Виталий Овчаров - Дагестанское Досье

Дахаев бросился к окну: во вспышках выстрелов увидел десятки согнувшихся к земле фигур. Слева заработал ПК, из ворот выставила рыло одна из БМП, начала бить куда-то в темноту. Одновременно застрочили десятки автоматов. Боевики, прижатые к асфальту, залегли. Атака сорвалась. В общую "музыку" включился голос вражеской зенитки, нащупывающей главного врага: "коробочку". Но БМП вызов не приняла, скромно уползла в укрытие. "Чехи", отрезвленные потерями, тоже больше не горели желанием идти на смерть. На расстрелянном пятачке остались лишь несколько трупов - те, кого боевики не успели подобрать.

Вспоминает майор Муслим Дахаев:

Часам к 4-5 утра удалось собрать всех в райотдел. В это время снова поступил приказ покинуть позиции. Стали готовиться к отходу, спрятали или уничтожили все документы. Раненых и погибших погрузили на БМП. Вперед пустили отряд из 10 человек для разведки. В это время боевики подожгли скирды, вся местность была хорошо освещена, но эта группа прошла беспрепятственно. Всех остальных членов отряда разбили на группы, а БМП пустили на полном ходу под прикрытием нашего огня в сторону Хасавюрта. Перед выходом всех ребят предупредил о том, чтобы не было паники, чтобы держались друг за другом, помогали друг другу. Боевики не предполагали, что мы так дерзко отважимся на прорыв, и это нас спасло.

Первая группа - БМП, мотострелки и все раненые из ОМОНа и РОВД. Набились под броню как селедки в бочку. Теперь вся надежда на механиков.

Взревывая движками, "коробочки" пошли на прорыв. Фары не включали, водители выставили головы наружу, под пули и осколки. Сетка тарссееров, пули барабанят по броне, шарахаются из-под гусениц неясные тени. Вперед! Головная "бэшка" на ходу вонзилась в какой-то дом, развалила стену, в пыли, в грохоте вынеслась с другой стороны. Проскочили мечеть, школу. Вот уж и дома расступились… Прорвались!

В этот момент замыкающая машина на полном ходу ухнула в яму. Страшный удар: кто-то затылком стукнулся о броню, кто-то прикусил язык. Мат и проклятия. Торопливо выбрались через заднюю дверь, вытащили раненых. Двоих "двухсотых" бросили как есть: не до них сейчас, не до них! Сгибаясь от постоянного ожидания удара в спину, побежали по пашне. Через полчаса одуревшие от пережитого солдаты вышли к своим. Сдали с рук на руки раненых, попросили закурить. Какой сладкий дым: живем, братва!

Дахаев вел основную группу не на север, где их ждали, а в противоположном направлении, к границе. Воспользовавшись сумятицей, вызванной прорывом БМП, милиционеры бесшумно выбрались из здания РОВД и углубились в "зеленку" около речки. Шли гуськом. На их стороне было отличное знание местности и спасительная темнота. Перескли границу, прошли окраиной чеченского села Гиляны. Когда встало солнце, милиционеры уже были на своей территории, в Казбековском районе. К Новокули вышли только вечером 6 сентября.

ПРИМЕЧАНИЯ

*Спустя две недели после похорон Халида Мурачуева, на той же самой высоте погибнет его младший брат, сержант милиции Ширвани Мурачуев. Милицейский "Уазик" наскочит на мину, оставшуюся, видимо, еще с 1999 года.

НА БЕЗЫМЯННОЙ ВЫСОТЕ

Элдар сел, скрестив ноги, и молча уставился своими красивыми бараньими глазами на лицо разговорившегося старика. Старик рассказывал, как ихние молодцы на прошлой неделе поймали двух солдат: одного убили, а другого послали в Ведено к Шамилю.

/Л. Толстой. "Хаджи-Мурат"/

Их - двенадцать солдат и одного офицера Калачевской бригады, - бросили к пограничному селу Тухчар на усиление местных милиционеров. Ходили слухи, что чечены вот-вот перейдут через речку, ударят в тыл Кадарской группировке. Старший лейтенант старался не думать об этом. У него был приказ, и он должен был его выполнить.

Заняли высоту 444,3 на самой границе, вырыли окопы в полный рост и капонир для БМП. Внизу - крыши Тухчара, мусульманское кладбище и КПП. За мелкой речушкой - чеченское село Ишхойюрт. Говорят, разбойничье гнездо. А еще одно, - Галайты, - спряталось на юге за грядой холмов. Удара можно ждать и с той, и с другой стороны. Позиция - как острие меча, на самом передке. На высоте можно держаться, вот только фланги необеспечены. 18 ментов с автоматами и буйное разношерстное ополчение - не самое надежное прикрытие.

Утром 5 сентября Ташкина разбудил дозорный: "Товарищ старший лейтенант, там вроде как… "духи". Ташкин сразу посерьезнел. Приказал: "Поднимай пацанов, только без шума!"

