Первый среди равных. Книга IV - Жорж Бор

на маленькую копию его особняка. За здоровенным стеклянным фасадом виднелся полноценный бассейн и зона отдыха человек на десять. Сам хозяин имения уже был там и даже успел переодеться в банный халат. Он мне помахал рукой и указал на дверь в прозрачном фасаде, чтобы я не бродил вокруг здания.

— Выглядите значительно лучше, ваша светлость, — одобрительно осмотрев меня, покивал барон. — Думал, двух зверей не хватит, чтобы Источник стабилизировать. Это с королевы столько разом забрал?

— Да,. — кивнул я.

— И как не лопнул? — покачал головой Костров. — Куда торопишься так, Ярослав Константинович?

— Обстоятельства требуют, — оглядевшись в поисках раздевалки, пожал плечами я. — На данный момент, я единственный боевой маг рода. Приходится соответствовать.

— И получается очень даже неплохо, — усмехнулся Игорь Юрьевич и налил себе кваса из красивого глиняного кувшина. — Переодевайтесь, ваша светлость. Я подожду.

На самом деле, ждать не хотелось мне. Я уже и так перебрал в голове все возможные варианты и ни один из них не мог мне помочь. Даже хотел предложить Кострову охотничью лицензию на часть моих владений. В таком случае появляется возможность поставить на своей земле отряды соседа, но они к моей дружине отношения иметь не будут и вряд ли проверяющий Пожарского их засчитает. Дружба штука непостоянная. Сегодня всё хорошо, а завтра владетели поссорились и все отряды ушли домой. Такой расклад нового губернатора точно не устроит. Особенно в отношении моего рода.

Обо всём этом и о многом другом я успел подумать пока переодевался и ополаскивался в душе. Пыль и грязь после похода в аномалию с меня стекали потоками и в таком виде идти в парилку мне не хотелось. Когда вернулся в зону отдыха, рядом с кувшином стояла ещё одна вместительная кружка и пара тарелок со всякой мелкой закуской.

— По поводу вашего предложения… — глотнув прохладного кваса, посмотрел я на барона и тот тяжело вздохнул.

— Всё ломаешь себе голову? — грустно улыбнулся собеседник. — Думаешь, почему жадный старик не хочет выделить из своих пяти тысяч несколько сотен своих бойцов в такой трудный для твоего рода час?

— Не совсем так, — покачал головой я. — У каждого свои резоны, Игорь Юрьевич. И далеко не всегда окружающие о них знают. Если вы сказали, что такой возможности нет, значит я буду искать другие варианты.

— И почти все они ведут к обязательствам и долгам, князь, — хмыкнул Костров. — Поверь, я много раз с этим сталкивался. Особенно в самом начале. Когда отец нынешнего Императора пожаловал мне имение в первом круге аномальной зоны. Никому не известному барону, который появился из пустоты и сразу захотел встать на одну ступень с потомственными князьями и графами.

— Император никогда не возвысит недостойного, — невозмутимо ответил я. Про историю семьи Костровых мало что было известно. Со слов Насти я только знал, что барон, с самого своего появления на границе аномальной зоны, был человеком чести и всегда поддерживал отца. — И неважно, что говорят при этом люди.

— Тоже так думал когда-то, — хмыкнул Игорь Юрьевич и поднялся с лавки. — Молодой был, горячий! Слово дворянина направо и налево раздавал, чтобы всем доказать, что достоин. Пойдём в парилку князь. Погреемся.

При таких размерах здания, парилка оказалась удивительно маленькая и очень уютная. Барон сам плеснул на раскалённые камни воды и воздух наполнился ароматным паром, в котором ощущалась слабая примесь аспекта Жизни.

— С травками из зоны водица, — заметив мой интерес, довольно проворчал Костров. — Мне старику полезно. Да и тебе сейчас лишним не будет.

— Составом поделитесь? — прислушиваясь к своим ощущениям, поинтересовался я. Влажный жар стремительно расслаблял и разогревал тело, а травки барона стимулировали работу Источника. Отличная комбинация.

— Обязательно, — расслабленно развалившись на полке, ответил барон.

— И что дальше было? — возвращаясь к нашему разговору, спросил я.

— Дальше? — лениво переспросил барон. — А дальше все долги пришлось возвращать. Сторицей. Каждый напоминал и пытался выжать из меня максимум возможного. В какой-то момент, я пол владения заложил уже, пока не понял, что для местных никогда своим не стану. С тех пор решил для себя, что отдельно буду.

— Неплохой вариант, — хмыкнул я.

— Отличный просто, — улыбнулся барон. — Только тебе, Ярослав Константинович, он не подходит. Долги всегда нужно отдавать. Слово дворянина не пустой звук. А ты сейчас в крайне дерьмовом положении. Уж прости за прямоту. Мало кто решится дать тебе своих людей. Тут ведь не только в дружинниках дело. По сути, союзнику надо поручиться перед новым губернатором, что род Разумовских выполнит свои обязательства. Поручиться не словом, а делом и кровью своих людей. Если бы речь шла про Нисошева, то было бы проще. А Женя — совсем другое дело. Что бы про него не говорили, а всё начатое он всегда доводит до конца. Под каток недовольства светлейшего вообще мало желающих попасть. А стать союзником его врагов желающих ещё меньше.

— То есть, в первом круге Тверской аномалии мне искать союзников смысла нет? — подвёл неутешительный итог я.

— И в любой другой аномалии Российской Империи тоже, — добавил барон. Мы ещё некоторое время сидели в тишине, а потом вернулись в зону отдыха. Я нырнул в прохладный бассейн и только после этого вернулся за стол.

— Долги дело очень неприятное, Ярослав Константинович, — неспешно произнёс Костров. — Но в нашем мире без них никак. Если ты слаб, то долг принимать на себя очень опасно. А если силён…

— То будешь стремиться получить как можно больше должников, которые будут от тебя зависеть, — кивнул я. Это были привычные реалии Российской Империи, а может и всего мира.

— Твой род был очень могущественным и влиятельным, князь, — неожиданно произнёс Игорь Юрьевич. — Костя умел находить правильных союзников и правильно размещать интересы Разумовских. У твоего отца было огромное количество должников по всей Империи. И я бы посоветовал тебе собрать долги. Вот только маловероятно, что кто-то откликнется.

— Опасно? — понятливо усмехнулся я.

— Нет, — покачал головой собеседник и хмуро посмотрел на меня. — Если бы ты дал слово дворянина, князь, и его потребовали исполнить. Что бы ты делал?

— Слово дворянина — закон для аристократа, — спокойно ответил я. — Если дал, то обязан выполнить обещание