Sleepy Xoma - Путь тьмы

   Император наклонился ближе, улыбка пропала с его лица, и он стал серьезен и собран.

   - Внимательно тебя слушаю, сын.

   Тот кивнул, вдохнул побольше воздуха в грудь, и заговорил.

   - Будем честны: Последнюю войну закончила Лига, но развязал ее ты, отец. Империя дряхлела, требовалось чудо, чтобы остановить ее сползание в пропасть. Ты попытался и проиграл, потеряв практически все. Но вот что мне непонятно: отчего ты так плохо подготовился?

   - Плохо? - император закашлялся. - Я сформировал десять дополнительных легионов, мои эмиссары проникли во все крупнейшие города Стоградья, а сочувствующие Матери подняли восстания во многих городах раденийцев. И вообще, какое отношение это имеет к политике?

   - Самое прямое. Ты неплохо оформил военную составляющую, сделал кое-что на поле тайной войны, но не более того. Лига - это не единое целое, даже я знаю, какие противоречия раздирают ее изнутри. И раньше такое бывало. Почему ты не воспользовался ими? Почему не подождал, пока Радения не вцепится в горло Исиринатии? Почему нельзя было посеять смуту в Триверии? Почему не заключил брачный договор с каким-нибудь из соседних государств? Ты холост, а если нужно, мог бы женить меня. - Он усмехнулся. - Конечно, я бы тебя возненавидел, но ради победы можно было бы и потерпеть.

   Под таким напором император Паштион даже немного замялся. Сын, мальчик четырнадцати лет, задавал вопросы, на которые был способен не всякий взрослый и образованный мужчина.

   - Я даже не знаю, что тебе сказать, - развел он руками. - В тот момент эти вещи казались несущественными. Когда я видел полмиллиона солдат в строю, как-то не задумался об их лояльности, о том, что одним количеством действовать нельзя. Мне тогда казалось, что такой громадной силы хватит на все. Ведь наша армия по числу равнялась исиринатийской и раденийском вместе взятым!

   Шахрион согласно кивнул, а императора понесло, он впервые за много лет сумел выговориться хотя бы кому-то, снять с души тяжелый камень, тянущий в глубины отчаяния и понести его вместе с другим человеком!

   - Пойми, я так все хорошо подготовил. Половина городов Саргилии и Стоградья пали практически без сопротивления! Весь юг мелкой гребенкой прочесывали орочьи всадники и марейнийцы, надежно занимая прегиштов с дварфами, да так хорошо, что венценосцу пришлось отправиться с отборной дружиной тем на помощь. Казалось, что все идет по плану!

   - Да, и легионы повернули на север, туда, где собиралась объединенная армия Лиги.

   - Тогда мне казалось, что это правильная идея, что мы разобьем лавные силы врагов в генеральном сражении и вынудим их сесть за стол переговоров. И клянусь Матерью, я был близок к этому!

   Мальчик прикусил губу, задумавшись, а потом проговорил:

   - А ты не думал, что играешь по нотам, расписанным эльфами? Зачем тебе нужно было форсировать наступление на север? Захватил бы оставшиеся крепости, подтянул резервы, лучше изучил обстановку.

   На сей раз пришел черед императора задумываться.

   - Генералы советовали искать решающего сражения, - признался он. - Я счел их доводы убедительными.

   - Я бы поступил иначе.

   - И как же, позволь спросить?

   - Захватил Стоградье, поставил в строй всех, кто захочет служить - в первые ряды, и всех, кто служить не захочет. В орду мертвых. - Эти страшные слова были произнесены столь будничным тоном, что император невольно вздрогнул, а его сын продолжал. - После этого можно было перевести дух и укрепиться в центральных землях, пополнив казну их золотом. Набрать еще солдат, купить наемников, убийц, магов-отступников, готовых предать свои Академии, и готовить новые бунты в городах.

   - А враги пускай объединяются?

   - Ну, с этим тоже что-нибудь можно было придумать, - улыбнулся Шахрион. - Через недельку предложу пару вариантов.

   Паштион засмеялся.

   - Ловлю тебя на слове, сынок. Кстати, еще пища для размышлений: выбрав оборонительную тактику, я позволял бы эльфам делать все, что они хотят. Как с ними быть?

   - Ну, у тебя был Гартиан. - Просто ответил наследник. - Он бы точно сумел защитить Черного Властелина и его родных. Но вопрос хороший, над ним тоже придется работать. Начну прямо сейчас.

   Паштион понял этот намек и поднялся, собираясь уходить.

   - Рад за тебя, сын, - проговорил он, покидая заваленный книгами уголок. - Но все же, хотя бы иногда отвлекайся от своих раздумий и выбирайся в реальный мир.

