Дешевый и плохо сшитый костюм гориллы(СИ) - Гордиенко Екатерина Сергеевна

Подруги разместились на кровати в Нинкиной комнате.

- Оль, бери подушку, тебе, как пострадавшей самое удобное место, - распорядилась Нинка. - Я, как хозяйка кровати, сижу в партере. Ну и вы, дорогие гости, тоже заходите.

Дорогие гости зашли с бутылкой вина и бокалами, Наталья с большущей чашкой чая. Время от времени она нюхала горлышко бутылки, потом со страдальческим видом делала из своей чашки очередной глоток.

- Ну, рассказывай.

- Что, собственно, рассказывать? Все пошло и банально. Залезла к мужу в телефон, прочитала сообщение. "Люблю. Жду. Скучаю. Твой Ангел". Вся история.

- Что за Ангел?

- Об этом история умалчивает.

- Нет, а что он сказал, как себя вел. Он понял, что ты знаешь?

- Да брось ты эти художественные подробности.

- Ну правильно, зачем нам подробности? Тем более художественные. И зачем только писатели стараются, когда можно, например, просто рассказать, что один неуравновешенный вьюнош решил доказать себе, что он не тварь дрожащая, а право имеет и зарубил топором двух женщин. Скрываясь от следствия, познакомился с проституткой. Потом менты вышли на его след, и вьюнош этот отправился на каторгу, прихватив заодно и проститутку, уже исправившуюся. Коротко и ясно.

- Что-то знакомое... Но вы не отвлекайтесь... - Наталья, как всегда была последовательна.

- Вчера вечером попробовала с ним поговорить.

- И...?

- Сказал, что все сложно, и ушел спать в Женькину комнату.

- И...?

- И все.

Некоторое время Нинка молчала. Как самая сведущая в мужиках, она имела право высказаться первой.

- Знаешь, Оль, такой облом я пережила только один раз. В детстве. - В ее голосе звучала искренняя печаль. -Помнишь дефицитные восьмидесятые, переходящие в голодные девяностые? А шоколадного Деда Мороза помнишь?

- Еще бы.

- Вот так получаешь в руки огромный кусок шоколада, разворачиваешь трясущимися руками фольгу, откусываешь, а там...

- Что?

- Ничего там нет! Пустой внутри.

- Ты это о чем?

- О том, что Артем на проверку оказался вовсе не идеальным мужем. Просто у него была идеальная жена.

- Почему была? - Вмешалась Наталья. - Ничего еще не известно. Вот не надо сразу людей разводить.

- Ты права, подруга. Разводить не будем. Просто с сегодняшнего дня у него будет другая жена. Такая, какую он заслужил, кобелюка проклятый.

- Нет, девочки, - вздохнула Ольга. - На семейные войны у меня сил нет. Не хочу я с ним ругаться, но и помогать не буду. Пусть сам объясняется, если хочет. Сам с дочерями мирится, сам с родителями общий язык находит. Сам себе в зеркало о своих проблемах на работе докладывает.

- В принципе, правильно. Он и сам понимает, что повел себя некрасиво, но не признает ни за что. Так что обсуждать эту ситуацию не имеет смысла.

- Как это не имеет, - возмутилась Марина, - у них есть проблема. Надо ее обсудить. Что делать, как ее решить...

- Оль, ты сейчас можешь что-нибудь решить?

- Не, не могу. Я могу отвернуться к стене и проспать неделю. Или месяц. Других желаний не имею.

- Вот именно. Он же, заметьте, отрицать ничего не стал. Поэтому если и будет свои гульки обсуждать, то только в ключе "ты сама меня толкнула на этот порочный путь" или "как мне и рыбку съесть и сковородку не мыть".

- Нинка, - на лице Натальи отразился ужас. - Ты думаешь, он так и будет...

- Если поймет, что ничего не теряет, то будет еще и не так, - с видом эксперта кивнула Нинка. - Поэтому сейчас поплачь, а потом собери волю в кулак, отвернись от него и живи, как сама считаешь правильным. Если Артем будет вести себя правильно и делом докажет, что любит тебя - будешь его поощрять, если не будет слушаться - значит, живи, как за стеклянной стеной.

- Господи, Нин. Ты сама себя слышишь? Взрослого человека дрессировать, как собачку?

