных» рейдов в рамках одноимённой операции) был признан «большим успехом» и, пожалуй, стал пиком как в проведении операции, так и в отношениях американских и советских военных. К сожалению, этот своеобразный «медовый месяц» закончился довольно быстро.

21 июня начался второй этап «челночной» операции – «Френтик-2». В 5.30 160 «крепостей» и 70 «мустангов» 8-й Воздушной армии взлетели с аэродромов в юго-восточной Англии и взяли курс на завод по производству синтетического горючего в Руланде и железнодорожный узел в городе Эльстерверда. В результате воздействия немецких истребителей ПВО были потеряны три бомбардировщика и два «мустанга». В целом же экипажи оценили свою работу на «хорошо», и рейд был признан удачным. Несмотря на почти пустые баки, самолёты воздушной армады устроили очередное «авиашоу» в небе над Украиной, пролетев над базами идеальным строем и произведя образцовую посадку. К сожалению, из-за хлопот, связанных со встречей и размещением сотен экипажей, советская сторона проигнорировала факт появления над аэродромами немецкого самолёта-разведчика. По неизвестным причинам поднявшим тревогу американцам не позволили поднять в небо пирятинские «мустанги», способные догнать и уничтожить незваного гостя.

В ту же ночь это привело к настоящей катастрофе. Уже зная о существовании американских баз на Украине (об этом ещё в начале июня раструбила мировая пресса), немцы заранее сконцентрировали в Минске значительные воздушные силы. По некоторым данным, к ним присоединились и несколько самолётов венгерских ВВС, пожелавших отомстить за налёт на Дебрецен. 140 бомбардировщиков (по большей части, He-111) из KG.4, KG.53, KG.55 KG.27, ведомые «следопытами» на Не-177 беспрепятственно достигли Полтавы и, начиная с 23.20 в течение двух часов бомбили и штурмовали забитый «боингами» аэродром. При этом немцы