Династия. Феникс - Александр Майерс

— говорит князь в телефон, когда я подхожу к нему. — Мы с Александром в порядке, враги будут уничтожены. Постарайся уснуть, тебе нужен покой, — он кладёт трубку.

— Держите, вам нужно померить давление, — почти приказным тоном говорю я и вручаю Григорию Михайловичу тонометр.

— Ни к чему, — он откладывает прибор и кивает на экран. — Что там происходит?

— Послушай, я пока не хочу становиться князем, — глядя деду в глаза, говорю я. — Позаботься о себе, пожалуйста.

Григорий Михайлович смеряет меня мрачным взглядом и бурчит:

— Ладно, — он садится на скамейку и начинает закатывать рукав.

Предлагать ему снотворное я пока не хочу. Начнём с малого. Радует, что он хотя бы согласился на тонометр.

— База, я Цербер-один! — вдруг из рации звучит новый голос. — С севера приближается противник!

— Похоже, нас атаковали по-настоящему, — хмуро констатирует дедушка.

— Картинку, быстрее! — рявкает Игнатьев диспетчерам.

— Уже почти, капитан. Вот!

Вместо карты Москвы на большом экране появляется видео с дронов, которые летают над территорией поместья. Картинок много, и капитан тут же приказывает убрать несколько из них, чтобы чётче разглядеть, что происходит на севере.

А там движется большая колонна боевых машин. Во главе едет несколько танков, которые на наших глазах перестраиваются в боевой порядок.

— Цербер-один, продолжать визуальный контроль и готовиться к бою. Цербер-два, двигайтесь к ним, держите левый фланг и не атакуйте без приказа.

— Есть. Так точно, — раздаются ответы.

Олег продолжает отдавать поручения, а я тем временем смотрю то на видео с дронов, то на карту поместья. Осознание приходит внезапно, но я нисколько не сомневаюсь в своих выводах.

— Капитан! На севере идёт отвлекающий удар. Основная атака будет с другого направления, — говорю я.

— С чего вы взяли, Александр? — спрашивает он.

— Сами взгляните. Кажется, что врагов много, но там в основном танки и машины поддержки. Чтобы захватить территорию, нужна пехота, а её здесь нет.

— Пехота может пока оставаться в тылу. Танки послали, чтобы пробить оборону, — с сомнением произносит Игнатьев.

— Разве есть такая необходимость? Противник должен быть в курсе, что у нас здесь нет большой системы укреплений. Мы не готовились к войне за месяц. К тому же оцените рельеф на севере. У нас господствующая высота, там неудобно наступать.

— С востока гораздо удобнее, — задумчиво соглашается капитан и подносит рацию к губам. — Цербер-три, усилить визуальный контроль. Возможно появление противника. Цербер-два, отставить приказ. Оставаться в готовности.

Я оказываюсь прав. Минут через двадцать после того, как вражеские танки завязывают бой, с востока подходят новые силы — на этот раз более лёгкие и манёвренные. Бронетранспортёры и другая колёсная техника. Их много, и они явно нацелены не просто прощупать оборону, а захватить поместье одним наскоком.

Сражение затягивается до утра, но ни один вражеский солдат не успевает ворваться во владения Грозиных. Наступление отбито со всех сторон, артиллерия врага уничтожена, как и большая часть техники. За отступающими машинами устраивают охоту операторы дронов-камикадзе.

— Хорошо, — Игнатьев садится на стул и впервые за всю ночь выпускает из рук рацию. — Думаю, теперь мы все можем немного отдохнуть. Господа, я отдам необходимые приказы и поставлю дежурных. Нам всем надо поспать.

— Вы правы, — киваю я.

Кстати, я оказался прав — нас атаковали именно войска Феникса. Но сегодня они потерпели сокрушительное поражение, и это наша первая заявка на большую победу.

Мы поднимаемся наверх. На улице уже светло, и я невольно щурюсь при виде бьющего в окна солнечного света. Но усталость не отступает — мне действительно нужно поспать после напряжённой ночи на ногах.

Князь решает съездить в основное поместье и отдохнуть там. Ну а я падаю на ближайшую койку и закрываю глаза.

Почти успеваю заснуть, как раздаётся звонок телефона. Вот чёрт, надо было его отключить. Он ведь абсолютно точно не заткнётся, а мне нужно вздремнуть хотя бы пару часов.

— Алло?

— Александр, здравствуй. Я удивлён, что ты мне не звонишь.

Я не узнаю голос и смотрю на экран. Надо же, это барон Серебряков, отец моей школьной подруги. Так и знал, что рано или поздно он свяжется со мной.

— Простите, Филипп Романович, — говорю я. — Помню про вас, но не хотел вмешивать.

— А с чего ты взял, что я хочу оставаться в стороне? — раздражённо хмыкает Серебряков. — Мы ведь официальные союзники!

— Я помню. Но не хочу подвергать вас и вашу семью риску. Сами видите, насколько далеко всё зашло.

— Дальше, чем ты думаешь, — бурчит Филипп. — Только что наёмники атаковали мои объекты, а ночью на территорию поместья пытались проникнуть диверсанты. Жарову плевать, что официально я не вступил в войну!

— Жаль слышать, — отвечаю я. — Вам требуется помощь?

— Нет, мы отбились, хотя и с трудом. Семью я ещё вчера тайно вывез из города. Поэтому теперь готов воевать!

— Хорошо, барон. Я передам ваши контакты командиру штаба. Уверен, ваш вклад нам очень пригодится.

— Отличною До свидания, Александр.

— Всего доброго, — говорю я и кладу трубку.

Вот, значит, как. Жаров совсем распалился и атакует даже тех, кто не вступил в войну на официальном уровне. Что ж, такая тактика понятна, но перспективы у неё крайне плохие. Ведь Андрей просто-напросто заставил подключиться к войне ещё один род.

«А что, если в этом и состоял план? Не знаю, как император, но кукловод явно хочет, чтобы огонь пылал как можно ярче», — думаю я.

Надо будет позвонить Дмитрию и узнать, как у него дела. Кто бы ни был кукловодом, Ярослав или Алексей… Так или иначе, кукловод сейчас в Европе, подальше от всего этого.

Удобно, ничего не скажешь. Устроить войну в одном государстве, при этом находясь в другом… Высший пилотаж, между прочим. Можно даже восхититься способностями нашего противника.

Но я не собираюсь им восхищаться. Я намерен его уничтожить, и знаю, что мы близки к этому. Несмотря на войну и всё остальное — кукловод будет повержен.

С этими мыслями я засыпаю. А проснувшись, я первым делом звоню именно Дмитрию, несмотря на обилие пропущенных звонков от всех подряд.

Дима неожиданно берёт трубку почти сразу.

— Сашок, ну как вы там? — спрашивает он.

— Воюем, — отвечаю я.

— Прикинь, мы тоже, — усмехается Дмитрий.