Мастер печатей. Том 3 - Илья Ангел

— Игнат, — едва сдерживая ярость, позвал я духа, который тут же материализовался передо мной. — Будь добр, объясни мне, что это что такое? — прошипел я, стараясь взять себя в руки, лихорадочно соображая, что именно говорить графу Верескову и как перед ним извиняться.

— Дык, сами же сказали, ребенка веселить, — нахмурился призрак, явно не понимая, почему хозяин так сердится.

— Я сказал развлекать, — глубоко вздохнул я. — Книжку ему почитать или сказку рассказать, а не устраивать погоню верхом на волке, превращая дом в руины. Как ты волка заставил принять в этом участие?

— Эм… ну… — немного смутился Игнат, опуская глаза в пол.

— Костя, не злись, мы все уберем, — подскочили ко мне мокрые девчонки. Они улыбались, а в глазах мелькали задорные искры. — Тем более, смотри, как мальчик рад, — пролепетала Диана, показывая в сторону ребенка, который с гордо поднятой головой, искренне улыбаясь, ехал на спине не менее гордого волка к своему отцу.

— Спешу доложить, — звонко прокричал мальчик, глядя на своего отца. — Лазутчик пойман, секретная информация не попала в руки врага! — волк выплюнул на подставленную опешившим графом ладонь белку, которая тут же истаяла воздухе, когда Диана развеяла заклинание. Петр стоял, не шевелясь, с ужасом не лице осматривая то, во что превратилась наша гостиная.

— Хорошо поработал, сынок, — ответил граф, рассмеявшись, потрепав мальчика по волосам. — Родина может спать спокойно, пока на ее страже такие богатыри, как ты.

— Простите, ваше сиятельство, — подошел я к мужчине, хлюпая по начавшей постепенно уходить воде. Граф немигающим и каким-то стеклянным взглядом смотрел, как девчонки вместе с Игнатом снимают многочисленные ремни, чтобы стащить ребенка со спины что-то снова жующего волчонка и пересадить того в инвалидное кресло, которое подкатила к ним недовольная выдра.

— За что? — удивился он, поворачиваясь в мою сторону. — Это, наверное, первый раз за долгое время, когда я вижу его улыбку. Вы даже не можете себе представить, что это для меня значит. Мы тоже стараемся его развлекать, как можем, но вы и ваши, хм, девушки, — наконец подобрал он слово, стараясь понять, кем именно мне приходятся воркующие девчонки, — отнеслись к нему, как к полноценному ребенку, а не как к инвалиду. Я благодарен вам и вашей семье за эти минуты радости, которые вы подарили сыну.

— Спасибо, — выдохнул я, не веря в то, что эта шалость не сорвала мне сделку. Как оказалось, граф довольно сентиментален и очень сильно любит своего сына. — Только это не мои девушки. Диана моя сестра, а Алина — невеста моего брата, — внес я некоторую ясность. — Валерия моя супруга, с ней вы уже должны были познакомиться.

— Ох, извините, — слегка смутился граф, бросая взгляд на свою жену. — Не обращайте на нее внимание, судя по всему, она оставила свои манеры у себя дома, — повысил он голос, чтобы до женщины, на вид лет тридцати, дошло, что пора бы уже замолчать. Посыл она поняла правильно, и наконец наступила тишина, прерываемая только щебетанием мальчика, рассказывающей подоспевшей Валерии основные этапы подготовки этой спецоперации, которые она пропустила.

— Раз контакт найден, то мы можем начинать, полагаю, — осторожно проговорил Петр, обращая внимание графа на себя. — Давайте пройдем в столовую, там сухо, и никто нас не потревожит. Не следует пока пугать мальчика больничной атмосферой, если мы ничего не найдем.

— Да, конечно, — стал вновь предельно серьезным граф и подошел к сыну, взявшись за ручку кресла, толкая его в указанном Петром направлении.

Оставив всех в гостиной, приказал убрать все до того момента, как мы вернемся. Я призвал волчонка, мысленно давая тому указания. Он кивнул и прошмыгнул следом за мной, усаживаясь на пол рядом с мальчиком, положив морду ему на колени, тем самым успокаивая. Закрыв плотно двери, я подошел к ребенку, присаживаясь перед ним, чтобы не смотреть на него сверху вниз.

— Тебя же Матвей зовут? — он кивнул, начиная гладить волка. — А меня Костя. Знаешь, кто я?

— Целитель, так папа сказал, — нахмурился парень. — Я много целителей видел за последнее время, поэтому знаю все, что вы будете делать. И мне не страшно, — добавил он, посмотрев мне прямо в глаза. — Но вы не похожи на целителя. Больше на агента секретной службы, — подозрительно прищурился парень.

— Я не агент секретной службы. Однако ты прав, я не совсем обычный целитель, но ничего плохого тебе не сделаю, — улыбнулся ему, после чего кивнул Петру, который подошел к нам ближе.

Поднявшись на ноги, я сделал несколько шагов в сторону, наблюдая за манипуляциями брата, который проводил свою диагностику через зеленую пирамидку. Когда он закончил, то повернулся ко мне и растерянно развел руки в стороны. Понятно, он ничего не нашел. Граф глубоко вздохнул и отвернулся, чтобы скрыть разочарование.

— Ну теперь я попробую, — я сел на колени, чтобы было удобнее. Взяв мальчика за руку, уже привычным движением пустил несколько нитей магии жизни, внимательно глядя истинным зрением за ее продвижениями и осматривая целостность энергетических потоков.

— А у вас глаза зеленым светятся, — как-то восторженно прошептал Матвей, не отводя с меня взгляда. — Я чувствую прохладу в теле, но мне не холодно. А где ваша пирамидка или шар, через который вы работаете? — полюбопытствовал мальчик, непроизвольно дернувшись, когда нити жизни достигли позвоночника. — Простите, я не специально.

— Я же не обычный целитель, и пирамидки мне не нужны, — ответил я, чтобы успокоить ребенка, продолжая осмотр.

Действительно, все было в полном порядке, на первый взгляд. И энергетические каналы все были целыми и ярко сияли, и все ткани с нервами и сосудами нигде не прерывались. Даже в ногах, которые мальчика совершенно не слушались. Я усилил поток, пуская его строго по позвоночнику и нервам, ведущим к обеим ногам, и тогда понял, что именно мне не понравилось при первом осмотре. Мощный поток на одном из участков позвоночника слегка затормозился, а потом разбился на многочисленные тонкие нити самостоятельно, чтобы пройти через незримое взглядом препятствие. Что же это такое. Вряд ли можно будет