- Оля, вот твоя старшая дочь очень хорошо это понимает. Ты разве не сообразила? Она свое требование об извинении ему как собачий барьер поставила. Его простят, если через палочку прыгнет. А если прыгать не понравится, то в следующий раз дважды подумает, прежде чем взрослой дочери хамить.

- Нина, Женька такая умная, потому что Артем не ее муж. Она же не собиралась с ним всю жизнь в любви и верности и все такое.

- Да, девочки. Ей ее собственный сказочник голову морочит.

- А у нас свои сказочники есть. Ндааа...

Все дружно вздохнули и мечтательно посмотрели в окно. В дверь деликатно постучали.

- Я конечно извиняюсь, - в комнату просунулась взлохмаченная голова Никиты. - Но ваши мужья уже есть хотят.

- А знаете что, мужья? - Неожиданно сурово ответила Маришка.

- Что?

- Идите-ка вы, мужья, в ресторан. У нас девичник и забастовка, а вы заодно присмотрите за Артемом, он куда-то в тапках убежал. Думаю, в такой мороз, кроме бара, ему деваться некуда.

- Случилось что? - Взгляд Никиты приобрел тревожное выражение.

- Это он так здоровье закаляет. Иди, короче, только причешись.

- И все? А что сказать тете Хане за облаву?

- Только сам в тапках не ходи. Ты-то у меня человек солидный.

- А то...

Голова исчезла, дверь тихо закрылась. Ольга вздохнула. Странно, но плакать больше не хотелось, так же как возмущаться и жаловаться. Вчера ночью ссора с мужем представлялась ей крушением всех жизненных планов, возвращением к нулю, только без надежд и без сил начать новую жизнь. Сейчас ситуация была больше похожа на ворох разнокалиберных проблем, и разум уже сам собой, без усилия с Ольгиной стороны, сортировал их на срочные, вялотекущие и "вообще фигня". Главное, дети здоровы, выросли, обеспечены жильем и работой. Со всем остальным можно будет как-нибудь справиться. И вообще, ничего не нужно решать прямо сейчас. В одно прекрасное утро она проснется, и решение будет лежать рядом на подушке, как подарок на день рождения в детстве.

- Нин, - тишину нарушила Наталья. Почему-то она говорила шепотом: - А почему ты сказала, что это важно, одна у мужчины любовница или несколько.

- Ну как же... Это как с машинами. Если одна-единственная сломалась, он сразу бросится ее чинить, заодно помоет, запчасти покупать побежит. А если у него автопарк в гараже пылится, сядет на ту, что едет, а сломанной займется потом, когда время будет. Так же и с любовницами: одна им будет вертеть, домой названивать, в любое время из дома выдергивать, еще и жене хамить начнет. А если у него очередь в койку стоит, то с ними разговор короткий: "Вот мои условия. Не устраивает? Пошла вон, следующая, проходите".

- Ну, ты мудрааа...

- Это я не своим умом дошла, это я веб-семинары одного перца послушала...

- И что?

- И убедилась, что все делала правильно.

- Что за перец?

- Некий гуру Тимофей Алексеев. Разъясняет нам, доверчивым, почему мужчины нас обижают. Очень логично аргументирует, кстати. Назвал свою теорию Мужчиностроением. Предатель всего мужского рода, короче.

- Может, и мне его послушать?

- Тебе, Наташ, не обязательно. Ты все правильно делаешь, потому что стерва прирожденная.

- Чтоооо?

- Вот не надо на меня так громко смотреть. Это комплимент. Девочки, оцените-ка нашу Наташу непредвзято.

Все послушно принялись изучать пушистые кудряшки, лучистые голубые глаза и маленькие цепкие лапки, обхватившие большую чашку.

- Перед вами сидит самый страшный на планете хищник - женщина домашняя, целеустремленная. Заглатывает мужа целиком, даже штиблеты из пасти не торчат. Длинноногие стервы в красных платьях нервно курят в стороне.

Наталья хихикнула, обижаться она явно не собиралась.

- А знаете, кажется, у Леньки была любовница. Только я с ней ничего не делала, не подумайте. Она сама куда-то делась.

- Ты что, даже не разозлилась на него?

- Знаете, мне кажется, злиться было бы как-то нечестно. Я ведь в него не влюблялась. Я хотела дом, детей, мужа заботливого, а Ленька мне понравился. Ну, то есть, не противен был. Это потом я его полюбила и привязалась, но если его еще кто-то полюбит по-настоящему, то мне казалось, это с его стороны не было бы обманом.