Грум 2: Тёмные улицы - Владислав Николаевич Зарукин

«Удачи мне», — подумал я и, проверив оружие и заряд жезла, приблизился к аномалии.

Внутри субреальности было тихо, темно, прохладно и почему-то пахло пряными специями. Улочка выглядела практически так же, как и в реальности, за исключением того, что освещающие парк фонари куда-то исчезли и за пределами переулка царила непроглядная темнота. Небо не просматривалось. Я видел лишь уходящий куда-то в полумрак «коридор» улицы, да ещё светящиеся тусклым светом узкие окна. Причём в этой действительности они были настолько узкими, что напоминали бойницы. Остановившись, я прислушался, но ничего не услышал.

«Как-то тут мрачно...» — подумал я и продолжил своё путешествие.

Сканирующая магия работала через раз. За несколько минут Формулы успели сообщить мне о том, что я нахожусь в пустоте, на городской улице, под водой и на открытом пространстве. А после этого я увидел узкий проход в боковой проулок. На углу дома висел небольшой фонарь и пятно света от этого фонаря неторопливо ползало из стороны в сторону. Сам фонарь при этом сохранял неподвижность. Подойдя поближе, я заглянул в проулок и увидел в его конце то, что и ожидал — огни какой-то широкой улицы.

«Всё правильно, — подумал я, — эта аномалия уводит в тёмное измерение».

В принципе, в этот момент я мог со спокойной совестью возвращаться обратно. Стабильную аномалию я нашёл, в правдивости слов Нима убедился... Вот только после всех событий прошедшего дня уходить из аномалии мне не хотелось. Хотелось сделать наоборот — забраться поглубже и посмотреть, не найдётся ли там чего-нибудь интересного.

«Ну, с Богом», — мысленно сказал я сам себе и нырнул в проулок.

Минуту спустя я уже стоял на обочине ночной улицы, по сторонам которой к тёмному небу возносились здоровенные здания. На Челленд это место похоже не было — скорее на гибрид из Адалема и Вэддока. На стенах светились многочисленные окна и непонятного назначения прожектора, а рядом с ними сияли щиты разноцветной рекламы. Фонари уличного освещения выглядели странно — были как минимум втрое ниже, чем настоящие, и имели по несколько боковых штанг. Присмотревшись, я понял, что эти штанги медленно двигаются, словно живые, и как бы ощупывают окружающее пространство.

«Вот же дьявольщина...» — с удивлением и восторгом подумал я. Как следует изучив ближайшие окна, я понял, что они действительно горят, в самом что ни на есть прямом смысле. Плоскости окон буквально пылали светом, отчего их контуры немного размазывались, и даже над уличными фонарями иногда мелькали огненные язычки. В воздухе плясали и падали на землю редкие искорки.

«Огненный снегопад, блин», — подумал я и подошёл к ближайшей витрине.

— Ох, ё...

Отражение выглядело слегка неестественно — чрезмерно объёмно и ярко, а светящиеся полосы на лицевой пластине моего шлема пылали так, что, казалось, вот-вот начнут освещать окружающее пространство. Войд, закреплённый у правого плеча, переливался золотисто-белым сиянием.

«Надо было всё-таки позвать Джима...» — мысленно вздохнул я и посмотрел по сторонам. Тёмное измерение выглядело на удивление насыщенно и реалистично, производя впечатление раскинувшегося вокруг меня полноценного города. Интересно, насколько этот район большой? Не может же здешний город быть настоящим...

Выбрав направление, я двинулся вдоль домов, никуда не сворачивая, окружив себя защитными Формулами и не забывая пронзать пространство изучающей магией. Улица оказалась невероятно длинной. Несколько раз она пересекала другие такие же улицы и эти перекрёстки заставляли моё сердце биться с удвоенной скоростью. Размеры тёмного измерения подавляли. Ряды домов с пылающими окнами выглядели бесконечными, а помещения внутри них были отнюдь не бутафорскими — я проверял. В любое здание можно было зайти и устроить самому себе небольшую экскурсию. С визуальной точки зрения вокруг меня раскинулся полноценный жилой район, с домами и дорогами, уличными фонарями, пустыми ресторанами, рекламой, туманом, редкими прохожими и кружащимися в воздухе яркими искрами.

Другое дело, что больше половины найденных мной дверей были ненастоящими, а любые надписи, где бы они не находились, представляли собой хаотические наборы из букв и нечитаемых символов... Такие детали напоминали о том, что всё, что я вижу вокруг себя — не совсем настоящее, и заставляли смотреть на многие вещи со скептическим прищуром. В какой-то момент я даже предположил, что размеры этого измерения — не более, чем иллюзия, и формируются вокруг меня по мере движения, подобно виртуальной реальности. И такое предположение многое объясняло, тем более что отлично согласовывалось с тем, что нам говорили на занятиях в Центре, но... Побродив по городу внутри тёмного измерения минут двадцать, я начал встречать различных существ. Внешников, которых никогда раньше не видел. И это были не фантомы, порождённые образами из моего подсознания, нет — я видел полноценную нечисть, ощущаемую давно привычным для меня образом. И чем дальше я шёл, тем больше подобных созданий мне попадалось.

Некоторые из них выглядели довольно обычно и напоминали людей, некоторые походили на волшебных животных, а некоторые заставляли остановиться и внимательно присмотреться. Особенно меня впечатлила одна странная тварь, выглядящая так, словно она пряталась под широким зонтиком. А может, она и в самом деле под ним пряталась, я так и не понял. С расстояния я видел лишь купол зонтика и торчащую из-под него пару конечностей. При этом на поверхности зонта, как мне показалось, моргали несколько глаз, но, учитывая скудность освещения и высокую подвижность странного существа, эта деталь вполне могла оказаться иллюзией.

Из приоткрытых дверей и из-за углов за мной следили непонятные мелкие тени, из-под земли время от времени выглядывали ни на что не похожие полупрозрачные существа, а по ту сторону окон в домах иногда маячили гротескные тени. Я чувствовал себя словно в страшной сказке и никак не мог понять, что из окружения является воплощением случайных образов, а что — стабильным и уже давно существующим здесь объектом.

«А что, если наполнение аномалии определяется не только её месторасположением и видом, но ещё и возрастом?» — мелькнула у меня мысль. Во время учёбы нам о подобных механиках не рассказывали, но, если то, о чём говорил Ним — правда, а моя догадка верна, то... То — что? Может ли быть, что в старых аномалиях самозарождаются какие-то новые формы магической жизни? Может ли быть, что такое мощное образование, как теургическая Служба, о чём-то не знает?

«Или, — подумал я, — знает, но, в силу определённых причин, не желает рассказывать?»

Что, если в Центре просто не хотят, чтобы их выпускники шлялись по аномалиям? Но, если это действительно так, то — почему?