Полный справочник русской армии к началу Первой мировой войны - Андрей Анатольевич Смирнов

Белозерский Генерал-Фельдмаршала Князя Волконского полк стоял в Ломже.

Солдаты и офицеры расквартированного в той же Ломже 14-го пехотного Олонецкого Его Величества Короля Сербского Петра I полка именовались «олонцами» (единственное число – «олонец»)185.

Стоявший в Репнинском штабе (военном городке близ посада Замбров (ныне город Замбрув) петровский 15-й пехотный Шлиссельбургский Генерал-Фельдмаршала Князя Аникиты Репнина полк был одной из 12 частей русской армии, в которых имелись навечно зачисленные в списки солдаты и/или офицеры. У шлиссельбуржцев это был гренадер Степан Новиков – спасший в бою с турками под Кинбурном 1 (12) октября 1787 г. жизнь генерал-аншефу А.В. Суворову.

16-й пехотный Ладожский полк стоял в Репнинском штабе, а 4-я артиллерийская бригада – в Репнинском штабе (управление и 1-й дивизион) и Ломже (2-й дивизион).

16-я пехотная дивизия (штаб – Белосток)

Она тоже дислоцировалась близ южной границы Восточной Пруссии, но восточнее 4-й, на белорусско-польском пограничье, – и была единственной в русской армии, все четыре полка которой были петровскими, а два – еще и суворовскими!

61-й пехотный Владимирский полк стоял в крепости Осовец.

62-й пехотный Суздальский Генералиссимуса Князя Италийского Графа Суворова-Рымникского полк – расквартированный в Суворовском Штабе (военном городке в 2 км от станции Моньки и в 40 км севернее Белостока) – был и петровским, и суворовским: в 1763–1769 гг. им командовал полковник А.В. Суворов.

Солдаты и офицеры квартировавшего в Соколке (ныне Сокулка) 63-го пехотного Углицкого Генерал-Фельдмаршала Апраксина полка именовались так же, как и жители города Углич – «угличанами»186.

Стоявший в Белостоке 64-й пехотный Казанский полк был и петровским, и суворовским: в 1756–1761 гг. в нем числился премьер-майор, а затем подполковник А.В. Суворов.

16-я артиллерийская бригада стояла в Волковыске.

6-й мортирный артиллерийский дивизион дислоцировался значительно южнее прочих частей VI корпуса, в Подляшье, в Лукове (ныне Лукув).

XIV армейский корпус (штаб – Люблин)

18-я пехотная дивизия (штаб – Люблин)

Она дислоцировалась в Малой Польше, в Люблинской губернии, и (одним полком) в Подляшье.

Квартировавший в Люблине 69-й пехотный Рязанский Генерал-Фельдмаршала Князя Александра Голицына полк был петровским и считал своими «отцами» 15-й пехотный Шлиссельбургский (4-й пехотной дивизии Варшавского военного округа) и 25-й пехотный Смоленский (7-й пехотной дивизии Казанского округа) – из рот которых он был сформирован в 1703 г. А «сыновьями» – те, на формирование которых в разное время были выделены роты Рязанского: 1-й лейб-гренадерский Екатеринославский (1-й гренадерской дивизии Московского округа), 21-й пехотный Муромский (6-й пехотной дивизии Варшавского округа) и 150-й пехотный Таманский (38-й пехотной дивизии Варшавского же округа).

Находящимся «в близком кровном родстве с Рязанцами» в Рязанском полку считали и 57-й пехотный Модлинский (15-й пехотной дивизии Одесского округа) – который в 1845 г. был усилен батальоном, выделенным Рязанским полком187.

Стоявший в Подляшье, в городе Седлец (ныне Седльце), 70-й пехотный Ряжский полк и квартировавший на Висле, в Ново-Александрии (ныне Пулавы) 71-й пехотный Белёвский полк имели уникальные награды – каждый по одной из пяти турецких тамбур-мажорских тростей, захваченных в тяжелейшем сражении с турками при Кюрюк-Дара 24 июля (5 августа) 1854 г., в Крымскую войну. (Другие три получили Тульский полк той же 18-й дивизии и полки, к 1914-му именовавшиеся 13-м лейб-гренадерским Эриванским и 14-м гренадерским Грузинским, из Кавказской гренадерской дивизии Кавказского военного округа.)188 Награда эта напоминала, что при Кюрюк-Дара ряжцы, белёвцы, тульцы, эриванцы и грузинцы пробились штыками до самых «турецких резервов, где были и музыканты»189.

А стоявший на Висле же, в Ивангороде (ныне Демблин) 72-й пехотный Тульский полк уникальных наград имел целых две – «кюрюк-даринскую» трость и турецкий барабан.

Все четвертые полки пехотных и гренадерских дивизий русской армии – в «воспоминание о “легких” егерских полках», которыми четвертые числились в 1833–1856 гг., – не имели в оркестре большого барабана («почему-то называвшегося» турецким)190: ведь в обычном для егерей рассыпном строю идти в ногу под барабан не требовалось. Но четвертому полку 18-й дивизии – Тульскому – этот барабан был оставлен – в память того, что, когда в сражении с французами на Треббии 26 мая (6 июня) 1799 г. ядро угодило в середину полкового оркестра тульцев и «музыка на короткое время смолкла», «только один большой турецкий барабан продолжал выбивать такт»191…

Чины Тульского полка именовались в соответствии с общим правилом, по которому название служащего в полку образовывалось при помощи суффикса «ец», – не «туляками» (как жители города Тула), а «тульцами».

