Сахарная империя. Интересы короны - Юлия Арниева
На Найтрайдер-стрит утро было в самом разгаре. Узкий переулок жил своей привычной, суетливой жизнью: из открытых окон судейских подворий доносился гул голосов, прерываемый резким хлопаньем тяжелых дубовых дверей. Стряпчие в засаленных париках и клерки с чернильными пятнами на манжетах сновали по мостовой, спеша закончить дела до того, как судьи займут свои места. Солнце еще не достигло зенита, но уже нещадно припекало, высушивая ночную влагу и заставляя воздух над булыжниками дрожать от тяжелого, неподвижного зноя.
В конторе Финча было значительно тише и прохладнее, чем снаружи. Поверенный привычным жестом смахнул кипу документов со стула на подоконник, бумаги взметнули облако мелкой пыли, золотившейся в косых лучах. Я опустилась на освободившееся место, чувствуя спиной жесткую спинку стула, Финч тем временем обустраивался за своей баррикадой из папок, раскладывая перед собой чистые, плотные листы бумаги.
— Итак, — начала я, стягивая лайковые перчатки. — Первое. Договор с Бейтсом. Мясо из контракта убираем полностью, овощи оставляем. Условия по объёмам без изменений.
Финч коротко кивнул и тут же заскрипел пером.
— Второе, — продолжила я, наблюдая за кончиком его пера. — Соглашение с Хейсом. Мы уступим ему кости, жилы и топленый жир по фиксированной цене за фунт. Но я хочу, чтобы плата пересматривалась каждый квартал согласно стоимости на Смитфилдском рынке. Если цена на мясные туши пойдет вверх, Хейс не должен забирать остатки за бесценок.
— Весьма предусмотрительно, — пробормотал Финч, не поднимая головы. Он строчил с такой скоростью, что я видела лишь ритмичное мелькание гусиного пера.
— Третье. Солодовня в Саутуорке. До сих пор бумаги были оформлены на имя Мэри Браун, но теперь в этом нет нужды. Поскольку виконт мертв и я числюсь вдовой, то имею право распоряжаться своей собственностью. Переоформите солодовню на меня. И все прочие контракты, которые проходят через Мэри, тоже нужно постепенно перевести, но это не к спеху, сначала солодовня.
— Леди Сандерс, — Финч поднял голову, — для переоформления понадобится согласие мисс Браун и подтверждение из банка «Куттс». Кроме того, если вы хотите вести дела от своего имени, следует открыть личный счёт.
— Именно так. Подготовьте бумаги, которые мне нужно будет подписать.
Больше часа мы провели в лихорадочной, но слаженной работе. Финч извлекал из шкафов тяжелые папки с прежними контрактами. Я диктовала новые условия, он записывал, задавая короткие, точные вопросы. Каким бы растерянным он ни казался в Адмиралтействе, здесь, среди своих бумаг и конторских книг, Финч преображался: движения его стали скупыми, голос твердым, а перо летало по бумаге с быстротой, за которой я едва успевала следить.
Ровно без пяти два в дверь коротко постучали. В щель просунулась рыжеватая голова клерка, чей вид выражал крайнюю степень почтения, смешанную с испугом.
— Мистер Финч, — прошептал он, — карета лорда Бентли у крыльца.
Граф вошел минуту спустя. Движения его были скупыми и уверенными; он на ходу смахнул с набалдашника трости невидимую пыль и окинул кабинет внимательным взглядом. Темно-синий суконный сюртук сидел на нем безупречно, жилет был застегнут на все пуговицы, несмотря на жару. Весь его облик выражал ту самую деловую сосредоточенность, которая отличает людей, привыкших распоряжаться временем как самым дорогим капиталом.
— Леди Сандерс. Мистер Финч, — он отвесил краткий поклон.
Бентли опустился в кресло, положив трость на колени. Одним едва заметным жестом он отклонил предложение чая и сразу перешел к сути дела:
— Полагаю, вы ждете известий о нашем соглашении. Что ж, новости вас порадуют.
Я лишь молча кивнула, сохраняя беспристрастное выражение лица.
— Мистер Генри Сандерс, — Бентли произнес это имя с особенным весом, который он придавал только по-настоящему удачным сделкам, — проявил себя джентльменом слова. Он подтвердил готовность возвратить земли Лонг-Эйкр и возместить упущенную выгоду за все годы незаконного владения. Мои поверенные уже составляют акт. Более того, — граф позволил себе тень улыбки, — он выплатит сумму, превышающую наши расчеты. Весьма щедрый жест для человека, вступающего в права владения имением, которое Колин обременил долгами.
— Я помню условия нашего уговора, милорд, — напомнила я.
— И я свой не забыл, — подтвердил Бентли. — Двадцать тысяч фунтов вашего приданого будут возвращены вам в полном объеме, как мы и договаривались. Должен признаться, новый виконт произвел на меня доброе впечатление. Он осведомлен в делах не хуже управляющего, обходителен и, что я ценю превыше всего, не пытается хитрить. Жаль, что он прибыл в Лондон к концу сезона, когда большая часть света уже разъехалась по поместьям, и знакомств ему завязать толком не удалось. Я пригласил его в свою ложу в Друри-лейн на закрытие сезона. Вы ведь будете?
— Да, — ответила я. — Графиня Уэстморленд уже прислала мне приглашение в свою ложу.
— Превосходно.
Бентли поднялся, давая понять, что беседа окончена. Он откланялся без лишних церемоний, но уже в дверях обернулся:
— Должен признать, миледи, мистер Генри Сандерс выглядит куда более достойным титула виконта Роксбери, нежели ваш покойный супруг. На редкость благоразумный молодой человек.
Дверь за ним закрылась. Я слышала, как шаги графа затихают на лестнице, как стучит его трость по мостовой и, наконец, грохочет, удаляясь, карета. В кабинете стало тихо, но имя, брошенное графом напоследок, всё еще висело в воздухе.
Генри… Ему потребовалось совсем немного времени, чтобы расположить к себе даже Бентли — человека, который мерил людей исключительно мерой их полезности. И теперь этот «человек чести» приглашен в ложу Друри-лейн.
Генри Сандерс действовал с пугающей эффективностью, и я не могла решить, что тревожит меня сильнее: его возможная опасность или то, что он действительно может оказаться тем безупречным джентльменом, роль которого так искусно исполнял…
Сухой стук документов о столешницу — Финч выравнивал края бумаг — прервал мои мысли.
— Что ж, мистер Финч, на сегодня это всё, — произнесла я, поднимаясь. — Подготовьте бумаги к четвергу.
— Разумеется, миледи. Я пришлю клерка с копиями, как только закончу сверку.
Я уже направилась к выходу, но у самого порога обернулась. Финч в это время старательно укладывал бумаги в кожаную папку, его движения были привычно неторопливы.
— Мистер Финч, еще одно. Вам надобно подыскать помощника.
Он поднял голову, явно озадаченный моим замечанием.
— Работы скоро прибавится. Вы не справитесь один.
— Я наведу справки в Линкольнз-Инн,
