Сильнейший Столп Империи. Книга 7 - Алексей Ермоленков

Князь заорал, от того, что я, выдернув его, сломал ему ноги, но он быстро замолчал и стиснул зубы.

— Ты что творишь, падаль? Ты хоть соображаешь, что с тобой будет после этого?

— Соображаю. Меня наградят. Заигрался ты, князь. Не ту сторону выбрал, — ответил я, волоча его за собой по асфальтовой дороге в арендованную для нас машину, оформленную на какого-то нищего. Понятное дело, что вычислить, кто на самом деле арендовал этот транспорт проблем не составит. Вот только к тому времени уже будет поздно.

Да, узнав, что Долгоруков знает кого-то из своего начальства в сообществе, Львом Николаевичем было принято решение начать играть в открытую, пока князь не свалил куда-нибудь, как Оскомин, или его не грохнули.

— Какую сторону? Что ты несёшь?

— Есть неопровержимые доказательства того, что ты был союзником Оскомина, а точнее, его начальником. Он выполнял твои приказы, — сообщил я и перед машиной надел на него антимагические кандалы, а после этого мои гвардейцы тщательно обыскали князя и нашли у него много интересных артефактов.

Я вытянул из Долгорукова почти всю ману, а после этого ещё и энергию жизни. И только тогда я его запихнул в машину. Он оставался в сознании, но что-то сделать у него не хватало сил.

По дороге мы бросили арендованную машину на обочине и пересели в транспорт без номеров и опознавательных знаков, принадлежащий императорской канцелярии.

Какое-то время мы попетляли по населённым пунктам недалеко от Питера и убедившись, что за нами никто не следит и никаких следящих устройств и артефактов ни на машине, ни на наших пленниках нет, мы окольными путями добрались до застенков императорской канцелярии.

Долгоруков долго сопротивлялся и надеялся, что ему удастся убедить нас в своей невиновности. А когда понял, что не получится, попытался самоубиться. После чего сильно удивился, что у него это не получается. Затем он испробовал другие способы, которые тоже не увенчались успехом. И тут до него дошло, что так будет продолжаться, пока он не начнёт говорить. Тогда-то князь и заорал:

— Вы не понимаете! Они нас убьют! Они нас всех убьют! А те, кто останутся будут их рабами! У нас есть лишь маленький шанс, стать чуть выше остальных рабов, чтобы наши семьи жили хоть немного лучше! Мы ничего не сможем с ними сделать! Этот мир обречён!

— Он готов поговорить, — сообщил по телефону дознаватель, и через несколько минут в камеру вошёл Лев Николаевич. То ли он уже был рядом, то ли у императора Российской Империи имеется телепорт, но человек, которому подали стул со спинкой, определённо был Львом Николаевичем Романовым.

— Ну, рассказывай, Дмитрий Константинович, что сподвигло тебя предать Российскую империю и меня? — задал вопрос император.

— Не будет скоро ни Российской, ни Китайской и никакой другой империи. Этот мир обречён. Те, кто будут сопротивляться умрут, или их угонят в рабство. И остальные будут жить здесь и делать то, что им прикажут, а приказать могут что угодно.

— Им невозможно сопротивляться. Они невероятно сильны. Я лично видел их силу и понимаю, что у нас шансов нет.

— Шансы есть всегда, Дмитрий Константинович. Нужно их только найти.

— Это не тот случай, Ваше императорское Величество. Вы просто не понимаете, о чём говорите. У нас шансов столько же, сколько у таракана, на которого опускается тапок человека.

— А кто эти они? О ком ты сейчас говоришь?

— Люди из другого мира. Существуют миры, вроде нашего, которые живут не знают о том, что существуют другие цивилизации в других уголках вселенной. Мы лишь предполагаем о существовании жизни на других планетах и занимаемся своей мышиной вознёй, считая себя венцом божьего творения.

То дружим, то ссоримся, то делим земли, идём друг на друга войной или защищаемся от кого-то. В то время, как другие миры ушли от распрей между собой, объединились и начали совершенствоваться.

Однажды один из таких миров научился создавать порталы в другие миры. Портал открылся в мир, который был менее развит и менее силён из-за того, что они вовремя не поняли, что, объединившись, люди станут сильнее.

Захватить этот мир и сделать его своей колонией не составило труда. После чего у захватчиков появился источник ресурсов, в том числе и человеческих.

В захваченном мире есть определённые люди, которые присматривают за остальными рабами. Их не трогают, и они живут лучше. Едят лучше, спят лучше, дома у них лучше и семьи их живут лучше. Не так, как они жили прежде, но всё равно лучше, чем остальные. Так вот, когда захватят этот мир, я хочу, чтобы моя семья жила лучше.

— А с чего ты взял, что наш мир захватят?

— Вы когда-нибудь видели, как самых опасных монстров убивают, не напрягаясь? А щиты, которые невозможно пробить? А заклинания, которые затмевают половину неба? — после этих слов все посмотрели на меня.

— Он один такой, а в том мире каждый гвардеец. А есть и те, кто намного сильнее и него и их. И вообще, я не удивлюсь, если он иномирец, — пояснил Долгоруков.

— Я действительно иномирец, но я не из того мира, о котором ты говоришь. Я из мира, где вообще нет магии.

— Технический мир? Для них это лакомый кусочек. Я бы даже сказал деликатес. Если они сумеют открыть портал в твой мир, я не позавидую тем, кто в нем живёт.

— А ты бывал в том мире, про который рассказал? — спросил император.

— Бывал. Всех, кто будет на них работать они увозят в тот мир на неделю, чтобы мы поняли, с чем столкнулись и, чтобы в нас не теплилась надежда на счастливый исход. Мы не в силах им противостоять. У владык того мира, который нашёл проход к нашему уже десяток захваченных миров.

Мы для них источник ресурсов и больше ничего. Наши архимаги не способны противостоять даже их студентам магических академий. Воины и сотней не смогут поцарапать одного их гвардейца. Разве что, все столпы соберутся в одну армию. Тогда может и продержаться какое-то время. Может даже победят роту гвардейцев, но их там не рота, и есть люди намного сильнее обычных гвардейцев. Наш мир обречён.

Если вы, Ваше императорское Величество желаете выжить и спасти свою семью, скажите об этом их представителю. Тогда вас и ваших детей оставят в живых и не будут