Купец IV ранга - Павел Вяч

— Скажи-ка мне, Степа, ты же мог их остановить. Но не стал. И не говори, что был занят Вязовым.

Уж что-что, а забота о боевых товарищах вдалбливалась в послушников на всех занятиях Камнева.

— Ну… — замялся Степан. — Правда времени не было, да ещё и так удачно вышло…

— В каком смысле удачно?

— Да я так… фигурально выражаясь… Все остальные же выжили?

— Хах! — развеселился Виш. — А Степа-то не промах, Макс! Умеешь ты помощников выбирать. Ему не в специалисты по деликатным делам идти надо, а в генералы! Дивизию сюда, дивизию туда!

Я же оказался перед выбором — сделать вид, что ничего не случилось и все нормально или копнуть глубже.

С одной стороны, действительно, получилось удачно — теперь Олег и Андрей, которых я использовал в качестве прикрытия точно никому не проболтаются.

С другой — это было неправильно. Нельзя так относиться к людям. В моем понимании командир должен стоять за своих горой.

Степа совершенно точно мог тормознуть подвыпивших форточников, но решил, что так выйдет… «удачно».

И если я поощрю проявленный им цинизм, дальше может стать только хуже. К тому же, он поймет, что в случае нужды я пожертвую любым из своих людей.

В том числе и им.

— Вот что я тебе скажу, Степа, — я уставился помощнику в глаза. — Нельзя так делать. Они — наши. А за наших мы горой. Понял?

— Понял, — в глазах Степана мелькнуло чувство вины. — Но они правда сами. Я не успевал… Что мне надо было, разорваться?

— Ты сделал правильно, уведя семью Вязового в подвал, — у меня не было в планах взращивать в Степане чувство вины. — Просто знай: Мы. За наших. Горой.

— Я запомню, — кивнул Степан. — Насчёт дальнейших заданий… все в силе?

— В силе, — кивнул я. — И организуй доставку ребят в Северную Вахту. Я позабочусь об… урнах.

Хоронить людей в промерзшей земле — то еще удовольствие, поэтому мы с Камневым приняли решение подвергать павших форточников кремации.

Горшочки с прахом будем хранить в специальном склепе, на стене которого будут выбиты имена всех одаренных, павших в бою с иномирными монстрами.

— Хотел было я сказать, что ты опять повел себя, как слизняк, Макс, — задумчиво протянул Виш, — подумаешь, два неудачника! Но, знаешь, ты прав. За своих нужно стоять горой. Своих нельзя бросать, иначе оглянуться не успеешь, как окажется, что твой мир разрушен…

Виш замолчал, уставившись куда-то вдаль, а я послал фамильяру волну тепла и поддержки.

«Своих не бросаем, Виш».

— Не бросаем, — эхом откликнулся фамильяр и бросил на меня полный надежды взгляд. — В таком случае, Макс, как ты смотришь на то, чтобы заглянуть в Стуже… в одно место?

Глава 6

Я не стал уточнять у Виша, что это за место, и кто или что нас там ждет.

Вместо этого молча кивнул. Виш — точно свой, а раз для него это важно, то обязательно заглянем.

В путь мы вышли, когда окончательно стемнело.

На мой взгляд, это была сомнительная идея, но Галицин вел себя так, будто не раз уже ходил в Стужу.

Граф ставил себе целью добраться до конкретного места до рассвета, и наверно, в этом был какой-то смысл.

По итогу в поход отправилось пять человек: Галицин, Углов, я, Камнев и Немиров.

Граф со своим помощником шли впереди, то и дело сверяясь с хитрым артефакторным компасом.

Я двигался следом, а позади плелся Немиров, которого буквально тащил на себе Камнев.

Егерь был откровенно плох, но Галицин настоял на том, чтобы Немиров отправился с нами.

И на все мои заверения о том, что егерь едва стоит на ногах, он отвечал лишь: «Нельзя игнорировать такие таланты» и «Чай не барышня, сдюжит».

А ещё, как я понял, Галицина очень сильно интересовало, как Немиров смог устоять против магии умертвия.

Ведь одно дело иммунитет к Холоду, другое — летящее в тебя ледяное копье.

Егерь, не будь дурак, старательно отмалчивался, ссылаясь на боевой угар — мол, не помню, оно как-то само.

Такие ответы графа не устраивали, и он решил, во что бы то ни стало, докопаться до истины.

Так, собственно, и прошла ночь.

Изредка мы с Камневым менялись, и я подставлял егерю свое плечо. Дважды я засекал Клыка, сопровождающего на расстоянии. И разок нам на пути попался снежный баран и… заброшенная деревушка.

Наверняка та самая, которую и распустил Колов, опасаясь, что ледяные твари Стужи сожрут простых крестьян.

Да и от поместья деревушка находилась всего в часе пути.

За поместье, к слову, я не волновался.

Мы шли в ту же сторону, откуда появились умертвия, а значит, в случае повторной опасности, встретим угрозу лицом к лицу.

Что касается цели умертивий, то, хорошенько подумав, я понял, зачем они заявились в поместье.

Всего произошло три события.

Первое — мы с Камневым восстановили стену и под завязку заполнили её энергией.

Второе — мы достали Осколок из голема, вытащив его из магически изолированного тайника.

Третье — в поместье заселилась семья аудитора Вязового, трое форточников и Клык с Немировым.

Все варианты были хороши — эдакий всплеск энергии, который и привлек ледяную нежить, но я больше склонялся ко второму варианту.

И не потому, что он был самым удобным, а из-за его повышенной опасности.

В том, что стена является точкой притяжения для тварей стужи я и так знал — не случайно же Ледяной портал появлялся в одном и том же месте, вытягивая энергию!

Да и чем сильнее был разумный, тем, так сказать, ярче он светится в плане силового потенциала.

Но это, как раз-таки, было в порядке вещей — объекты категории А были предназначены для защиты рубежей и служили своеобразным маяком для монстров.

Казалось бы — зачем? Но таким образом дозорные форпосты оттягивали удар на себя, даруя какую-никакую безопасность соседним деревенькам.

Эдакий факел, на свет и тепло которого слетались мотыльки, чтобы исчезнуть в огне.

Но вот Осколок… Осколок выбивался из этого ряда.

И дело не в энергии, которую он излучал — я до сих пор помню ту волну Хлада, разбежавшуюся от него — а в том, что он был кому-то нужен.

Причем, я рассматривал самый худший вариант, что этот кто-то — разумен.

И мне бы очень хотелось, чтобы этим кто-то была