Гимн шута 21 - Антон Сергеевич Федотов
* * *
— И что?
Вопрос стегнул в кондиционированном воздухе конференц-зала подобно кнуту. Хотя и был задан без особых эмоций.
Начальник политического правления, крепкий мужчина в строгом костюме, от неожиданности даже позволил себе «лишнее» движение: пригладил рукой уже седеющие, аккуратно уложенные волосы.
Игорь Георгиевич, усевшийся во главе стола в качестве рефери, перевел взгляд на Александра Васильевича. Мол, чем ответишь? Молодой человек, видишь ли, попросту не понимает, что именно ты хочешь вменить ему в вину.
— Павел Анатольевич, — вновь начал «политик». — Волконские несут материальный и репутационный урон. Вы же настаиваете на продолжении самостоятельной операции без привлечения вооруженных сил клана.
Игорь Георгиевич перевел взгляд на «бунтаря».
«Твой ход!» — расшифровал про себя взгляд парень.
— Материальный урон, — спокойно обозначил тему Павел. — О чем именно идет речь?
Отец покосился на дочь. Та ответила чуть шире распахнувшимися глазами.
— Как минимум речь об уничтоженной полностью рембазе глайдеров, не говоря уже о собственно наших боевых машинах, проходивших планово-предупредительный ремонт.
Клановец кивнул.
— Та самая ремонтная база, что была внесена воеводой в план реконструкции на этот год? — уточнил он.
Александр Васильевич практически не шелохнулся. Лишь дыхание сбилось на миг. Однако молодой человек ему времени опомниться не дал.
— Фактически моими силами выполнена демонтажная подготовка к перестройке. Кстати, Игорь Георгиевич, могу я рассчитывать на компенсацию затрат?
Илона невольно фыркнула. ТАКОЙ наглости она не ожидала. Впрочем, подобная интерпретация тоже стала для нее сюрпризом.
— Подай заявку с обоснованием в установленном порядке на имя казначея, — не повел бровью Глава. — Ответ Елизар Петрович даст в течение десяти суток с момента обращения. Если сочтет требование о компенсации обоснованными.
Начальник политического управления притормозил. Ему реакция владыки сказала о многом. Однако Глава прекрасно знал своего давнего оппонента… и претендента на Трон. А потому решил доиграть «партию» до конца. Вот только Александр Васильевич больше подставляться был не намерен. А потому Игорь Георгиевич, выбрав другую цель, негромко уточнил:
— Вам есть что сказать, Илона Александровна?
Девушка же еще не поняла, что «игру» нужно сворачивать. А потому выпалила гораздо раньше, чем увидела знак отца:
— А как быть с глайдерами, Павел Анатольевич?
Летучие боевые машины — «игрушки» дорогие. Очень. Даже для империи. Не говоря уже о кланах. Дороже могла быть только подготовка пилотов. Ни тех ни других много не было ни у кого. А потому потеря каждой машины была трудновосполнима. То есть, девушка практически прямо выдвинула обвинение в адрес Павла в подрыве боеспособности военных сил Волконских.
— Уничтожен, — вздохнул молодой человек. — Один. К сожалению.
— К сожалению? — включился главный «политик».
Он бы предпочел закончить разговор и взять паузу для оценки ситуации. Однако дочь начала «новый раунд». И сейчас ему требовалось прикрыть наследницу, и закончить совещание на своих условиях. Ведь взойти на Трон — прпрограмма-максимум. Причем практически в нынешней конфигурации невыполнимая. А вот обеспечить дочери как можно более высокое положение к иерархии клана — просто необходимость, если после пенсии он планирует сохранить нынешние свои привилегии.
— Именно, — кивнул молодой человек. — Признаюсь честно, я надеялся, что сгорят оба. К сожалению, Салтыковы проявили недостаточный энтузиазм.
Молодой человек развел руками. Мол, что ж я мог сделать, если враги клана не проявили должного упорства в уничтожении собственности Волконского.
