Антибол 2. Со щитом или на щите - Татьяна Зимина

Может даже попробовать нас отыскать — желаю удачи.

Виноватым я себя не чувствовал.

О Лилит — отдельный разговор.

Если вкратце — Лола чуток перестаралась, и когда мы с Максом ворвались в номер, на полу лежало два тела.

Ашока — в своей дурацкой золотой шапке и с серпом, занесённым над головой, и… Лилит.

На волосах её было накручено полотенце, такое же обёрнуто вокруг пышной груди.

Что и говорить, статуя из ведьмы получилась — охренеть не встать. Куда там нашим Венерам и Афродитам.

Лола клянётся, что Лилит задело рикошетом, и через год-другой девушка непременно оттает.

Поставлю в своей спальне.

А чего? У кого ещё есть такое произведение искусства? К тому же, вряд ли Лилит понравится, если её фигуру выставят где-нибудь в парке, на всеобщее обозрение… Да и я буду меньше скучать.

Ашоке досталась полная доза горгонского взгляда, как заверил Макс, лет на двести с конфискацией.

Монтесума был счастлив.

Сказал, подарит статуй отцу, чтобы установить рядом с троном — в назидание другим заговорщикам, буде те найдутся.

Князь от финта ушами, придуманного Максом, был в полном восторге.

Предложил Лолите должность государственного палача — с баснословным окладом, отпуском и надбавками за вредность.

Горгона отказалась.

Сказала, у неё уже есть работа: капитан команды Сынов Задниц, такие дела…

Сан-Инферно за стеклом лимузина тонул в прозрачной раскалённой дымке, до «Чистилища» было ещё далеко.

И волей-неволей я стал думать об Уховёртке…

О Клариссе.

Оказалось, у баронессы с Ашокой давние связи — они познакомились ещё до войны с Гремлинами, во времена осады Теночтитлана.

Ну, познакомилась она не с самим Ашокой, а с его дальним прадедушкой — жрецом Кусалькоатля.

И с тех пор в их семье передавалась легенда о страшной драконице, которая украла Камень Солнца, без которого докричаться до божества не представлялось возможным.

Предок завещал будущим поколениям непременно вернуть Камень на родину и возродить жестокий и кровавый культ…

Макс высказал догадку, что Кусалькоатлем работал один из демонов Ада, но когда верующие потеряли передатчик, просто забыл о своих обязанностях.

Хрен знает. Спорить не буду.

Другое дело — последствия.

Когда Князь прислал в Теночтитлан посольство с приглашением на Игры, Ашока понял, что это — его шанс исполнить наказ предка.

Правдами и неправдами он убедил тлатоани Кулуакана пристегнуть его к команде под видом тренера и прибыл на Благор…

Тут же он связался с Уховёрткой — что-то такое Ашока про неё знал, чем-то шантажировал. Видать, предок-жрец подсуетился собрать изрядный компромат.

И вот тут-то и началось самое интересное…

Как я уже догадался, Кларисса тоже состояла в заговоре против Князя.

Её клан был против торговли с давними противниками — Теночтитланом. Уховёртка была солдатом до мозга костей, конечно же, она предпочитала добрую ссору любому худому миру.

И когда к ней пришел Ашока, не стала долго выкобениваться и обещала ему свою помощь.

Изначальный договор был такой: она помогает Ашоке стибрить Жезл, а с помощью него — Камень Солнца, а жрец, украв Камень, благополучно исчезает.

Уховёртка, проведя тщательное расследование, обвиняет в воровстве делегацию Теночтитлана и настраивает Князя против Монтесумы…

Ашока, явившись домой, с помощью того же Камня призывает своего злого бога и свергает правительство в свою пользу. Разумеется, Кусалькоатль, явившись на зов, потребует кровавых жертв. Ни о каких мирных переговорах не может быть и речи.

Как обычно, всё пошло не так.

Вместо того, чтобы благополучно смыться домой — Князь думал, что посеял Жезл по обыкновению, и тот скоро отыщется, и порталы были ещё открыты — Ашока никуда не спешил.

Забегая вперёд: когда мы вошли в номер Лилит, обнаружили там чудовищные груды драконьей чешуи, сброшенных шкур, зубов и обрезков когтей.

Эти отходы драконьей жизнедеятельности и стали краеугольным камнем нежелания Ашоки отправляться на родину.

Как меня просветили, эти, так сказать, излишки, пользовались бешеной популярностью в среде магов. Чешуя, зубы, когти — шли на создание эликсиров и артефактов. Впрочем, Одиссей об этом тоже упоминал — в древние времена теночли охотились на молодых дракончиков…

Но материал, взятый от взрослых половозрелых особей ценился куда выше — и Ашока просто-напросто потерял голову.

С упорством, достойным лучшего применения, он скупал у драконов отходы жизнедеятельности, и прятал их в пустом номере Лилит.

Золота жрец не жалел, и драконы, падкие на лёгкий заработок, с удовольствием расставались с «излишками». Разумеется, никто никому ни гу-гу!

Князь не одобрял их маленького бизнеса — ведь когда-нибудь артефакты из их же собственных зубов могли обернуться против них самих!..

Поэтому все молчали и делали вид, что ни при чём.

Конечно же, своей неуёмной жадностью Ашока мог спутать планы Уховёртки. Сдать жреца Князю она не могла — боялась разоблачения…

Как по мне, всё просто: экспроприируя имущество теночли, баронесса далеко не всё золото сдавала в государственную казну. А нежелание расстаться с золотом у драконов — базовый рефлекс, так что её можно даже понять. Где-то.

Вернусь к хронологическому изложению: убедившись, что Жезл не находится, Князь поручил его поиски Максу. С его точки зрения всё было логично: ведь нашел же внучек глаз, значит, и Жезл отыскать ему будет раз плюнуть.

Видать, Уховёртка в это тоже искренне верила, вот и пустила внучка по ложному следу — посадив Лилит в Башню Голода. Справедливо рассудив, что это займёт Макса на какое-то время, а она пока придумает, как спровадить Ашоку. А потом припишет себе раскрытие заговора.

Но Ашока был ненасытен. Он ничего не хотел слушать, и только пугал Клариссу разоблачениями.

Тогда-то она и напустила на Ашоку нас с Максом.

Соблазнив меня и прикинувшись эдакой дамочкой в беде, она раскрыла часть карт — и мы сделали стойку!

Уховёртка надеялась, что угроза разоблачения заставит Ашоку наконец-то сбежать, но жадность не имеет страха.

До последнего жрец лихорадочно скупал шкуры. Как вы думаете, что делали на стадионе канцлер Висконти с супругой?.. Продавали излишки!

И вот, когда Ашока в очередной раз пошел прятать награбленное, столкнулся с Лилит.

Оглушив девушку несложным заклятьем, он принялся шуметь, требуя призвать Уховёртку. Но баронесса в тот момент уже пребывала под арестом, и служащие не придумали ничего лучше, чем позвать самого Князя…

Ну, дальше вы уже знаете.

Медуза закаменила Ашоку взглядом, и Монтесума отправил его в подарок папане — тлатоани. Сам он ненадолго задержался — чтобы подписать мирный договор, а заодно заключить контракт