Потапыч: Земля Обетованная - Антон Чернов

епископа». Кстати, у меня в команде выходит шесть епископов, мысленно хмыкнул я.

Уточнил насчёт местных корабелов: были, но не корабелы, а некие «торговые мануфактуры». То есть некие заводы-фирмы-артели, а не «одиночные мастера с подмастерьями». Ну, в любом случае, надо туда переться, смотреть и договариваться. Только я уже было думал распрощаться с Митсом и сходить в эти корабельные верфи с командой, как в заведение вбежал расфуфыренный вьюнош, в попугайски-ярком наряде. Подбежал ко мне, протараторил «послание от градоначальника епископу Михайло Потапычу», шлёпнул на стол конверт и убежал.

А я в конверт заглянул — типа приглашение. Вежливое, типа. А на деле — чуть ли не требование явиться к местному градоначальнику на поговорить.

— Это — нормально? — уточнил я у Митса, показывая бумажку.

— Это — странно, епископ. Хотя может, дело в вас. И игнорировать это приглашение я бы вам не рекомендовал — хотя епископ Церек Нияс и не единовластный правитель, но поставлен Советом Города. И не по делу приглашать не будет.

— Не кардинал? — задумчиво уточнил я.

— У нас на Гратсе кардиналов нет! — гордо задрал нос портовый чин.

Хм, ну видимо, «феодалов с феодами» нет. То есть само землевладение быть может, но с епископством — не связано. Епископ, как и на материке — показатель силы, возможности полноценного оборота, но не более.

Ну, в любом случае поговорить не помешает: может, всё-таки нужно с этого Гратса валить нафиг, искать другое место. А может, и нормально всё будет, но сходить и узнать, что местному мэру из-под меня понадобилось — просто надо.

12. Демократический избранник

Экипаж я отправил на буксир, выделив немного золота на накладные расходы. Дисциплину велел хулиганить умеренно, водку пьянствовать в рамках, но если будет возможность с кем-то потрещать, получить информацию, а не люлей — информацию получать. Ну а сам потопал в местную ратушу, благо застройка у Рико была «квадратно-гнездовая», мимо центральной ратуши (и чуть ли не единственного полностью каменного строения из наблюдаемых) не промахнёшься. А ещё по пути к ней я понял, что бревенчатые срубы — обшивка. Дома были каменными, а сверху наляпаны поленья. Очевидно — «городские понты» для приезжих из материковых этерий, где дерево выходило фактически признаком роскоши.

Кстати, в отличие от нормальных городов Зиманды и чуть менее, но тоже нормальных — этерии, после отхода от портовых окраин стало… пованивать. Не критично, гигиену типа мытья улиц местные явно проводили, но лёгкий аромат навоза всё равно был. Основным транспортом местных были ящеры и кони — вроде такие же, как зимандские, но пониже и покоренастее. Видимо, в отличие от безжизненного материка, в местных краях конине есть, что жрать, а раз так — то и гадят, заразы такие.

Причём, судя по одежде проезжих — конина была признаком «богатства-крутизны». И вот, один деятель, вместо того, чтобы придержать свою кобылу, пока я изволю пересекать перекрёсток, противно оскалился и стал ехать дальше. Ну и сам себе потерпевший, оскалился я, не замедляя шага. И результат был предсказуем: конина, добравшись до области, где «медвежьим духом пахло», начала дёргаться. Её придурошный наездник средних лет, какой-то грызун водяного типа, судя по ощущениям, оскалил крупные зубы и стал конину принуждать к противоправному деянию в мой адрес, но добился только того, что обезумевшая от страха и боли скотина устроила родео. Ко мне не приближалась, но всадника скинула, да ещё и потопталась по нему перед тем, как радостно свалить вдаль.

И вот, лежит этот потерпевший с признаками потоптанности кониной и стонет. Народ вокруг собрался, лупает глазами. Я топаю себе, и тут меня догоняет тройка стражников.

— Задержитесь, уважаемый! — выдал один из них, догнав меня.

— Нет.

— Как нет⁈

— Так — нет. Не имею желания «задерживаться» и не вижу причины это делать, — доходчиво объяснил я.

— Стража Рико требует от вас объяснений!

— С градоначальника требуйте — я к нему направляюсь, по приглашению, — помахал я конвертом перед кислыми ментовскими рожами. — И вообще, служивые, вы что мне вменить собираетесь? — заинтересовался я.

— Чего? — свели все трое глаза в кучку.

— Обвинить в чём, — пояснил я, негромко (но и не особо скрываясь) буркнув в сторону: — Дерёвня необразованная.

— Атака уважаемого епископа…

— И чем я его атаковал, идя по своим делам?

— Заклятьем!

— И каким?

— Мы не знаем, но…

— И почувствовал кто-то заклятье? — ехидно скалился я. — В общем, я к губернатору. Если найдёте кого-то, или у самих ума хватит — давайте клятву богам давать. Сначала — тот кто свидетельствуют, что я якобы колдовал. А потом я, что этого не делал… Хотя мне и не обязательно: после ложной клятвы и так будет понятно, кто клятвопреступник.

Рожи стражей искренне порадовали, ну а причина их поведения — понятна по взглядам, бросаемым на обиженного конём и адвокатом. Какая-то немалая шишка, оборзевшая от своей крутизны, ну и стражи пожелали ей «подлизнуть». Но губернатор и моё «свежее предложение» их обломало, так что отвалили, зыркая на меня обиженно.

Вообще — странно, потому что про законы и их исполнение Мист говорил уверенно, что исполняются. Но, видимо, говорил про «гостевые районы», припортовые. А я сейчас — фактически в центре, да и докопаться до меня стражи пытались «по закону». А охреневший потерпевший — в общем-то, тоже. Ни магии, ни оружия. Ну а то что я ему дорогу не уступаю — это как бы мои проблемы. Оказались, конечно, его собственными.

В общем, похмыкал и потопал в ратушу, в довольно неплохом настроении. Которое попытался испортить Потап.

«Глупый шебуршень! Зачем вонь нюхал?» — возмущённо наезжала мохнатая заница.

— Артефакты против запаха…

«Да!»

— Одни одноразовые, уважаемый Потап. И их у меня не так много. Надежда вернуться в Золотой вскоре — есть. Надьки вообще живучие, проверено. Но сколько времени займёт постройка? Хватит ли денег? В