Путь Наставника 2 - Игорь Ан
Я оделся, улёгся в кровать.
Перед тем как уснуть, подумал, что не стану пока обучать этой практике своих учеников. Для человека с заблокированным Средоточием, «дыхание дракона» и впрямь может представлять серьёзную опасность.
С этой мыслью я и уснул.
* * *
Из-за инцидента на разрезе поездка задержалась больше, чем на сутки. Александр Савельевич начинал нервничать. Каждый день — это расходы из его кармана. Содержание бригады локомотива, оплата отряду охраны от железнодорожников, кормёжка отбросов в клетках, в конце концов! Всё это злило его. Ну какая разница в том, сейчас они изучат место происшествия или позже? Ему-то что за дело? Сдохли работники разреза, ну так это проблема артели. Пусть сами снаряжают поезд, едут и разбираются.
Эти претензии он попытался высказать главе отряда охраны, но его вежливо поставили на место, сообщив, что по возвращении предоставят компенсации и будут принесены всяческие извинения.
На том и закончили разговор.
Александр Савельевич повозникал для проформы, но выхода у него не было, кроме, как согласиться. В итоге он закрылся в купе, пил крепкое и смотрел в окно. Даже девица, приходившая к нему пару раз, не развеяла его тучного настроения. В конце концов, он отослал её подальше и просто сидел один, пока состав вновь не тронулся в путь.
Тогда Александр Савельевич повеселел, вновь вызвал девицу и слегка отпраздновал возобновление экспедиции.
Но как выяснилось, это было ненадолго.
К шахте, куда он вёз офицеров стражи, поезд прибывал под вечер. Запуржило, и видимость упала до нуля. Локомотив двигался медленно, словно неуверенно пробирался сквозь густую снежную кашу. Фонарь на лбу паровоза выхватывал лишь первые несколько метров путей. Александр Савельевич подходил к сменному машинисту, но тот лишь пожимал плечами.
— Плетёмся, как пешие! — негодовал Александр Савельевич. — Да я на своих двоих доберусь быстрее.
— Ну, так вперёд! Могу вас высадить, — отвечал машинист, совершенно не соблюдая никакой субординации.
На это Александр Савельевич тоже злился пуще остального. Но прямо здесь и сейчас машинист был тем, кого нельзя трогать ни при каких обстоятельствах — иначе кранты. Поезд встанет, и даже второй машинист не станет ему помогать. Но Александр Савельевич пообещал себе, что просто так этого не оставит! Вернувшись за Стену, он устроит выволочку этим железнякам! Ох, он им утроит!
Этим себя и тешил.
Но вот впереди показался огонёк, и паровоз дал пробный сигнал, словно кричал сквозь тьму: «Эй! Кто там? Свои?»
Ему ответили: «Свои!» Подав такой же протяжный, звучащий в этой шевелящейся кутерьме воем шакала, сигнал.
Поезд совсем замедлился и, наконец, остановился.
Пол дрогнул и замер. Под ногами осталась лишь тишина.
Их встречали. Со станции вышли провожатые, провели всех, кто приехал из высокопоставленных под руки, чтобы не заблудились и не сдуло ветром. Обслуживающий персонал остался спать в вагонах. Это слегка огорчило Александра Савельевича, ведь он лишился весёлой подружки. Но немного подумав, он решил, что и пусть. Сможет больше думать о делах.
На шахту должны были идти утром. Сейчас всех ждал небольшой ужин и приём для важных гостей по случаю приезда у начальника станции. Как сообщили Александру Савельевичу, здесь же были парочка шишек из артели — задержались на пару дней, узнав, что вот-вот должен прибыть он сам с новыми офицерами отрядов стражей, хотели познакомиться.
Вот это и нравилось Александру Савельевичу в поездках с инспекцией — его уважали, в его общество стремились. Здесь он чувствовал себя главнее начальника городской стражи. А эти приёмы… ах, там часто бывает очень даже неплохо.
Несмотря на жуткую погоду, настроение Александра Савельевича поднялось. Он весь был в предвкушении.
Приём оказался не так хорош, как Александр Савельевич ожидал, так что он ушёл одним из первых. Его офицеры остались разбавлять скучное общество артельских снобов. Гражданские, что с них взять… и веселиться не умеют, и с дисциплиной не дружат.
Возвращаясь с приёма, Александру Савельевичу нестерпимо захотелось пойти в вагон и слегка скрасить неудавшийся праздник известной компанией. Но он поленился и побоялся идти сквозь тьму. Пурга хоть и стихла, но что-то неприятное чудилось ему снаружи. Так что ночь Александр Савельевич провёл в жарко натопленной комнате. Один. В какой-то момент, проснувшись, он ощутил лютый холод, но списал это на выпитое с вечера и на слабый огонь в камине, так что завернулся потеплее и снова уснул.
Наутро его разбудил посыльный, прибывший от артельных.
Посыльный торопился, просил поспешить, говорил, что просьба не его, а начальства.
Александр Савельевич грязно ругался одеваясь. Огонь в камине погас, так что он потребовал, в своё отсутствие как следует протопить комнату, больше в таком холоде он спать не собирался. Посыльный кивнул, но, как показалось Александру Савельевичу, тут же забыл о его просьбе. Он только сейчас заметил, что присланного за ним невысокого мужичка крупно трясёт.
— Что-то случилось? — подозрительно спросил Александр Савельевич.
— Пройдёмте, вам всё расскажут на месте.
Александр Савельевич раздумывал, не забастовать ли, не отказаться ли выходить из комнаты, пока ему не предоставят разъяснений, но решил, что сидеть в холоде он хочет ещё меньше.
Вчерашние шишки из артели, закутанные, казалось, в десяток шуб и оттого похожие на коконы гигантских гусениц, стояли у выхода с территории станции. Рядом топтался десяток охранников в чёрном.
«Опять эти…», — с досадой подумал Александр Савельевич, но ничего не сказала.
— Идёмте, — произнёс один из артельных, даже не обратившись по имени. — Времени мало.
Александр Савельевич ничего не понял, даже не успел обидеться или разозлиться, как его подтолкнули под локоть и попросили поторопиться.
Вход в здание над шахтой, откуда вниз спускалась клеть, сразу показался Александру Савельевичу немного не таким, как он привык. Но он не сразу сообразил, в чём дело. Лишь войдя внутрь, понял, что здесь всё покрыто льдом.
Толстая искрящаяся в свете масляных фонарей корка покрывала стены, пол, оборудование. Паровая машина, поднимающая клеть, была мертва. Котёл разорвало изнутри, словно оттуда выбралась какая-то жуткая тварь. Александра Савельевича передёрнуло от вида искорёженного агрегата.
— Что тут произошло? — удивлённо осматривая машинный зал, спросил Александр Савельевич.
Ему никто не ответил.
— И где все?
Александр Савельевич вдруг понял, что на этом объекте работали его люди. Здесь в прошлый приезд он оставлял отряд, для которого и вёз одного из офицеров. С прошлым поездом сюда же отправилось подкрепление в шесть человек и четыре единицы оружия. И где оно?
— Там, — коротко указав направление,
