Потапыч: Земля Обетованная - Антон Чернов

на что-то воздействовало, но не было от этого зависимо. Собственно, и я в нави Зиманды не неуязвим — просто оперирую большим количеством «свобод», как-то так.

То есть, раз хрень воздействует на навь — у неё есть воображение. И представления о возможном — одно без другого никуда. А значит: надо представить такое, в котором даже хрень не сможет поверить, что она живая. Думал я, думал и придумал. И вообразил. И под задорный вопль Потапа «ПРИДУРОК!!!» уносился в его нутре от настигающей нас волны смерти.

«Прекрати сейчас же представлять эту гадость!» — потребовал Потап на бегу.

— Ага… — ошалело ответил я, несколько удивлённый и обеспокоенный результатом, надеюсь — не до мокрых штанов.

И перестал «воображать» чёрную дыру, ну или что-то, ей подобное. Я — не физик, конечно, но про то, что в ней нет времени, даже вроде как трения и прочих эффектов термодинамики — я слышал. Они все, эти эффекты, на электроны завязаны, а в чёрной дырени притяжение электронам вращаться запрещает, вот и эффектов нет.

Хотя на самом деле — хрен знает, что я вообразил, не будучи физиком. Но пространство нави начало кукожится, даже горизонт заметно для глаз приподнялся. Так что правильно я перестал эту дичь воображать. И вот, кстати, сам я в этой хрени с полпинка мог сдохнуть: я просто НЕ МОГУ представить, как там можно выжить…

«Придурок! Но вроде справился», — остановился Потап, выпуская меня из своих недр.

— Точно? — мужественно пискнул я.

«Сам не видишь, что ли?»

И я увидел — из-за перекорёженых завалов земли и деревьев ко мне тянулся энергетический «туман» — видимо, законы Нави о «кто прибил, тот и хозяин» сработали и на хрень. Правда, туман был чертовски странный, отдавал божественным «душком», чем-то непонятным и прочее. Но мой внутренний я, насколько я успел понять, прекрасно справляется с очисткой от всяких присадок энергии, мастряча лестницу в ничего.

В общем, впиталась эта фигня в меня, Потап приподнялся, в стиле былинного богатыря окинул округу из-под лапы, обрушился на все четыре, и шумно выдохнул.

«Уф, всё. Я — думать, к себе!» — буркнул он. — «А ты с людишек ваши денежки тряси! И чего ты такой не радостный?»

— А чему радоваться? Сколько в этом серебряном болване было веса? — невесело хмыкнул я, рассматривая границы последствий учинённого мной катаклизма. — Могли со всем закончить…

«И как бы ты его пёр? Он ОГРОМНЫЙ! Глупый шебуршень! Радуйся, что не сожрали, дождись, пока людишки накопают этой пакости и забери. А не будут отдавать — отними. И я — спать!»

И свалил в логово. А я хмыкнул, присел на травку мира мёртвых и стал ждать, пока энергия хрени в меня впитается. И думать, от нечего делать: что это за хрень? Откуда она взялась в шахте Аргида? И нахрена она взялась в шахте Аргида, причём в одном временном окне с торговцами из Рико: это вообще — как?

Ни черта, как понятно, толкового не надумал. Разве что понадеялся, что таких хреней больше нет, а случившееся — случайность: очень уж в напряженной ситуации мы оказались с Потапом.

«Как справляться — знаем. Достал дёргаться, иди по делу шебурши. И я — сплю».

Открыл я глаза в яви, зажёг огонёк и злобно выматерился — стены сферы со сталактитами по волшебству не разрушились. Темно, чертовски жарко, да ещё дышать душно, потому что толком нечем.

Пришлось опять проваливаться в навь, не без помощи Диньки, и выходить в явь уже осознанно, не в место, «где вошел», а на городской площади Аргида.

21. Популярность

Восторженных и восхищённых толп встречающих меня, как ни странно, не встречало. Только аркубулюс, выбивая лапами искры из мостовой, через полминуты доскакал до моего почтенства. А я стоял, вдыхал немного пованивающий воздух, и приходил в себя: всё-таки, ситуация была та еще.

Правда, предаваться этому почтенному занятию мне долго не пришлось: выход материального тела из нави — вещь для яви не просто нетипичная, а противозаконная. Впрочем, как и пребывание материального тела в нави, насколько я могу судить. Так вот, по нави вокруг меня прошла ощутимая волна, край которой ощутил и я. И если бы я почуял бы такое в Золотом, то помимо того, что бегал бы кругами, махал лапами и оглашал округу воплями о некрозвиздеце, как минимум, готовил бы магию, оружие, призывал бы Потапа и готовился бы к эвакуации, на всякий случай.

Местные обитатели видомами не были, но были поголовно владетелями, так что ТАКУЮ волну почувствовали. И уже через минуту взволнованные, взъерошенные и вооружённые морды стали мелькать на периферии площади. Пришлось широко скалиться и помахивать лапой, пока какой-нибудь горячий аргидский парень не шмальнул в моё почтенство из семейного карамультука.

А еще через минуту из ратуши прискакал мэр, в компании каких-то непредставленных типов, но судя по виду — чиновников и силовиков.

— Епископ, ну как?!! — натурально подпрыгивал Норг.

Его группа поддержки подпрыгивала не столь энергично, но пырилась вопросительно-требовательно и осуществляла некие полупрыжки. Создавая ощущение кордебалета при мэре-солисте.

— Норма-а-ально, — широко улыбнулся я. — Вообще — жуть. Но справился.

— Совсем?!!

— В шахте был. Я — тут. А пакость в шахте больше не будет, — доходчиво разъяснил я.

— Это… замечательно! — начал ликовать мэр, под нарастающий (и распространяющийся вне кордебалета) гул.

Несколько рож из кордебалета, да и несколько с периферии площади, рванули к горе, явно к шахте. То ли моё почтенство внушает такое доверие — что нормально. То ли рванули люди с воображением и способные оценить перспективы Аргида без шахты. И бежали проверять из расчёта: или всё нормально, или мы сдохнем, ну и мудохаться со всем этим не придётся. Тоже в чём-то разумный подход.

— А что там было? — как заинтересовался, так и явно тянул время до возвращения проверяльщиков Норг.

— Понятия не имею, — честно ответил я. — Такого никогда не