Династия. Феникс - Александр Майерс

— Что?

— Они выразили беспокойство. Выразили беспокойство! — сжимая в руке телефон, рявкает князь. — Хотя у нас тоже погибли гражданские, и хорошо, что не слишком много.

— Император не стесняется открыто подыгрывать Жарову, — сухо констатирую я. — А о чём, позвольте узнать, вы говорили со многими дворянами? Только не говорите, что вы убеждали их поднять полноценный мятеж против короны.

— Нет. До этого, я надеюсь, не дойдёт. Но есть несколько человек, готовых при необходимости вступить в войну на нашей стороне. А большинство остальных согласились подписаться под петицией. Мы намерены просить императора остановить войну или хотя бы перестать вмешиваться в неё. Кстати, многие чиновники тоже на нашей стороне. Твой друг — министр Ларин, например.

— Это хорошо. Возможно, император прислушается, когда поймёт, что вся знать против происходящего, — киваю я.

— Слабо верится, если честно, — вздыхает князь. — Но петиция со всеми подписями окажется у него на столе не раньше завтрашнего утра. До тех пор будем воевать…

К вечеру поступает несколько важных известий.

Серебряная башня зачищена, все наёмники уничтожены. Как и приказал капитан Игнатьев, пленных брать не стали. Меня немного беспокоило то, что с противником обошлись так жестоко, но наёмники, безусловно, заслужили подобную участь. Ведь гибель ни в чём не повинных людей именно на их совести.

Войска Жаровых в Подмосковье не смогли продвинуться. Вечером бои прекратились, и стороны договорились о временном прекращении огня, чтобы собрать своих раненых и погибших. Однако наутро всё наверняка начнётся заново.

Мы с князем остаёмся спать в штабе. Перед сном я звоню маме и успокаиваю её тем, что инициатива на нашей стороне, а враги не сумели подойти к поместью Череповых. С отцом тоже удаётся поговорить — правда, всего пару минут.

Он говорит, что если под Москвой у их клана всё неплохо, то в других регионах дела хреновые. Несколько вассалов уже разбиты и капитулировали, другие под серьёзной угрозой. У клана Жаровых значительно больше сил, а войска Династии не везде успевают прийти на помощь.

Другими словами, ситуацию нельзя назвать стабильной. Как нельзя с уверенностью заявить, за кем осталась победа в первый день войны.

Я ложусь на твёрдую кушетку, надеясь, что удастся поспать. Восстановить силы необходимо. Вместе со мной в комнате ещё несколько человек, включая князя и капитана Игнатьева.

Как только я закрываю глаза, воздух прорезает истошный вопль сирены.

— Обстрел! — подскакивая, кричит капитан. — В укрытие!

Глава 23

Грохот взрывов прорывается даже сквозь вопли сирены. Снаряды ложатся так близко, что вокруг трясутся стены и с потолка сыпется крошка.

Хорошо, что мы заранее предполагали подобное и легли спать одетыми.

Подскочив, я сую ноги в ботинки и уже готов бежать. Помогаю князю подняться, и мы с остальными офицерами торопимся вниз, в бетонное укрытие.

— Аня в поместье? — говорит князь.

— Анна Григорьевна в безопасности, ваше сиятельство. Не беспокойтесь, — отвечает Игнатьев. — За мной, скорее!

За окном звучит характерный свист, и следующий снаряд взрывается совсем рядом. Стена, мимо которой я как раз бегу, разом покрывается трещинами, окно за спиной вылетает. У меня звенит в ушах, а сердце колотится так быстро, что его удары сливаются в единый ритм.

Капитан открывает металлическую дверь и пропускает всех вперёд. В руке он держит рацию и вопит в неё:

— Откуда стрельба⁈

— Ищем, капитан! Бьют ствольной артиллерией, откуда-то издалека.

— Сукины дети, специально ночи дождались, — рычит Олег, последним начиная спускаться.

В бомбоубежище холодно, тесно и неуютно. Тусклый свет, разгоняя тьму, одновременно множит тени в углах. Несмотря на то что мы включаем вентиляцию с системой очистки воздуха, здесь душно.

Князь, вытирая пот со лба, садится на кушетку и потирает грудь. Я подхожу к нему и тихо спрашиваю:

— Как ты, дедушка?

— Бывало и получше, — честно признаётся он. — Я не в том возрасте, чтобы так внезапно срываться. А ещё здесь нечем дышать.

— Вентиляцию включили, скоро станет получше, — обещаю я.

— Включайте аппаратуру, временный штаб будет здесь! — приказывает тем временем капитан и смотрит на нас. — Господа, в соседней комнате есть всеё необходимое для управления войсками. Даже если обстрел продолжится, мы по-прежнему сможем руководить всеми операциями.

— Да, идёмте туда, — хрипло говорит князь и поднимается.

Мы входим в комнату, заставленную допотопной военной аппаратурой. Ламповые мониторы, проводные телефоны и всё в таком духе. Почти всё сделано из металла, пластиковые здесь только некоторые кнопки.

Не слишком красиво, зато наверняка надёжно. Впрочем, кое-что современное здесь тоже есть — большой интерактивный монитор на стене, который уже работает. Он разделён надвое — с одной стороны карта Москвы, с другой — карта владений Грозиных. На последней отмечено положение наших войск, которые окружают территорию плотным кругом.

— База, я Цербер-три, — раздаётся из рации Олега. — Артиллерия противника обнаружена.

— Я база. Уничтожить! — приказывает Игнатьев.

— Так точно. Передали координаты нашей арте, — почти одновременно с его словами на карте появляется несколько красных точек.

— Мы можем включить видео с дронов? — спрашиваю я.

Капитан взглядом адресует мой вопрос младшим офицерам, которые расселись за пультами.

— Можем, — кивает один из них. — Сейчас сообразим, как это делается.

— Я хочу связаться с убежищем под поместьем, — произносит князь. Выглядит он по-прежнему неважно — бледный, на висках выступили капельки пота.

— Вон тот телефон, ваше сиятельство, — Игнатьев указывает на одну из красных трубок, висящих на стене. — Вам что-нибудь нужно? Здесь есть медикаменты.

— Обойдусь. Хочу поговорить с дочерью, — отмахивается князь

— Там есть тонометр? — негромко спрашиваю я у Олега.

— Да. Препараты от давления тоже. И… — запнувшись, он добавляет: — Снотворное. Простите, господин наследник, мне кажется, Григорию Михайловичу лучше отдохнуть.

Я молча иду к аптечке. Пока ищу нужные таблетки, дедушка разговаривает с Анной, а сверху продолжают рваться снаряды. Здесь, в бункере, взрывы звучат как удары глухих барабанов. Судя по обрывкам докладов, которые я слышу, обнаруженные пушки — не единственные.

Интересно, кто нас атакует. Скорее всего, силы Феникса — личная гвардия рода Жаровых вряд ли обладает столь мощной артиллерией. Как я уже понял, огонь ведут с дистанции больше тридцати километров. Неудивительно, что мы не смогли заранее их засечь.

— Всё, Аня, я должен идти. Не беспокойся,