Виталий Овчаров - Дагестанское Досье

Рассказывает майор Муслим Дахаев:

Наши ребята - молодцы, ни один не уклонился, ни один не спрятался. Мы всеми силами старались помочь осажденным омоновцам. Бандиты по рации, имитируя голоса русских ребят, выступали от их имени с просьбами помочь, провоцируя нас на открытый бой. Но я понимал, что открытым боем ни ребятам не помогу, ни своих бойцов не сберегу.

Спортзал от РОВД отделяет метров пятьдесят парка и редкая цепь домов. Сковородин выпрыгнул через окно, нырнул в кусты. В огне и дыму, в расктах стрельбы добрался до глинобитного забора, перемахнул через него. За забором - двор и на пороге дома седобородый аксакал. Старик сделал приглашающий жест. Выдаст, или нет? - думал майор, идя за ним в дом. Старик не выдал. В руках его вдруг обнаружилась мотыга, и он несколькими ударами развалил саманную стену собственного дома. Сковродин только и успел, что пожать ему руку - полез в пролом.

В РОВД Сковородин первым делом переговорил с майором Дахаевым. "Тут пока не очень стреляют, - сказал дагестанец, - А из оружия у нас - одни АКСУ, да вот еще пулемет на днях изъяли. А патронов много… В общем, держимся.".

Зато у дагестанцев была связь. От Дахаева Сковородин узнал, что в Новолакское зашли больше полутысячи ваххабитов: "они уже где-то у Дучи окопы роют". На связь выходил генерал Оленченко, обещал помочь. "Значит, будут деблокировать?" - спросил Сковородин. "Должны деблокировать", - ответил Дахаев, но не совсем уверенно.

Сковородин решил перевести липчан в РОВД.** "Тропа жизни" между Домом Культуры и РОВД действовала с девяти утра до восьми вечера. Сковородин выделил две группы автоматчиков, и под их прикрытием омоновцы где ползком, где перебежками по одному-по двое добирались до здания РОВД. Лично Сковородин сделал несколько ходок, помогая перетаскивать раненых - их выводили в первую очередь. В последней ходке погиб прикрывающий старший сержант Андрей Теперик: снайпер влепил ему пулю прямо в висок.

В это время в СМИ (видимо не без помощи Удугова) просочился слух, будто липецкие омоновцы и дагестанские милиционеры вырезаны подчистую. Сенсационные новости одна страшнее другой поставили всю страну с ног на голову. Особенно досталось начальнику липецкого ОМОНа подполковнику милиции Григорию Душкину. "Ты тут в своем кабинете штаны сука протираешь, а моего сына в Дагестане убивают!" - орали в трубку разгневанные родственники. А Душкину и сказать было нечего: сам ничего не знал. По какому-то наитию набрал номер Новолакского РОВД - и вдруг на том конце ответили! "Дежурный слушает", - сказал кто-то с характерным акцентом. "Сковородин у вас? - спросил Душкин, вытирая со лба нервный пот, - Пригласи к трубочке, дорогой, очень надо".

Сковородин по телефону доложил, что у него несколько раненых и один убитый. Пропал без вести врач Эдурад Белан***. "Ты там держись, Сережа. Что родственникам передать?" - "Передайте, все будет нормально".

Так уже похороненный липецкий ОМОН был реанимирован.

А в штабах, как и в случае с Ботлихом, начиналась паника. Вдруг сорвался всегда выдержанный Владимир Рушайло, за последние дни растерявший немало нервных клеток.

Вспоминает генерал-полковник Вячеслав Овчинников:

Когда их заблокировали, генерал Зубов, первый замминистра, мне говорит: 'А-а, вы там бросили наш липецкий ОМОН, люди гибнут!'. Там было по-моему, 26 человек. А меня министр на связь вызывает. Я ему докладываю 'Я прибыл, нахожусь в Баташюрте'. - 'Это дело вашей чести и совести, если вы не спасете мне липецкий ОМОН, я с вас спрошу'****. - 'Подождите, я что его в такую ситуацию определил? Нет. Сейчас ситуация уже совершенно другая. Как я могу вам гарантировать, что я их спасу?'. - 'Меня это не интересует!'.

Ну, мы бросили туда бронегруппу. У нас подбили танк, два БТРа, зенитку уничтожили с экипажем, человек пятнадцать мы потеряли. Я ему докладываю: 'Вы понимаете, я туда сколько угодно могу людей бросать'. Это Hоволакское находится как бы в ущелье, там Дучи рядышком, одна дорога ведет туда, больше никак не попасть туда. Они поставили гранатометчика - все в упор расстреливает, что движется. Невозможно ничего сделать. Министр: 'Меня это не интересует'.

В этом моменте Овчинников искренен: людей действительно "бросали" в Новолакское как камни в воду - без разведки и малыми группами. По старому ботлихскому принципу "Действуй, лейтенант!" Генералы, правда, были другие, но приказы отдавались те же.

