Разведка и шпионаж. Вехи тайной войны - Андрей Юрьевич Ведяев

коллекционировании марок. В итоге его отстранили от работы. В течение следующих шести месяцев за ним неотступно следовала толпа агентов ФБР и репортёров, а за ними бежали мальчишки с криками: «Дяденька шпион!». В конце ноября 1989 года наблюдение было прекращено, и скандал в СМИ начал стихать. В феврале 1990 года Блох был уволен из Госдепа без пенсии. Он переехал в Северную Каролину, где, несмотря на своё состояние, устроился на работу кассиром в супермаркете, а позднее водителем автобуса. Дважды, в 1993 и 1994 годах, его арестовывали за кражу в магазине. Во втором случае Блох признал себя виновным и получил 30‑дневный условный срок. В интервью 2001 года владелец автобуса, на котором работал Блох, охарактеризовал его как прилежного работника. После ареста Ханссена вновь появились слухи о том, что Блоху будет предъявлено обвинение в шпионаже, но этого не произошло.

В том же 1989 году Ханссен передал КГБ описание измерительно-сигнатурной разведки MASINT (Measurement and signature intelligence), сущность которой заключается в комплексных процедурах измерения физических параметров интересующих объектов и регистрации их сигнатур — характеристик отражённого целью сигнала, принятого средствами наблюдения. При этом используется весь набор существующих датчиков: радиолокационных, лазерных, радиочастотных, геофизических (акустических, сейсмических, магнитных), радиоактивных излучений, оптоэлектронной и радиолокационной съёмки с перекрытием электромагнитного спектра. В результате полученные сигнатуры позволяют дистанционно определить тактико-технические характеристики глубоко замаскированных объектов.

В сентябре 1989 года Ханссен передал советской разведке информацию об операции «Монополия», о чём уже говорилось выше. Речь идёт о секретной программе ФБР по строительству подземного тоннеля под новым зданием советского посольства в Вашингтоне для установки современной аппаратуры прослушивания, за которую отвечало АНБ.

В 1991 году после распада Советского Союза Ханссен временно свернул свои связи с советской разведкой. Следует сказать, что он никогда не раскрывался перед ней, действуя анонимно под псевдонимами Ramon Garcia, Jim Baker, G. Robertson и «B». Для передачи информации, чаще всего на компьютерных дискетах, и получения инструкций и вознаграждения он использовал только тайниковые операции. При этом места для закладки тайников он выбирал всегда сам. Всего за пятнадцать лет сотрудничества Ханссен передал советской, а затем российской разведке 27 писем и 22 контейнера с информацией.

Как утверждают в ФБР, за всё время работы Ханссена на КГБ и СВР ему заплатили 1,4 млн долларов. 3 марта 1986 года через тайник он направил в Москву письмо, в котором, в частности, писал: «Что касается денег, то мне не требуется больше 100 000 долларов. Я не могу их потратить, сохранить где-нибудь или инвестировать без подозрений в том, что эти деньги получены от торговли наркотиками. Возможно, мне подойдут бриллианты как гарантия будущего моих детей и со временем ваше согласие на посещение вашей страны с лекциями. И в итоге я хотел бы получить от вас план побега. (Ничто не бывает навсегда.)».

Вместе со своей семьёй Ханссен регулярно посещал церковь. Увеселительные заведения он хотя и не отвергал полностью, но называл их «прибежищем греха». В 1990 году он познакомился со стриптизёршей Присциллой Сью Гейли (Priscilla Sue Galey), 1958 года рождения, которая в 1980 году, в возрасте 22 лет, была признана лучшей стриптизёршей своего родного штата Огайо и получила предложение работать в престижном клубе «Золотой банан» в Бостоне.

В 1984 году она переехала в Вашингтон и стала работать в престижных барах, таких как «Арчибальд» на Кей-стрит (K St NW), прямо за Белым домом, а затем в респектабельном «Джоанна-клуб» на М-стрит (M St NW). Там, по её словам, ей в голову пришла идея выходить на сцену не полураздетой, а в строгом деловом костюме. «Я снимала очки, — поведала Присцилла знаменитой американской тележурналистке Барбаре Уолтерс, — встряхивала и освобождала от шпилек волосы, отставляла в сторону портфель и так далее».

Всё это время у Присциллы была масса поклонников, и она была очень довольна жизнью, когда в 1990 году с ней познакомился Ханссен. На одном из шоу он послал ей короткую записку и 10 долларов. В записке было сказано: «Никогда не думал найти такую грациозную и прекрасную женщину в стриптиз-клубе». За этим последовала встреча за ланчем, во время которой Ханссен настолько очаровал Гейли, что она решила дать ему свой телефон. К её изумлению, Ханссен ответил: «Спасибо, я знаю и номер телефона, и адрес», после чего добавил: «Я видел твоё досье. Оно чистое. Я подумал, ты тот человек, который может вернуться к нормальной жизни. Мне захотелось помочь тебе в этом».

И Ханссен не обманул. Уже через пару дней он вручил Присцилле две тысячи долларов на стоматолога, а во время следующей встречи подарил ей дорогое колье. Потом они вместе посещали рестораны, закрытые частные клубы, Национальную галерею искусств, где Ханссен показывал Присцилле свои любимые картины испанских и итальянских мастеров. Они часто обсуждали будущее Присциллы, после того как она перестанет быть стриптизёршей. При этом он ничего от неё не требовал, а когда она делала ему недвусмысленные предложения, вежливо от них отказывался.

В августе 1991 года Ханссен после ужина с Присциллой в шикарном мексиканском ресторане «Хаймалито» сделал ей сказочный подарок. Он протянул ей конверт, в котором лежали несколько стодолларовых купюр, карточка «Американ Экспресс» и ключи от «мерседеса». «В тот вечер, — вспоминала Присцилла, — мои десять миль до дома растянулись до пятидесяти или шестидесяти. Мне хотелось ехать и ехать». Впоследствии агенты ФБР установили, что всего Ханссен потратил на Присциллу Гейли более 100 тыс. долларов. Её сестра утверждала, что в то время у Присциллы не было никаких забот: «Если у неё появлялась проблема, то надо было только поднять телефонную трубку, и всё устраивалось».

В декабре 1991 года Присцилла отправилась домой в Колумбус, чтобы отметить с родственниками свой день рождения и Рождество, а также сообщить им, что уезжает во Францию, где Ханссен подыскал ей работу. Но сорвалась и ушла в загул. Ханссен узнал об этом после того, как она сделала покупки по кредитной карточке, хотя должна была использовать её только для обслуживания автомобиля. Он сразу прилетел и, увидев Присциллу в наркопритоне, отобрал у неё кредитку и оборвал с ней все связи. Но может быть, причина в другом: 26 декабря 1991 года Верховный Совет СССР принял декларацию о распаде государства. Мир рушился, и в нём уже не было места прежним иллюзиям.

Несмотря на недолгое знакомство, Присцилла сохранила к Ханссену самые нежные чувства. «Это был самый милый человек на Земле, — считает она. — Тогда я не переставала всё время думать, что это мой личный ангел-хранитель спустился ко мне с розового облака». Когда она узнала об аресте Ханссена, то сказала: «Я