Гимн шута 21 - Антон Сергеевич Федотов

Павел вновь поежился, припомнив брошенный в их сторону взгляд Леночки.

— Тогда кто их на хрен вообще остановить сможет? — чуть грубовато ответил парень, пожав плечами.

Тишь кивнула. Одобрительно. Своим мыслям.

Несколько секунд Павел помолчал, после чего достал комм и набрал Влада. Именно на плечи командира ГБР легла задача по подготовке «загонщиков» для «охотниц».

— Ты закончил формирование группы поддержки? — просто уточнил он.

Ответ вышел секунд на пять. Суть сводилась к следующему: сводная команда из бойцов группы быстрого реагирования и курсантов СИБ срочно нуждалась в боевом слаживании.

— Забронируй рейс. Как только будет «чрезвычайка», перебрасывай людей по координатам Тишь.

Просто так организовать перелет на полигон имперской безопасности даже опричнику было не под силу.

Выслушав короткий ответ, клановец отключился и повернулся к инструктору.

— Валя, — негромко вздохнул он.

Валькирия тут же продемонстрировала невероятно милую улыбку невинного младенца и напрягла внушительный бицепс. Контраст вышел убойным. И очень убедительным.

— Поработаешь с «детишками»? — попросил он, не обращая внимания на пантомиму.

Тишь только хмыкнула. Отчего бы и нет, собственно? Все происходящее вполне оформлено через командование СИБ как операция опричника. То есть, платят по боевому расписанию, а голову под пули подставлять никто не требует. Чем не жизнь?

Тем более культуристка питала нездоровую любовь к инструкторской деятельности. И лишь недавно задумалась на этот счет после фразы Павла: «Чтобы быть хорошим тренером, нужно либо сильно любить людей, либо столь же сильно их ненавидеть!». Потратив минуты две на размышления, Валентина решила, что еще не определилась.

— Сделаем, — пообещала она.

Волк рядом вздохнул. Брат сдался. С другой стороны, «капитуляция» шута была конструктивной: никто нагрузку снижать не собирался. Так что если девчонки сломаются, то вся затея для них закончится. Но уж если выдержат, то Павел собирался дать им все возможное, чтобы «охотницы» сами не превратились в дичь.

— Кстати, дорогой мой, — неожиданно прищурилась Валентина, наградив младшего коллегу, формально являющегося ее же начальником, долгим нечитаемым взглядом. — А не начал ли ты вес набирать?

Сергей, хоть вопрос к нему и не относился, тут же сделал шаг назад. Попасть под раздачу на ровном месте ему не улыбалось.

— Не выйдет, — заверил стойко Павел.

Он четко уяснил важную вещь — инструктор не должен видеть твоего ужаса, иначе легко можно отхватить одну из самых страшных фраз: «Еще два круга/подхода/магазина/раунда!».

— Это почему же? — шагнула к нему Валентина и вкрадчиво заглянула в глаза.

Опричник взгляда не отвел. Хотя риск нарваться на внеплановую тренировку «для поддержания тонуса» и был весьма велик.

Ответом ей стал низко частотный гул работающих в посадочном режиме движетелей. Неподалеку снижался глайдер.

— Встреча, — коротко улыбнулся Павел. — Ты сама оформляла воздушный коридор.

Несколько секунд Валентина внимательно рассматривала своего подопечного. Словно решала, уж не осмелел ли кое-кто настолько, что смеет над ней издеваться.

Волконский ответил улыбкой. Мягкой и аккуратной.

Да, ему этого момента не забудут. И Тишь обязательно об этом вспомнит на следующей тренировке, но… это не пугало. Совсем. И давно. Все равно хуже не будет. А уровень нагрузки регулирует лишь естественный ограничитель: когда упал и действительно не смог подняться, тогда занятие и можно закончить. И жульничать в этом вопросе не рекомендовалось. Павел, естественно, попробовал. Исключительно из любви к искусству. И сделал вывод: если попадаешься, то становиться не только плохо и тяжело, но еще и больно, а также очень обидно.

Валентина свою мысль до личного состава доносить умела. Даже без применения насилия. Теоретически. Однако на практике она действительно считала, что дозированная порчи боли и «звездюль животворящий» могут творить чудеса.

Они и творили. Павел не раз поднимался и тогда, когда сам уже считал это невозможным.

— Спасен, — вынуждена была признать Валентина. — Ударом гонга.

Девушка перевела взгляд на Сергея. Тот поежился.

Его брат же лишь улыбнулся.

Конечно, курсант уже успел познакомиться с педагогическим талантом Тишь в Академии. Но там она была приглашенным инструктором. Сейчас заставить пахать Сергея у культуристки власти не было.

— Он со мной, — на всякий случай оповестил опричник, поднимая взгляд вверх.

Как раз в этот миг над ними на сверхмалой высоте, прошел представительский глайдер, растрепав волосы всем собравшимся, кроме Волка. Сергей на время «ученичества» в Академии СИБ предпочитал стричься под машинку. То есть, очень коротко.

— Тогда проваливайте, — властно, но чуть театрально взмахнула рукой инструктор. — Оба. Павел бросил последний взгляд на тропу, где скрылись девушки. Семь дней ада — и они не сломались. Парень уже на третий день их нелегкого испытания дал себе слово, что если они выдержат, то он обеспечит «охотниц» всем необходимым. И слово свое молодой человек намеревался сдержать. Хоть сама идея ему и не нравилась совершенно.

Но сначала — разговор с Салтыковым. Там тоже ставки высоки.

— Проваливаем, — бросил он брату и зашагал к полянке, где уже садился глайдер с гербами союзного клана.

— Быстрее, — потребовала Тишь, деланно нахмурившись.

Павел улыбнулся. Сергей развернулся, исполняя приказ. Но оба предпочли скрыться с глаз инструктора как можно скорее. А то память у нее была очень даже хорошая. И рано или поздно на полигоне или в спарринге им сойтись еще предстояло. Так что слишком уж злить Тишь не рекомендовалось.

Да и глайдер с гербами Салтыковых на бортах уже скрылся за деревьями, а звук движителей смолк. Так что поторопиться действительно стоило.

Глава 18

Их ждали.

Двое.

И это было странно.

Обычно пассажиров таких глайдеров встречают красной дорожкой и парадным расчетом. Да и по одному элитные воздушные лимузины не летают. Только в составе ордера сопровождения. Но кто ж допустит в особую зону легкие транспорты прикрытия? Вот и пришлось «первому борту» Салтыковых садиться в полном одиночестве. На обычной полянке.

К тому моменту, как братья Волконские подошли к месту посадки, гости уже покинули глайдер.

— Господа, — первым скорее кивнул, чем поклонился Павел.

Сергей же чуть отстал и замер без движения и звука за спиной Шута, явно подчеркивая свою роль в переговорном процессе.

Иннокентий Геннадьевич прибыл в сопровождении «представителя». Судя по всему, Глава донес до своего родича политику партии и иные нюансы поведения. Во всяком случае, Ефим Борисович выглядел подтянутым и бесстрастным. Что Павел вполне счел рабочим настроением и добрым знаком.

— Неожиданно, — коротко прокомментировал главный Салтыков, демонстративно оглядывая полянку и деревья вокруг оной.

Место для встречи молодой Волконский выбрал практически невозможное. Просто по вопросам безопасности. Да еще и в условиях минимального сопровождения. Но один факт менял все — это земля СИБ.

— Зато красиво, — в тон ответил