Утром 5 августа со стороны Дучи в Новолакское выдвинулись два "бэтэра" и "зушка" верхом на грузовике. В группе - человек тридцать. Боевики встретили калачевцев у входа в ущелье, хладнокровно расстреляли из гранатометов. Из-под огня успел вырваться только один БТР - другой, плюс зенитная установка были сожжены. На помощь калачевцам поспешили две "коробочки" с мотострелками и два приданных Т-62 из 93-го полка. А навстречу уже потоком шли беженцы…

Машина капитана Панева, не доезжая до селения ста метров, первой вступила в бой. Танкисты заняли позицию на дороге, ведущей в Новолакское. Второй танк, где командиром был лейтенант Козин, обосновался правее метрах в семиста от окраины. Боевики "сели" сверху, на склонах горы, били из пулеметов и СВД по триплексам, не давая высунуться - под их прикрытием к танку подбирались гранатометчики.

- Сдавай направо, съезжай с дороги и по полю - к деревне, - отдал приказ лейтенант Козин механику-водителю рядовому Калугину.

Танк Козина маневрировал, "работал по зеленке"

- Цель - снайпер, - коротко отдал приказ офицер. Он знал, что за ними идет пехота. И следующим снарядом снесло чердак одного из крайних домов. До селения оставалось не больше пятидесяти метров. Заряжающий, прильнув к зенитному пулемету, срезал расчет СПГ.

- Вниз по лощине! - крикнул Козин по ВПУ.

И в ту же секунду - клочья земли, от взрыва с воем взлетевшие вверх, огромная воронка на том месте, где только что проехал танк. Гранатометчики и расчет невидимой безоткатки бульдогами вцепились в танк. Спасение - в скорости и маневре. Стреляя на ходу, Т-62 стал выбираться на дорогу. Стрелки часов отстегнули еще один час боя. Все смешалось от дымовой завесы и взрывов, сплющивших землю и небо. Герасименко, ведший огонь из зенитного пулемета на башне, успел заметить огненную стрелу, метнувшуюся наперерез. Ракета из ПТУРа угодила в лобовую броню. Герасименко опалило лицо, наводчику осколками посекло ноги. Козин приказал всем выбираться из подбитой машины: оставаться внутри больше не имело смысла.

- Дуйте в тыл, я у пулемета! - крикнул Козин своему экипажу, - Машину не оставлю!

Подошедший БТР забрал раненых. Козину тоже кричали, чтобы уходил, что его прикроют, но он не оборачиваясь, стрелял и стрелял из ДШК. Он, наверное, тогда чувствовал себя очень сильным. Он и умер так же - весело и зло. Его нашли десять дней спустя возле танка, от которого он не захотел уйти. Эх, Леша, Леша… не умирать надо было геройской смертью, а жить - и побеждать.

Несмотря на все неудачи, постоянное давление на боевиков со стороны Дучи заставляло их держать здесь значительные силы, не позволяя сосредоточиться на уничтожении блокированных в райцентре милиционеров.

ПРИМЕЧАНИЯ:

*Справедливости ради надо сказать, что вторжения боевиков в равной степени ожидали под Хасавюртом, Кизляром и Назранью. Не исключено, что наши штабы были просто дезориентированы противоречивой информацией.

**На мой взгляд, это было неоправданное решение. Будь у боевиков что-то посерьезнее гранатометов, они просто расстреляли бы двухэтажное здание с набившимися в него людьми с безопасного расстояния. Предпочтительнее было организовать взаимодействие между узлами обороны и держать под обстрелом как можно большую территорию - тем более, что кольцо было неплотным.

***Старший лейиенант Эдуард Белан, был замучен после того, как отказался спасти тяжелораненого боевика.

****Кроме 25 липчан в Новолакском и в Чапаевке в окружение попали 25 мотострелков и более пятидесяти дагестанских милиционеров. В Тухчаре были блокированы еще 30 человек. Отцы-командиры, озабоченные спасением омоновцев, об остальных почему-то забыли.

ПРОРЫВ

"Спасение утопающих - дело рук самих утопающих". /Ильф и Петров. "Двенадцать стульев"/

Стрельба в Новолакском раздавалась не только у здания РОВД: бои шли во многих местах. Милицейские патрули (по два-четыре человека), еще ночью охранявшие границу, постепенно стягивались к центру обороны, принимая удары и сами раздавая их в ответ. Стреляли и на чапаевском блокпосту, где засели мотострелки с двумя БМП. Но драматичнее всего ситуация складывалась около телевышки.

Первую атаку Халид Мурачуев и его милиционеры отразили без труда - "вахи" явно не ожидали здесь отпора, и попали под перекрестный огонь, смешались и скатились вниз. Наступило затишье. Видимо, вражеские командиры взяли паузу и совещались внизу. Через некоторое время заслали к милиционерам парламентера - убеждали "братьев-мусульман" оставить высоту, и даже обещали дать коридор для выхода к своим. Но "ансалтинский вариант" здесь не прошел. "Сейчас опять полезут, - констатировал Мурачуев, - Учтите, парами работаем на удалении, следите, чтобы не обошли. Милиционеры рассредоточились. Пары образовали треугольник по периметру обороны.