Сильнейший Столп Империи. Книга 7 - Алексей Ермоленков

class="p1">— Ты что, хочешь стать наложницей графа Бессмертного⁈ — удивилась Ю.

— Да. В Китае ведь так поступают, когда хотят заверить супругу, что не являются для неё конкурентами?

— Так. Но я не супруга.

— Да, но вы заявили свои права на него и собираетесь за него замуж, а я хочу показать, что не собираюсь занимать ваше место. Я буду лишь иногда греть ему постель.

— Оригинальный подход. Я даже не знаю что ответить.

— А с чего вдруг в вашу милую головку, пришла такая идея? Сдаётся мне, что кто-то подсказал вам, — вмешался в разговор я.

— Мой папа сказал, что вы лучшая партия для меня, даже если я стану вашей наложницей. И сказал мне подойти к вам быстрее, пока остальные до этого не додумались.

— Что скажешь, милый, возьмёшь девушку в наложницы?

— У меня ещё и жены-то нет. Я очень благодарен вам за предложение и восхищаюсь вашей смелостью, но, простите, наложницы мне не нужны, — ответил я.

— Жаль. Но, если вы передумаете, и я в вашем вкусе, то сообщите мне. Я баронесса Виктория Павловна Семакина, — ответила девушка, кокетливо улыбнулась и покинула нашу компанию. Н-да, чем влиятельнее и богаче становишься, тем больше внимания тебе уделяют.

Всю оставшуюся часть бала я ловил на себе различные взгляды, в том числе и изучающие. В большинстве своём я с лёгкостью находил тех, кто на меня смотрел, но были и такие, кого я обнаружить не смог.

Теперь я точно уверен, что смог привлечь внимание сообщества. После того, как я лишил их двух союзных им родов, они заинтересовались мной, но пока не определили случайность это или я о них знаю. Боюсь, что после сегодняшней ночи, они решат, что их раскрыли.

Князь Долгоруков за всё время бала крайне редко смотрел на меня и то мельком, делая вид, что ищет кого-то другого. Разумеется, я имею в виду то время, когда взгляды всех присутствующих не были обращены на меня императором или кем-либо другим.

Мне повезло, Дмитрий Константинович оставался до самого окончания императорского бала. Ю и Зиан остались в императорском замке ночевать под усиленной охраной. Чтобы уж совсем не переживать за них я оставил несколько своих гвардейцев, а остальных вместе с Лихачом взял с собой на операцию по перехвату Князя, который, как ни странно, отправился к себе домой в загородное поместье.

Скрягу я прихватил с собой. Монстр заранее загнал насекомых не только в машину князя, но и прицепился к его охране и даже к самому князю. Если с щитами охраны проблем не возникло, то незаметно снять щиты с князя было сложно. Поэтому Скряга посадил насекомых на щит на подошве его обуви между протекторами.

Да, щит князя оказался весьма интересным. Он его создал так, чтобы в этих ботинках он мог спокойно передвигаться по пересечённой местности. И вот эти его понты сыграли с ним злую шутку.

Многих насекомых, разумеется, он передавил, но некоторые всё-таки смогли забраться, и теперь Скряга точно знает, где находится Долгоруков.

Конечно, мы поехали сначала в другую сторону, но затем отправились наперерез. Мы успели подъехать туда, где гарантированно должен проехать князь, и он там появился.

— Через пару минут он будет здесь, — сообщил мне Скряга. Я достал телефон, открыл родовое приложение и, дождавшись того момента, когда до машины Долгорукого оставалось всего метров пятьсот, объявил ему войну родов без привлечения союзников и членов клана.

После этого я вышел на дорогу в виде горкала и преградил путь машине. Я прочитал по губам, когда Дмитрий Константинович, сидящий на переднем сидении, крикнул своему водителю:

— Дави его! — на что я лишь улыбнулся.

Мне повезло, что страх возобладал над князем и он совершил глупость, приказав сбить меня. В результате, машина Долгорукова чуть ли не на всём ходу влетела в щит, который мы разместили поперёк дороги специально с этой целью. Это был один из артефактов сделанный по моим чертежам.

При столкновении двух щитов на такой скорости и с такой массой один определённо должен сломаться. Так и получилось. Щит машины Долгорукова не выдержал и исчез, отчего то, что находилось под капотом, полезло в салон, зажав там не только водителя, но и князя. Да, оба целы, но оба не могут выбраться.

Охрана с заднего сиденья, и с машин, которые ехали позади, тут же повыскакивала и попыталась спасти своего господина, убив меня и гвардейцев, которые выходили из леса.

Однако им это не удалось, потому что мои ребята оказались значительно проворнее и сильнее. В результате в живых остались только Долгоруков и его водитель. Вот если бы Дмитрий Константинович соблюдал правила безопасности, сев на заднее сиденье и пустив впереди себя одну из машин охраны, то нам было бы сложнее его поймать, но мы бы это сделали. А он, видимо, решив, что я по своему незнанию для него не опасен, решил расслабиться. И зря.

Я подошёл к его машине схватился за искорёженную дверь со стороны переднего пассажира, вырвал её и отбросил назад. В этот момент Долгоруков выпустил в меня какое-то жутко убойное заклинание и следом ткнул меня артефактным кинжалом, пробившим мою броню.

Глава 20

Российская Империя.

Что-то последнее время появилась тенденция пробивать мою броню в образе горкала. Мне это абсолютно не нравится, и нужно что-то с этим делать. А теперь ещё и магия добавилась. Что за магия сумела снести мне броню на правой стороне груди, захватив плечо и слегка прожарив мои мышцы.

Я схватил князя за руку, вывернул её, отчего тот заорал, а я на его глазах зарастил свои раны, полностью восстановив покров брони. Способностью энергетического вампира я мощным потоком стал вытягивать из него ману, одновременно правой рукой взламывая его щит.

Долгоруков напрягся и не на шутку испугался. Он понял, что его скорлупа вот-вот треснет, и при этом он сделать ничего не может, поскольку сформировать даже самое простейшее заклинание в таких условиях невозможно, ведь я вытягиваю из него ману и при попытке сформировать хоть что-то, мана, которой он пытается воспользоваться немедленно перетекает ко мне.

Надо отдать князю должное, он сопротивлялся минут десять, но в результате его щит рухнул, и я, схватив Долгорукова своими когтистыми руками за грудь выдернул его из машины. К этому времени ребята принялись вытаскивать из машины водителя, который тщетно пытался убить себя, в отличие от князя.