Избранная для магната с планеты Аксилор - Ксения Хоши

ладони. Только бы не застонать. Не задышать слишком громко. Я не должна издавать ни звука.

Шаги уже в этом куполе. Неторопливые. Я наклоняюсь к самому полу, выглядываю в щелку под стойкой — четыре ноги. Два человека.

Пиликает рация.

— В саркофаге нет эйрианской суки, — говорит грубый мужской голос.

Ждет ответ.

— Да, это не она! Это… эйрианские технологии.

Снова молчит.

— Да, они ценные — можно будет продать, — он останавливается, покачивается на пятках. — Но стоит всё равно не столько, сколько девка.

Я цепенею. Девка. Сука. Они искали не сам саркофаг. Они искали… эйри, которая должна быть внутри?

Первый останавливается, второй проходит дальше, ближе к выходу и тоже замирает.

— У нас гости, — бросает второй голос, глухо. — Его гравикар на площадке. Векс вернулся. Тот, который землянку оберегает.

Я цепенею всем телом. Гравикар. Они знают, что это гравикар Троя? Так это те, которых якобы арестовал Сорен? Или другие, но тоже знающие, как выглядит транспорт их главного врага?

— Дайрен? Чёрт, — сквозь зубы скрипит первый. — Надо найти его первыми. Проверим гравикар.

Они удаляются. Шаги отходят к выходу.

Я вжимаюсь лбом в холодный металл. Кровь шумит в ушах. Они думают, что Трой здесь.

Мелькает мысль: пока они шастают по взлетной площадке, надо бежать. Но мужчины возвращаются. Я снова вижу их ноги.

Звучит глухая команда:

— Он прячется. Все Вексы трусливые паскудники. Ищем! Перевернём тут всё!

Грохот. Что-то падает. Кто-то из них направляется к стойке охраны. Я чувствую, как дрожит пол. Бандит подходит ближе. Останавливается вплотную к стойке.

Рядом со скрипом двигается какая-то мебель.

— Здесь пусто, — произносит он.

— Погоди… — тянет второй.

То ли они что-то заметили, то ли показалось, но оба бандита направляются к выходу, и я больше не жду.

Рывком выползаю из укрытия и, пригнувшись, бегу вдоль стены. Ныряю в соединительный коридор. Бегу не оглядываясь и молюсь, чтобы они меня не заметили. На мое счастье, он под углом к главному входному, поэтому у меня есть немного форы.

Во втором куполе тишина.

Я судорожно оглядываюсь, выискивая, куда бы спрятаться.

Массивный шкаф для оборудования — отлично!

За ним ниша. Влезаю. Скручиваюсь. Поджимаю ноги, обхватываю руками колени. Сердце — как барабан, грудная клетка трещит от напряжения.

Теперь я не вижу и ни при каких условиях не могу разглядеть, кто меня ищет и приближается ли.

Но шаги не дают пространства сомнениям. Бандиты возвращаются. Голоса снова близко.

— Обыскать этот купол. Вексианский заморыш мог затаиться. — Насмешка в голосе жжёт мои нервы.

— А если он не один? — звучит второй голос.

— Тогда мы сразу получим то, что искали.

Я цепенею. Кожа леденеет. Они сейчас обо мне? Им все-таки нужна я? Но как?

По телу мурашки ползут, колючие и горькие.

Я прижимаюсь к металлической стенке. Пыль забивается в нос, щекочет изнутри, но я не смею даже дернуться. Зажимаю ноздри, чтобы не чихнуть. Дышу рвано, поверхностно, стараясь делать вдохи через рот, и они проходят по пересохшему горлу словно наждачная бумага. Воздух влажный, тяжелый, как под куполом бани — и такой же липкий от страха.

На языке горький привкус паники вперемешку с ржавчиной крови — может, прикусила губу, не заметила.

— По сканерам проверял? — резко, раздражённо спрашивает один.

Шаги приближаются. Тяжёлые подошвы скребут пол, как когти.

— Они тут не пашут! — огрызается второй. — Ты забыл про излучение от саркофага?

Он совсем рядом. Я слышу, как скрипит его броня, когда он поворачивает корпус. И как он прижимает приклад винтовки к плечу. Поднимает оружие. Он готовится стрелять. В кого? Просто наугад?

— Значит, вручную, — злорадно констатирует первый.

Снова стоит грохот и треск. Эти бандиты будто озверели. Что-то падает со звоном. Пластик. Металл. Хруст стекла.

А я уже даже не дрожу. Я застыла. Окаменела.

Страх такой острый, что не остается места для боли. Только тупое знание — я не выберусь. Ни жива ни мертва. Если эти люди пришли за мной и обнаружат меня, мне уже ничего не поможет.

Вдруг кто-то приближается.

Шаги совсем рядом. Пятки замирают буквально в метре. Я слышу его дыхание. Мне кажется, он может услышать, как колотится моё сердце.

Вжимаюсь в нишу как могу и пытаюсь представить, видно ли меня в просвет между стеной.

— Попалась! — вдруг раздается над головой, и моя защита отъезжает в сторону, больно толкнув меня кромкой ниши. Я падаю на пол и поднимаю взгляд. На меня смотрит бластерная винтовка и злые глаза. Это конец.

31.

Весна

— Встать, — командует бандит, угрожая мне винтовкой, плотно прижатой прикладом к плечу.

Бандит

У него некрасивое лицо с вживленными имплантами и разноцветный ирокез на волосах, но на вид он не брокк. И речь не щелкающая.

Голос резкий, незнакомый, тяжёлый. Я с трудом поднимаюсь, ноги киселеподобные, колени дрожат.

— Лицом к стеклу.

Я поворачиваюсь. Внутри пусто — ни надежды, ни мыслей. Только паника, пронзающая до костей.

Шорох. Бандит, видимо, опускает винтовку, подходит сзади и грубо заламывает мне руки за спину. Пластиковый жгут болезненно впивается в кожу — он затягивает его до предела. Плечи будто выворачивает.

— Ну наконец-то! — раздаётся второй голос, с ноткой довольного удивления. — Так это не Векс, а земляночка. Ещё лучше!

Первый хватает меня за плечо, разворачивает. Второй подходит ближе. Он, похоже, более главный из этих двоих. Чем-то они похожи, только у этого черные волосы, и он на десяток лет старше напарника.

Главный бандит

— С нами пойдёшь, — рявкает. — И не брыкайся. А то придется