Критика платонизма у Аристотеля - Алексей Федорович Лосев

Критика платонизма у Аристотеля читать книгу онлайн
Как признано почти всеми, из античных текстов самый трудный и ответственный, это – текст Аристотеля.
Я хотел дать текст Аристотеля без всяких изменений, т.е. дать не пересказ, а именно перевод, максимально точный перевод Аристотеля, и в то же время сделать его понятным. Прежде всего, я стараюсь, поскольку позволяет язык, передать точно фразу Аристотеля. Затем, когда это выполнено, я всячески стараюсь сделать ее максимально понятной. Для достижения такой понятности я широко пользуюсь методом квадратных скобок, как я его называю, т.е. начинаю вставлять пояснительные слова после каждого выражения, содержащего в себе какую-нибудь неясность или двусмысленность.
Давая перевод XIII и XIV книги «Метафизики», я рассматриваю свою теперешнюю работу как предложение русскому ученому миру и как пробу. Пусть люди, знающие дело, выскажутся, какой именно перевод Аристотеля нужен современной русской литературе.
Восьмикнижие:
1. Античный космос и современная наука. Μ., 1927. 550 стр.
2. Философия имени. Μ., 1927. 254 стр.
3. Музыка как предмет логики. Μ., 1927. 262 стр.
4. Диалектика художественной формы. М., 1927. 250 стр.
5. Диалектика числа у Плотина. М., 1928. 194 стр.
6. Критика платонизма у Аристотеля. М., 1929. 204 стр.
7. Очерки античного символизма и мифологии. М., 1930. 912 стр.
8. Диалектика мифа. М., 1930. 250 стр.
4.
Совсем нет никакого определения также того, каким образом из этих двух числа суть причины субстанций и бытия, –
a) не так ли, как границы (напр., как точки в отношении [пространственных] величин), а именно, как устанавливал Эврит [93], [поставивший вопрос], какое число каждой вещи (напр., это вот [число] – человека, это вот – лошади), причем он, подобно тем, которые применяли числа к фигурам [94] треугольников и четыреугольников, таким же способом изображал при помощи камешков формы растений [95].
b) Или [числа так должны быть причинами], как гармония есть отношение чисел [96], одинаково же – и человек и каждая из прочих вещей? Но как же это [пассивные] качества суть числа, – белое, сладкое, теплое?
c) Ясно, что числа не суть субстанции и не суть причины формы. Именно, субстанция, [которая только может иметься тут в виду], есть отношение, а число – [только] материя [97]. Напр., относительно тела или кости субстанция есть число в том смысле, что [здесь] 3 части огня и 2 – земли, так что число всегда, каким бы оно ни было, есть число некоторых вещей [98], или огневое или земляное или [вообще] относящееся к каким-нибудь единичным вещам (μοναδικος). Напротив того, субстанция [обозначает, что] такое-то количество [чего-нибудь присоединяется] в смеси к такому-то количеству. Но это еще не число, а отношение [в] смеси телесных или каких бы то ни было других чисел [99].
Итак, число не есть ни причина в смысле действия (ни как вообще число, ни как составленное только из математических единиц); не есть оно ни материя, ни смысл [отношения] [100], ни вид вещей. Но, конечно, оно и не целевая причина (το ου ενεκα) [101].
6. Продолжение и окончание.
1.
Может быть, кто-нибудь также спросит: что такое благо, которое [происходит] от чисел благодаря тому, что [102] имеется смешение в числе, с сохранением ли правильного отношения в числе [делимом], [103] или в нечетном.
a) В самом деле, смесь меда и воды нисколько не становится фактически здоровее, если [их отношение] будет равняться 3:3. Скорее можно допустить, что она будет полезнее, если без всякого [числового] отношения окажется несколько разбавленной водой, чем если при помощи числа будет [слишком крепкой], неразбавленной.
b) Далее, отношения смеси заключаются в складывании [вещественных] чисел, а не в числах [самих по себе, т.е. не в умножении чисел], – напр., 3+2, а не 3×2 [104]. В умножениях должен ведь оставаться один и тот же род, так что ряд ABC нужно измерять при помощи A, а ряд DEF – при помощи F. Поэтому все [произведения измеряются тут] одним и тем же [множителем]. След., [число] огня не [105] может быть [произведение] B.C.E.F., и число воды 2×3 [106].
2.
Если же необходимо, чтобы все общалось с числом, то необходимо, чтобы многое оказывалось тем же самым, и чтобы то же самое число было свойственно и тому и другому [107].
a) Но есть ли это причина, и вещь [действительно] ли благодаря этому существует? Или же [тут просто] неясные [и многозначные] выражения? Напр., существует некоторое число в движениях солнца и в свою очередь в движениях луны и даже жизни и возраста каждого живого существа: что же мешает иным из них быть квадратными, иным – кубическими, также одним [108] – равными, другим – двойными? Совершенно ничто не мешает, но [прямо] существует необходимость вращаться в отношении этого в круге, если [действительно] все причастно числу и различающееся [между собою] должно было подпадать под одно и то же число. Поэтому, если бы чему-нибудь свойственно было одно и то же число, то [вещи] те, имеющие один и тот же вид числа, были бы взаимно тождественны, как напр., тождественными были бы солнце и луна [109].
b) Но почему же [все] это – причины? – [Существуют] семь гласных, семь струн или звуков на инструментах, семь Плеяд; в семилетием возрасте [дети] меняют зубы (по крайней мере иные, иные же – нет); семь [героев шло] против Фив. Но потому ли [действительно], что это вот число таково по природе, получилось семь тех [вождей] или Плеяды состоят из семи звезд? Не потому ли [семь вождей], что было [семь] ворот или по какой-нибудь другой причине; а [семь Плеяд] – не потому ли, что мы их считаем [110]? Ведь в [Большой] Медведице мы считаем по крайней мере – 12, а иные больше. Так же считают они звуки «кси», «пси», и «зету» созвучными [консонансами] и думают, что если их [консонансов в музыке] три [111], то и этих [букв должно быть тоже] три. А то, что таких [звуков и букв] может быть бесчисленное количество [это их] нисколько не заботит. [С таким же успехом] мог бы быть один знак и для «гаммы» с «ро». Если они [утверждают], что только эти [три] двойные [согласные] существуют из прочего, а других [таких] нет (причиной этого [является то], что существует только три места [в языковом аппарате], в которых произносится одна сигма), то только в силу этого их три, а не потому, что [в музыке] три созвучия, так как созвучий во всяком случае больше, а здесь [в языке] уже не может [быть больше двойных согласных].
c) Очевидно, и эти [философы] подобны древним истолкователям Гомера, которые видели мелкие сходства и пропускали большие. Некоторые высказывают еще [112] многое подобное же. Так, из средних [струн] одна [дает] девять [звуков], другая – восемь; и эпос, [эпический стих, содержит] 17 [слогов], равных по числу этому [количеству струн], потому что скандируя направо [получают] 9 слогов, а налево – 8. [Говорят] также, что расстояние в алфавите от альфы до омеги равно [расстоянию звуков] в флейтах от