18-я артиллерийская бригада была расквартирована в Люблине (1-й дивизион) и Ивангороде (ныне Демблин), (2-й дивизион).

1-я стрелковая бригада (штаб – Лодзь)

Входившие в эту, одну из пяти «российских», стрелковых бригад 1-й стрелковый полк, 2-й стрелковый полк, 3-й стрелковый полк, 4-й стрелковый полк и 1-й стрелковый артиллерийский дивизион стояли в западной части царства Польского, в Лодзи.

4-й стрелковый полк был одной из 12 частей русской армии, в которых имелись навечно зачисленные в списки солдаты и/или офицеры. У стрелков 4-го полка это были штабс-капитан И.П. Ожизневский, старший унтер-офицер Андрей Ратников и младшие унтер-офицеры Василий Нестеров и Сергей Смирнов – спасшие в феврале (марте) 1905 г., в сражении с японцами под Мукденом, полковое знамя.

2-я стрелковая бригада (штаб – Радом)

Эта, еще одна «российская» стрелковая бригада, дислоцировалась в юго-западной части царства Польского.

5-й стрелковый полк стоял в Радоме, 6-й стрелковый полк – в Кельцах (ныне Кельце), 7-й стрелковый полк – в Ченстохове, а 8-й стрелковый полк – в Петрокове (ныне Пётркув-Трыбунальски), а 2-й стрелковый артиллерийский дивизион – в Радоме.

14-й мортирный артиллерийский дивизион стоял в Ивангороде (ныне Демблин).

XV армейский корпус (штаб – Варшава)

6-я пехотная дивизия (штаб – Остров (ныне Острув-Мазовецка)

Она дислоцировалась западнее 4-й пехотной дивизии VI корпуса, все в той же, прилегавшей к границе Восточной Пруссии, северной части Мазовии.

21-й пехотный Муромский полк квартировал в Забалканском Штабе (военном городке близ посада Рожаны).

Петровский 22-й пехотный Нижегородский Ея Императорского Высочества Великой Княгини Веры Константиновны полк был расквартирован в Нижегородском Штабе (военном городке близ Остроленки).

23-й пехотный Низовский Генерал-Фельдмаршала Графа Салтыкова полк стоял в Салтыковском Штабе (военный городок близ Острова (ныне Острув-Мазовецки). Как писал 15 декабря 1927 г. генерал-майору В.В. Чернавину служивший в 1907–1910 г. в этом полку ротмистр С.С. Терзиманов, там «была поставлена высоко» дисциплина. При встрече с офицерами даже других частей солдаты-низовцы «буквально “печатали” [шаг. – А.С.] как столичные гвардейцы»192.

24-й пехотный Симбирский Генерала Неверовского полк стоял в том же Салтыковском Штабе, а 6-я артиллерийская бригада – в Острове (ныне Острув-Мазовецки).

С началом войны качество 6-й пехотной понизилось, так как предназначавшиеся для нее молодые запасные из Калишской и других расположенных на левобережье Вислы губерний прибыть не успели, и дивизию – уже выступившую к границе Восточной Пруссии – пришлось прямо на походе пополнять запасными из Ломжинской и Плоцкой губерний. А они были «старых сроков службы»193.

8-я пехотная дивизия (штаб – Варшава)

Районом ее дислокации была центральная часть Мазовии.

В квартировавшем в Варшаве петровском 29-м пехотном Черниговском Генерал-Фельдмаршала Графа Дибича-Забалканского полку считали своими «братьями товарищами»194 (но не «сыновьями»!) солдат и офицеров 113-го пехотного Старорусского полка – развернутого в 1863 г. из подразделений Черниговского.

Стоявший в той же Варшаве 30-й пехотный Полтавский полк, по оценке командира XV корпуса генерала от инфантерии Н.Н. Мартоса, к сентябрю 1913 г. «во всех отношениях, особенно же в тактической подготовке, был лучшим полком в к[орпу]се», затем, при новом командире, полковнике М.И. Гаврилице, «стал слабеть», но все же и в августе 1914-го считался Мартосом «одной из надежнейших частей» XV корпуса195.

31-й пехотный Алексеевский полк квартировал в городе Скерневицы (ныне Скерневице) западнее Варшавы.

Стоявший в Варшаве 32-й пехотный Кременчугский полк имел «свой ярко определенный облик. Кто бы ни вышел в этот полк – через год, много два, приобретал во всем нечто такое, по чему сразу можно было определить, что он кременчужец»196. Столь яркая индивидуальность части – зафиксированная начальником 8-й пехотной дивизии генерал-лейтенантом Э.В. Экком в 1906 г. – должна была сохраниться и к августу 1914-го.

8-я артиллерийская бригада стояла в Варшаве.

15-й мортирный артиллерийский дивизион дислоцировался в Варшаве.