   Закрывая за собой двери библиотеки, император подумал, что несчастья меняют людей по-разному. Только пламя может показать, кто - сталь, а кто - солома.

   Он блаженно прикрыл глаза. Значит, осталось потерпеть совсем немного. Скоро сын будет достаточно взрослым, чтобы принять власть, и он наконец-то сможет отдохнуть.

   Впервые за долгие годы.

   А Шахрион справится, теперь Паштион был уверен в этом.

Глава 7.

Двадцать третий день первого месяца весны 36-го года со дня окончания Последней войны.

   Саргилия поражала и восхищала императора. Не одно поколение имперских подданных трудилось, чтобы обжить этот плодородный край и теперь Шахрион с высоты птичьего полета мог любоваться пробивающейся из-под черной земли зеленью, разрываемой редкими ленточками рек и дорог, да кляксами деревень и замков.

   Но вот вдалеке показались черные стены Наиргиона. Ворон императора сложил крылья и спикировал вниз, ближе и ближе к городу, со стены которого ударил луч чистого белого света. Это было последнее, что успела увидеть мертвая птица, прежде чем обрела вечный покой.

   Шахрион резко открыл глаза и закашлялся. Ощущение было не из приятных.

   - У них есть высокие сыны, по крайней мере, один.

   - Да, кое-кого они оставили, но большинство идут с армией, - обрадовал императора верховный некромант.

   - Я видел, - кивнул Черный Властелин. - Специально облетел их по дуге.

   - Армия на удивление большая. Не меньше сорока тысяч, причем треть - конные.

   Шахрион вновь кивнул. Ничего удивительного - Саргилэны не были бы собой, если бы не пытались ловить рыбку в мутных водах военного лихолетья, - они-то и во время прошлого нападения раденийцев не горели особым желанием отправляться на север. Шахрион даже и не знал, рассматривать ли хитроумность вепрей как проблему, или как большой подарок.

   - Поросята всегда были ушлыми людьми. Еще в те далекие времена, когда служили Империи.

   - Этим они отличались от Лиритиэлей. - Согласился лич. - Те хотя бы предали по убеждениям.

   - Да, предатель был убежден, что эльфийки крайне хороши в постели, - фыркнул Шахрион.

   - Меньше читай имперские хроники. - Посоветовал ему лич. - Они не всегда точны.

   - Может и так, но гарем из восхитительных эльфийских наложниц определенно стоял у него не на последнем месте в приоритетах, - пошел на компромисс Шахрион.

   Он еще раз обвел взглядом место предстоящего сражения. Ровный, как стол, луг, покрытый невысокой весенней травкой, был заветной мечтой любого всадника. Быть может и хорошо, что третья часть армии надменных властителей востока Исиринатии - конные. Уж эти едва ли удержатся от соблазна разметать пехоту Империи, а значит, остается просто немного подождать.

   Как и на стенах Черной Цитадели, он почти не испытывал страха и сомнений - с чего бы нервничать, когда все идет по плану? Да, враги привели столько же, сколько и он, оставив свои земли без защиты, но что это изменит? Они падут.

   И ты вслед за ними...

   Шахрион вздрогнул, с ним что-то определенно было не в порядке. Казалось, будто кто-то внутри нашептывает слова раскаяния и вызывает отвратительные сны, в которых император мертв, голоден, и ищет добычу. Места постоянно менялись, но неименными оставались страх и боль жертв, умирающих от его рук. Женщины и дети, старики, слабые мужчины, вооруженные лишь вилами и кольями. У них не было шансов.

   И у тебя не будет. Ты ответишь за все...

   Опять этот тихий голос! Шахрион многое бы отдал, чтобы понять, откуда он исходит. С каждым днем шепот слышался все явственнее, вызывая у императора невеселые размышления: быть может, все-таки не стоило переступать черту.

   Черный Властелин взял себя в руки и приложил увеличительную трубу к глазу. Так и есть - вражеский авангард двумя колоннами приближался к полю. Интересно, насколько дисциплинирован его командир?

   Пожалуй, можно проверить.

   - Первую линию вперед на сотню шагов, - распорядился император, наблюдая за тем, как отряды послушно двинулись навстречу прибывающим врагам.

   Сегодня поросятам предстоит увидеть много нового. Летом и осенью Империя почти все время воевала по старинке, сказывалось нежелание раскрывать свои возможности раньше срока. Теперь же все будет иначе.

   Император еще в подростковом возрасте пытался понять, каким же образом можно нейтрализовать великолепную конницу Лиги. То, что старые легионы не справлялись с этой задачей, стало очевидно еще сто лет назад, и лишь упертость, помноженная на глупость, мешала Властелинам начать реформы. Шахрион предрассудками не страдал, и нашел-таки решение: длинные, очень длинные копья.