Индульгенция 4. Без права на сомнения - Тимур Машуков

— Да, да-а-а-а… М-м-м, а-а-ай! Всё! Я кончаю! А-а-а-а-а, да-а-а!

Она кончила и ещё около минуты содрогалась, уже после того, как я из неё вышел.

— Ложись, сейчас я проверю твой член на прочность! — Мавка была настроена решительно. — А ты пока отдохни, но если хочешь, присоединяйся!

Навка махнула рукой, мол, отрывайтесь, а я посмотрю.

Та же без сомнения села на мой член и начала плавно двигаться. Я положил руки ей на бёдра и стал продвигаться ими вверх, задержавшись на попке. Потом я прошёлся руками по спине и остановился на аккуратных грудках. Слегка сжав их в начале, после я расслабил руки, и только ладони касались сосков. При каждом движении Мавки соски двигались то вверх, то вниз по ладони, доставляя ей удовольствие. Она наслаждалась и постепенно начала наращивать скорость движений. Её киска то полностью захватывала мой член, то почти соскакивала с него.

Минут через пять, после того, как я занялся Мавкой, Навка пришла в себя и присоединилась к нам. Она пододвинулась ко мне и мы начали целоваться. Рукой она начала ласкать моё тело, а мои руки блуждали по телу девушки.

В таком положении мы занимались сексом несколько минут, потом я положил Мавку вниз, встал на колени, закинул её ноги себе на плечи и продолжил трахать.

Навка накрыла рот светлого духа своим поцелуем, а руками начала ласкать её тело. Та в ответ сначала дернулась, а потом расслабленно застонала от удовольствия, пока её рот был закрыт поцелуем.

Насладившись поцелуем, Навка перешла на её грудь. Она начала играть языком с сосками, проходила по ореолам сосков, а рукой ласкала клитор. Мавка от всего этого начала кончать, не стесняясь в выражениях:

— Да, да-а-а-а! Сука-а-а, как хорошо! Ещё, ещё, трахай меня, сильнее, сильнее! — руками она начала прижимать голову Навки к своей груди, — Давай, трахай! Да, да-а-а-а, сука!

Её тело начало дёргаться, а потом слегка подрагивать. Она расслабила руки и отпустила голову Навки. Та, получив свободу, отодвинулась в сторону.

Я же решил расслабиться и поставил светлую раком. Хочешь силы — получай! И начал безжалостно долбить её киску. Темная воспользовалась этим моментом и начала звонко шлёпать Мавку по заднице.

— Получай, сучка! Чуть голову мне не раздавила! На вот тебе, получай по жопе!

— Да, давай ещё, сильнее! — та только сильнее стонала от ударов.

Я продолжал долбить, чувствуя приближение оргазма. Еще немного, еще чуть-чуть…

— ДА-А-А!!! — теперь заорал уже я, выпуская все напряжение, всю боль, всю злобу этих дней в нее — горячую, возбужденную и желающую еще.

— А ты горячая штучка. Не знала, — Навка лежала сбоку от меня и, приподнявшись на локте, с усмешкой смотрела на красную от стыда Мавку.

— Это все ты… развратница! — нашла в себе силы пискнуть та, накрываясь с головой одеялом.

— Еще скажи, что тебе не понравилось.

— Не скажу, потому что не люблю врать. И все же это слишком… для меня.

— Ой, не бери в голову — лучше в рот, -отмахнулась та. — Запомни, в постели нет ничего запрещенного или аморального. Если нравится — делай и получай удовольствие. Поверь, никто не будет ходить и кричать во все горло — Мавка трахалась с человеком и балдела от поцелуев темного духа. Бред! К тому же нам, девочкам, иногда можно чуть пошалить, когда рядом нет нашего мужчины.

— И все же это неправильно!!! Однополый секс…

— Да не было никакого секса. Ну пожамкамкала я тебе сиськи, ну потрогала письку — так что, из-за этого теперь вешаться, что ли? Забей и прими как данность — все и всем понравилось. Нам еще не раз проделывать это втроем. Так что чем раньше ты перестанешь рефлексировать по этому поводу, тем лучше будет для всех нас.

— Да знаю я все! Просто мне сложно перестроиться…

— Так, дамы, хватит болтать. Я тут, понимаешь, лежу, весь такой красивый и совсем не уставший, а вы психоанализом занялись!!! А ну-ка, показали обе, как по мне соскучились!!!

Ох, зря я это сказал. То ли слова Навки дошли до светлой богини, то ли она сама приняла какое-то решение, но больше всех на мне скакала именно она, удивив даже темную темпераментом. А уж как я-то удивился!!! Чуть до смерти не затрахали, самки озабоченные.

Зато, скажу я вам, спал я этой ночью как убитый, зарывшись в чьи-то сиськи — это ли не счастье? Ушли куда-то тревоги, ненужная сейчас злость, какие-то мелочные обиды — я просто спал и видел, наверное, хорошие сны…

Утро — как всегда, бодрит и требует действий. Только семь утра, а моя дверь уже сотрясается от давно позабытых ударов, а за ней слышится бывший некогда ненавистным голос:

— Вставай, тупой мешок с костями, у нас тренировка!

Орк был в своем репертуаре. Я аж по нему соскучился. И чего он приперся? Отец его не предупредил, что ли? Ох, как же я счастлив!

— Ща я надеру тебе зад!!! — заорал я, спешно одеваясь и пытаясь спрятать кровожадную улыбку, чтобы он не сбежал.

Штаны, майка, легкая обувь — готов. Моих духов в комнате уже не было, но сейчас не до них — меня ждет иное развлечение. Ох, как же давно я ждал этого часа!

Рывком открываю дверь — тот стоит, смотрит на меня в упор. На роже ни грамма эмоций. Потом разворачивается и идет в сторону тренировочной площадки. Я за ним…

Песок арены захрустел на моих зубах, как и всегда. Запах пыли, пота и железа — старые знакомые. Орк стоит напротив, его тень перекрывает горящий светильник, будто он и вправду вырос до размеров горы. Раньше этот трюк заставлял моё сердце биться в глотке. Теперь я вижу: он всего лишь человек. Слишком широкий, слишком громкий, слишком уверенный, что его страх — мой страх. Он демонстративно разминает пальцы с мерзким хрустом. Погоди, скоро ты захрустишь не только ими.

— Ну, щенок? — его голос, полный злорадства и желания надрать мне зад, вызывает во мне лишь радость. С каким же удовольствием я сотру с его рожи эту глупую ухмылку! — Покажи, как скулишь, когда кости трещат!

Он бросается первым. Всегда первым. Но раньше я видел только размытое пятно ярости, а сейчас — каждую мышцу, каждый вздрагивающий сустав. Его кулак летит вперед, как молот, но меня