Из объяснительной рядового Андрея Падякова:

На холме, который находился напротив нас, на Чеченской Республике, показались сначала четверо, потом еще около 20 боевиков. Тогда наш старший лейтенант Ташкин приказал снайперу открыть огонь на поражение… Я четко видел, как после выстрела снайпера упал один боевик… Потом по нам открыли массированный огонь из автоматов и подствольных гранатометов… Потом ополченцы сдали свои позиции, и боевики обошли село и взяли нас в кольцо. Мы заметили, как за селом позади нас перебежало около 30 боевиков".

Боевики прошли не там, где их ожидали. Они переправились через реку южнее высоты 444 и углубились на территорию Дагестана. Нескольких очередей хватило, чтобы разогнать ополченцев. Тем временем вторая группа - тоже человек двадцать-двадцать пять, - напала на милицейский КПП у окраины Тухчара. Этот отряд возглавлял некий Умар Карпинский, лидер Карпинского джамаата (район в г. Грозный), подчинявшийся лично Абдул-Малику Межидову, командиру Шариатской Гвардии.* Чеченцы коротким ударом выбили милиционеров из КПП** и прикрываясь могильными плитами кладбища, стали подбираться к позициям мотострелков. Одновременно с тыла высоту атаковала первая группа. С этой стороны капонир БМП не имел никакой защиты и лейтенант приказал водителю-механику вывести машину на гребень и маневрировать.

"Высота", нас атакуют! - кричал Ташкин, прижав к уху шлемофон, - Атакуют превосходящими силами! Что?! Прошу поддержки огнем!" Но "Высота" была занята липецкими омоновцами и требовала держаться. Ташкин выругался и спрыгнул с брони. "Каким х… держаться?! По четыре рожка на брата…"***

Развязка близилась. Через минуту прилетевшая невесть откуда кумулятивная граната проломила борт "коробочки". Наводчика, вместе с башней подбросило метров на десять; водитель погиб мгновенно.

Ташкин взглянул на часы. Было 7.30 утра. Полчаса боя - и он уже лишился главного своего козыря: 30-мм автомата БМП, который держал "чехов" на почтительном расстоянии. Вдобавок, и связь накрылась, кончались боеприпасы. Надо уходить, пока есть возможность. Через пять минут будет поздно.

Подхватив контуженного и сильно обгоревшего наводчика Алескея Полагаева, солдаты бросились вниз, ко второму КПП. Раненого на плечах тащил его друг Руслан Шиндин, потом Алексей очнулся и побежал сам. Увидев бегущих к ним солдат, милиционеры прикрыли их огнем с блокпоста. После непродолжительной перестрелки наступило затишье. Спустя некоторое время на пост пришли местные жители и сообщили, что боевики дали полчаса на то, чтобы они покинули Тухчар. Сельчане прихватили с собой на пост гражданскую одежду - это был единственный шанс на спасение для милиционеров и солдат. Старший лейтенант покинуть блокпост не соглашался, и тогда милиционеры, как рассказал потом один из солдат, 'полезли на него в драку'.****

Аргумент силы оказался убедительным. В толпе местных жителей защитники блокпоста добрались до села и стали прятаться - кто в подвалах и на чердаках, а кто в кукурузных зарослях.

Рассказывает жительница Тухчара Гурум Джапарова:

Он пришел - только стрельба стихла. Да как пришел? Вышла во двор - смотрю, стоит, шатается, держится за калитку. Весь в крови и обгорелый был сильно - волос нет, ушей нет, кожа полопалась на лице. Грудь, плечо, рука - все посечено осколками. Я его скорей в дом. Боевики, говорю, кругом. Тебе бы к своим надо. Да разве ты дойдешь такой? Старшего своего Рамазана, ему 9 лет, послала за доктором… Одежда его вся в крови, обожженная. Мы с бабушкой Атикат срезали ее, скорей в мешок и выбросили в овраг. Обмыли кое-как. Врач наш сельский Хасан пришел, осколки повынимал, раны смазал. Укол еще сделал - димедрол, что ли? Тот засыпать стал от укола. Я его с детьми положила в комнате.

Спустя полчаса боевики по приказу Умара стали 'шерстить' село - началась охота на солдат и милиционеров. Ташкин, четверо солдат и дагестанский милиционер спрятались в каком-то сарае. Сарай окружили. Притащили банки с бензином, облили стены. "Сдавайтесь, не то спалим заживо!" В ответ молчание. Боевики переглянулись. "Кто у вас там старший? Решай, командир! Зачем зря умирать? Нам ваши жизни не нужны - накормим, обменяем потом на своих! Сдавайтесь!"

Солдаты и милиционер поверили, вышли. И только когда лейтенанта милиции Ахмеда Давдиева перерезала пулеметная очередь, поняли - их жестоко обманули. "А для вас мы кое-что другое приготовили!" - засмеялись чеченцы.