Отец с дочкой обменялись аккуратными взглядами.
— Объяснитесь, Павел Анатольевич, — потребовал «политик».
Будто бы у него был выбор после того, как его дочурка перевела разговор на эти рельсы.
Молодой человек выдохнул. Едва заметно. Строго говоря, Александра Васильевича можно было бы и послать… То есть, предложить ему сделать запрос в ведомстве Валерыча. Где «политик» однозначно был бы отправлен прочь, так как требовать детали находящихся «под грифом» подробностей операции и планов ВС просто права не имел. Равно как и соответствующего допуска.
«Но ведь можно сыграть еще красивее.» — решил парень.
Павел позволил себе улыбнуться.
Лица оппонентов не дрогнули. Но оценили жест оба.
— Вы не имели дела с военной бюрократией, Илона Александровна, верно? — улыбнулся Павел.
Девушка не шелохнулась. Без всяких эмоций смотрела прямо перед собой.
— Как правило, боевой глайдер списывается по износу планера эксплуатационному либо временному, — начал свой рассказ Павел.
Он не стал объяснять, что таким образом канцелярии заботится о том, чтобы в вооруженных силах кланов не слишком быстро обновлялся авиационный парк. «Политик» до этой мысли дойдет и сам. И, если захочет, объяснит дочери.
— Во всех остальных случаях процедура усложняется на порядок. В то же время эксплуатационные расходы таких машин превышают потенциальную пользу от их применения кратно. Именно поэтому борты «054» и «008» фактически «выстаивали» срок службы планера, чтобы отправиться на утилизацию, а мы могли заказать новые глайдеры.
Естественно, император строго регулировал численность «частных» боевых машин.
— Уничтоженная же в ходе официальной клановой войны во время боевых действий техника может быть восстановлена или заменена по упрощенной процедуре, — закончил Павел, поймав взгляд «политика». — Таким образом, мы получим новые машины на десять и двенадцать лет раньше. И… Кстати, Игорь Георгиевич?..
— Подай заявку с обоснованием в установленном порядке на имя казначея, — вновь повторил Председатель Правления. — Ответ Елизар Петрович даст в течение десяти суток с момента обращения. Если сочтет требование о компенсации обоснованными.
— Вы же говорили об одном уничтоженном глайдере, Павел Анатольевич? — ухватилась за несоответствие Илона Александровна.
Эта реплика больше подходила на жест отчаяния. Попытку спасти ситуацию, придолбавшись к форме, а не сути работы молодого человека.
— Такое тонкое дело, как обороноспособность вооруженных сил клана никак нельзя оставлять на волю противника, — наставительно сообщил Павел. — Во время оценки ущерба мы уничтожили уцелевший глайдер.
— Как? — удивился даже Глава.
— Качественно, — заверил молодой человек. — При оценке ущерба оказалось, что выстрелы гвардейцев Салтыкова повредили несущий каркас и силовую установку. Восстановление признано нецелесообразным официальным представителем канцелярии.
Игорь Георгиевич удовлетворенно кивнул. Новости были хорошими. «Обновить» сразу две машины значительно раньше срока — это действительно дорогого стоит.
— Именно это вердикт обошёлся дороже всего? — поинтересовался он.
— О! — позволил себе «неформальное» отступление Павел. — Можешь связаться с Голицыным?
Владыка задумался.
— Что именно ты хочешь?
— Мне нужен ящик коньяка их производства, — обозначил свой интерес молодой человек. — Обязательно «бриллиантовой» серии.
Очень уж Настя попробовать хотела. А в одиночку элитное пойло дегустировать совесть не позволяла. Поэтому рассчитывать приходилось на всю группу Князя. И стоит помнить, что волкодавы не из тех, кто откажется от попытки перебить качество количеством. Значит, просить нужно было с запасом. Кратным.
— Когда? — к изумлению «политиков» уточнил Председатель Правления.
