Дракон… и ее ректор - Нинель Мягкова

живых существ! И неживых, кстати, тоже. Гули, личи, упокоение, развеивание. Неплохая подборка, я бы тут с куда большим удовольствием посидела, чем над теми формулами! Но увы, про ритуалы, связанные с кровью — ничего. Не без сожаления оставив стеллаж, и мысленно пообещав к нему вернуться после того, как все закончится, я перешла к следующему подозрительному месту. Это пряталось еще надежнее, притворяясь шкафом с древними статуэтками. Мало кого в библиотеке заинтересуют оплавленные временем толстенные бабы, сидящие на корточках в ритуальной позе плодородия.

Дверца поддалась без особых усилий, открывая истинное содержимое шкафа… и вот тут-то у меня заколотилось сердце.

«Вампиризм и его проявления», «Сила крови», «Резус-фактор и его влияние на способности» — ух ты, последнего я не читала! Рука сама потянулась к фолианту.

Под лопаткой трепыхнулся дракон, но было уже поздно. Банальнейшая приманка-ловец сработал бесшумно и надежно. За моей спиной полыхнула вспышка — адресат, которому пришел тревожный сигнал, воспользовался энергоемким заклинанием телепорта. За оставшиеся мне доли секунды, пока он осматривался, используя «ночное зрение», я только и успела, что захлопнуть дверцу, стирая все свои энергетические следы, и затаиться за ближайшим стеллажом. Эхо от магии высшего порядка прикрыло мою выходку с зачисткой места преступления, а дальше все зависело от моего везения.

Найдет или не найдет?

Глава 5

Перевоплотиться в туман я не успевала. Для этого хоть секунд пять полной концентрации, да нужно, а их у меня как раз и не было. Оставалось только затаить дыхание, как в детстве, и стараться слиться с мебелью, к сожалению, лишь мысленно. Из убежища мне был виден лишь силуэт потревоженного моей вылазкой мага, высокий и широкоплечий. Он стоял неподвижно и прощупывал пространство, раскидывая нити сканирующего заклинания все шире. Они соскальзывали с меня с секундной задержкой, видимо поэтому мужчина все же насторожился и двинулся в сторону моего укрытия.

Я съежилась за стеллажами, пытаясь стать как можно более незаметной. Можно было бы вообще трансформироваться и уползти, но вот незадача — ночной визитер настороже и непременно почувствует возмущения энергетического фона.

Шаг, еще шаг. Он останавливается, втягивает носом воздух, почти как хищник на охоте. Я замираю и вовсе перестаю дышать, отчаянно надеясь, что в темноте меня не видно…

— Что вы здесь делаете? — таки заметил. Остановился прямо передо мной, так что сапоги почти касались моей расплескавшейся по полу юбки. Выше виднелись криво заправленные в голенища пижамные штаны в полосочку и небрежно, криво застегнутая белоснежная рубашка, маячившая в темноте светлым пятном. Лица не разглядеть толком, если не переключаться на драконье зрение, а мне сейчас этого делать нельзя. Все внимание мага направлено на меня, и малейшие колебания в ауре выльются в попытку меня захватить. Безуспешную, разумеется, но сливать прикрытие так бездарно в первый же день… вот позорище. Хаг будет долго смеяться, а потом еще дольше ругаться.

И где мы еще найдем настолько удобную ширму-личину? Нет, нужно цепляться за нее до последнего. Но продолжать сидеть и делать вид, что меня здесь нет, глупо. Я поднялась с пола, судорожно размышляя, что бы такого придумать в свое оправдание.

Силен! Точно архимаг, не меньше. Интересно, кто это? Наверное, из преподавательского состава. На библиотекаря не похож. Тот щуплее, и голос старческий, дребезжащий…

— Простите, пожалуйста… — проблеяла я, мысленно перебирая возможные варианты, и от безнадеги останавливаясь на самом идиотском. Оттого и убедительном. — Я заснула!

— Заснули? В библиотеке? — с насмешкой протянул голос. Мужчина сделал еще шаг вперед, на его лицо упала тонкая серебристая полоса лунного света, и я наконец сумела полноценно разглядеть его черты. Крупноватый нос, сурово насупленные брови, встопорщенная недельная щетина… или он так усы с бородкой отращивает? Он тоже обозрел меня и скривился. Мы стояли на непристойно близком расстоянии, почти вплотную, протяни я руку — смогла бы застегнуть ту пуговичку у самого ворота.

А может, и расстегнуть.

Боги, о чем я думаю!

— Завтра семинар. Я готовилась, готовилась, и заснула, — проблеяла я.

Боги, что я несу! Но кажется, получилось убедительно — эдакая заучка-отличница, потому что мужчина снова насторожился и принялся оглядываться по сторонам.

— Вы ничего не видели или не слышали подозрительного? — уточнил он вполголоса, заново запуская сканирование. — И что на вас за защита такая, что поиск живого существа вас не определяет?

— А я сплю как убитая! — ляпнула я, вспомнила о недавно виденном стеллаже с запрещенными фолиантами, и возглас вырвался сам собой. — Ой!

Не воспримет ли он это как намек на то, что я знаю его грязный секретик?

Не придется ли мне начать задание с ареста неизвестного преподавателя? А если это все же не он? Хаг с меня голову снимет и будет прав. Ну, не готовили меня к полевым операциям! Не мое это! А я предупреждала…

Мужчина прищурился, и я всем телом ощутила провибрировавшую насквозь волну магии. Меня проверяли! Вообще-то без согласия опекунов — дело запрещенное, а то и подсудное.

Только вот обычный человек ничего не почувствует и не узнает. Это у меня повышенный порог восприятия подобных воздействий. Значит, нельзя раскрывать, что я что-то заметила.

Ух, как же он меня бесит!

— И правда, никакой защиты, — пробормотал он себе под нос. — Вроде не умертвие. И сейчас вполне определяется. Старею, что ли?

Повернув голову, мужчина так же внимательно оглядел-просканировал стеллаж с запрещёнными книгами. О, как я жалела сейчас, что поддалась наваждению и попыталась ухватить ту книгу! Набор вполне соответствовал тому, что я ищу. Если это личное хранилище этого архимага — а, скорее всего, так и есть, раз больше никто не спешит ему на помощь — то и книги его.

И мне очень интересно, зачем в академии техномагии трактаты по запрещённым культам и забытым кровавым ритуалам?

Моих следов на запретном стеллаже маг не нашёл и снова воззрился на меня с нескрываемым сомнением и скептицизмом. Его лицо будто говорило: и что мне с ней делать? Убить и прикопать или все же сделать вид, что ничего не произошло?

После немалой внутренней борьбы он, видно, представил какое разбирательство начнётся, если в академии начнут пропадать учащиеся, и нехотя выдавил:

— Бегите, студентка. И в следующий раз постарайтесь не засыпать за учебой.

Я закивала, как болванчик с южных островов, и боком