Красные шипы (ЛП) - Рина Кент

сиськи созданы для траха. Ты возьмешь мой член туда, не так ли?

- Нет…

Он шлепает по моим ноющим соскам, и я визжу.

- Что ты только что сказала, шлюха?

- Нет! - Я рыдаю.

Его губы касаются моего уха, когда он шепчет:

- И ты думаешь, мне не все равно? Чем больше ты говоришь "нет", тем сильнее мой член пытается вытянуть из тебя хоть слово. Чем больше ты будешь умолять, нет, пожалуйста, тем сильнее я буду разрывать твою киску, пока от нее ничего не останется.

Это отвратительно. Это так отвратительно, но я это делаю.

Я провоцирую его.

Откинув голову назад, я с ревом бью его в подбородок. Сначала я имела в виду это как форму подстрекательства к нему, но слишком скоро это становится слишком реальным.

Мой уровень адреналина взлетает до небес, когда я высвобождаюсь из его хватки и наношу ему пощечины и царапины. Мои крики и вопли нарастают и эхом отдаются в воздухе, как гребаная темная симфония.

Я даже не уверена, куда я ударяю, когда позволяю своей адреналиновой стороне взять верх.

Но мои удары недолговечны.

Он с силой хватает меня за руку и разворачивает, прижимая к скале. Дыхание вырывается из моих легких, когда мое лицо и грудь ударяются о твердую поверхность, а затем его рука обхватывает мою шею, пока он возится с моей юбкой.

Я дрыгаю ногами в воздухе.

- Нет, нет, нет...

- Пришло время тебе узнать свое гребаное место.

Его голос хриплый и возбужденный, когда он прижимает два пальца к моим губам сзади, прокладывая себе путь между моими зубами.

- Укуси, и я трахну тебя прямо в задницу. Бьюсь об заклад, она тоже девственница и ждет, когда мой толстый член разорвет ее.

- Нет, пожалуйста, прекрати... Не делай мне больно... не делай мне больно...

- Заткнись на хрен и возьми мой член, как шлюха, которой ты и являешься.

А затем он засовывает свой член в мою киску и одновременно его пальцы мне в рот.

Я задыхаюсь, причитая

- Пожалуйста… - Но это едва ли выходит как бормотание.

Он раздвигает мои ноги, когда его член проникает в меня, разрывая меня своим входом, пока я не начинаю рыдать и всхлипывать. Я умоляю его о пощаде, о том, чтобы он не причинил мне вреда, но это всего лишь бормотание из звуков и рыданий.

Они так же бесполезны, как и стоящий за ними смысл.

Мой таз ударяется о твердый край скалы с каждым его толчком, и я чувствую, как образуются синяки. Я пытаюсь вывернуться, но он прижимает меня к земле, упираясь локтем мне в поясницу.

Мои соски ощущаются так, словно их режет жесткая поверхность камня. Я полностью открыта для него, когда он врезается в меня с такой грубостью, что у меня перехватывает дыхание.

Стоп-слово вертится у меня на языке, ожидая, выжидая своего часа, когда я положу конец этому безумию. Это чертовски больно, и боль усиливается с каждой секундой.

Мои крики и вопли, кажется, остаются без внимания, или, точнее, чем громче я кричу и реву, тем грубее становится его темп. Чем больше я смачиваю его руку своими слезами и слюнями, тем быстрее он проникает в мою ноющую киску.

Мне все еще больно после первого раза, но теперь он поднимает это на ступеньку выше, делая боль моим единственным спутником в темноте.

В моих попытках заговорить, умолять его не причинять мне боль, я кусаю его пальцы.

Я замираю.

О Боже, нет.

Я никак не могу принять его размер в заднице.

- Мне жаль, мне так жаль! - Я говорю сквозь его пальцы. - Я не хотела!

Стон, исходящий из глубины его горла, носит животный характер. Его рука опускается на мою задницу, и я вскрикиваю.

- Я сказал, никаких гребаных зубов.

Шлепок. Шлепок. Шлепок.

Огонь горит от отпечатков его ладоней на моей заднице. Мой голос становится хриплым от моих прерывистых криков и мольб о помощи, о том, чтобы он прекратил это.

Он шлепает меня еще раз, и я кончаю. Просто так боль превратилась в ослепляющее наслаждение.

Мои бедра и ноги дрожат, мое сердце почти выплескивается на камень, когда он ускоряется. Безумие продолжается, пока я трясусь вокруг него. Он не сбавляет скорость. Я начинаю понимать, что он никогда этого не делает. Не тогда, когда он на задании сломать каждую частичку меня. Он двигается быстрее, сильнее, как будто намеревается разорвать меня на части, и по какой-то причине это вызывает еще один оргазм.

- Вот и все, моя шлюха. Придуши мой член так, как будто ты никогда не хочешь, чтобы он вылезал из этой тугой киски.

Я сжимаюсь вокруг него, наслаждаясь своим оргазмом, даже когда шмыгаю носом от боли. Его низкое рычание эхом отдается в темном лесу, когда он вытаскивает свой член. Первая струя его спермы окрашивает мою задницу, за ней следует вторая и третья, когда он тихо ругается.

Горячая жидкость обжигает горячий рубец, оставленный его рукой. Вздох, смешанный с прерывистыми криками, срывается с моих губ, когда он убирает с них свои пальцы.

Я хочу, чтобы они снова были внутри меня.

Мне действительно нужно, чтобы он стал для меня якорем в этот момент, чтобы я не могла думать ни о чем, кроме него и нашей тьмы.

Его и моей.

Потому что теперь я в этом не сомневаюсь.

Мы совместимы, как он и сказал.

Больные.

- Пожалуйста... -Я умоляю. – Остановись.

Не останавливайся.

Пожалуйста. Позволь мне остаться живой.

Он хватает мои подвергшиеся нападению ягодицы, и я ахаю, но прежде чем я могу сосредоточиться на боли, он снова проникает в мою киску.

И он твёрдый.

Черт возьми.

Как он может быть таким готовым сразу после того, как кончил на меня?

- Нет, нет, пожалуйста...

Его ладонь держит меня за спину, когда он садится на меня так, что наполовину прикрывает меня сзади, в то время как он врывается в меня со свирепостью, от которой у меня перехватывает дыхание.

- Пожалуйста…Я сделаю все, что угодно... Только перестань...

- Ты возьмешь мой член так, как всегда должна была, как игрушка , которой ты и являешься. Вот что ты сделаешь.

- Нет… нет… боже… пожалуйста это больно. Это так больно.

- И с этого момента будет еще больнее. Потому что я еще даже не начал, моя шлюха.